Джастин Кронин – Город зеркал. Том 2 (страница 61)
– Помпы работают – скоро будем совсем сухие. Надо отдать должное Майклу, он знал, как корабли строить.
– Травмы?
Рэнд пожал плечами.
– Пара сломанных рук, насколько я слышал. Порезы, царапины. Сара уже этим занимается. Удачно, что все еще неделю есть не захотят, учитывая, сколько у нас еды осталось.
Мгновение он глядел на нее.
– Хочешь, чтобы я заглушил двигатели? – осторожно спросил он. – Решать тебе.
Она задумалась.
– Подожди немного.
Они некоторое время стояли молча, глядя, как по правому борту заходит солнце. В небе рассеивались последние облака, пурпурные в свете заката. Вода по левому борту у носа забурлила, рыбы поднялись к поверхности, за едой. На глазах у Лоры крупная птица с черными кончиками крыльев и желтоватой головой низко пронеслась над водой, резко ткнула в воду клювом, поймала рыбу, закинула ее себе в глотку и начала медленно подниматься выше, улетая вдаль.
– Рэнд. Это птица.
– Знаю, что птица. Видел птиц и раньше.
– Ага, только не посреди океана.
Она ринулась в штурманскую рубку и вернулась с биноклем в руках. Сердце бешено колотилось, пульс стучал в горле. Она прижала бинокль к глазам и начала оглядывать горизонт.
– Есть что-нибудь?
Лора подняла руку.
– Тихо.
Она начала медленно поворачиваться. И, глядя почти четко на юг, остановилась.
– Лора, что ты видишь?
Она еще пару секунд смотрела в бинокль, чтобы убедиться. Матерь божья, подумала она. И опустила бинокль.
– Несите сюда Грира, – сказала она.
К тому времени, когда им удалось вынести его на палубу, уже начало темнеть. Луцию уже не было больно, этот этап был позади. Его глаза были закрыты; похоже, он не понимал, где он находится и что происходит. Калеб и Холлис несли его на носилках под присмотром Сары. Остальные собрались вокруг них; по кораблю уже пошли слухи. Пим с Тео и девочками, Дженни и Ханна, Джок и Грейс с их маленьким сыном, члены команды, уставшие от долгого сражения со штормом. Все разошлись в стороны, пропуская носилки.
Они принесли его на нос и опустили ножки носилок. Лора присела рядом и обхватила его руку пальцами. У него была холодная и сухая кожа, мешком висящая поверх костей.
– Луций, это я, Лора.
В глубине его горла раздался тихий стон.
– Я хочу тебе кое-что показать. Кое-что чудесное.
Она подвинула ладонь левой руки ему под голову и аккуратно подняла ее, лицом вперед, к носу корабля.
– Открой глаза, – сказала она.
Его веки едва приоткрылись, тончайшими щелочками, а потом чуть больше. Будто для этого простого действия требовались все силы, какие у него остались. Все молчали и ждали. Остров уже было вполне хорошо видно: гора, покрытая густой зеленью, будто парящая над морем, а над ней – крест из пяти ярких звезд, пронзающих своим светом сумерки.
– Ты видишь? – прошептала она.
Его грудь едва шевелилась, от вдоха к выдоху; у него на лице была смерть. Очень долго он пытался сфокусировать взгляд. И наконец его губы изогнулись в еле заметной улыбке.
– Это… прекрасно, – сказал Грир.
Луций Грир прожил еще три дня, снискав тем самым почетное право быть первым поселенцем, упокоившимся в земле этого еще безымянного острова. Он уже больше не сказал ни слова; да и вряд ли можно было сказать, что он вообще приходил в сознание. Однако время от времени Сара или кто-то еще из тех, кто за ним ухаживал, снова видели на его лице слабую улыбку, будто ему снился приятный сон.
Они похоронили его на поляне, окруженной высокими пальмами, с видом на море. Помимо тех, кто работал над восстановлением корабля, мало кто был с ним знаком или хотя бы знал, кто он такой, не говоря уже о детях, которые слышали лишь слухи об умирающем в каюте и которые радостно играли и кричали на протяжении всей похоронной церемонии. Никто не обращал на это внимания; это казалось вполне подобающим. Первой должна была говорить Лора, потом Рэнд и Сара. Они заранее решили, что каждый из них расскажет свою историю. Лора рассказала о его дружбе с Майклом; Рэнд пересказал то, что рассказывал ему Грир про времена службы в Экспедиционном Отряде; Сара рассказала про тот день, когда встретила Грира много лет назад в Колорадо, и обо всем, что случилось тогда. Когда они закончили, то все выстроились в колонну, чтобы каждый мог положить в могилу горсть земли или камень. Увенчал могилу простой знак, который Лора сделала из кусков плавника.
ЛУЦИЙ ГРИР
ВИДЯЩИЙ, ВОИН, ДРУГ
На следующее утро небольшая группа отправилась на «Бергенсфьорд», стоящий на якоре в километре от берега, на двух шлюпках. Среди них было некоторое несогласие по поводу того, что им предстояло сделать – корабль представлял собой богатое собрание всевозможных полезных материалов – однако Лора твердо стояла на своем и как капитан имела право на последнее слово в споре. Мы позволим ему упокоиться, сказала она. Так пожелал Майкл.
На самом деле она открыла письмо Майкла только на второй день их пребывания на острове, когда уже начала догадываться, что там написано. Сложно сказать, почему; наверное, она просто слишком хорошо знала Майкла. Так что чтение письма не стало для нее ненужным сюрпризом, она просто будто еще раз услышала его голос, читая три простые фразы, из которых состояло письмо.
В шкафу оказался ящик со взрывчаткой, мотки провода и радиовзрыватель. Майкл оставил подробную инструкцию по размещению зарядов. Калеб и Холлис проложили провода по коридорам, а Лора и Рэнд установили заряды по всему корпусу. Топливные баки, почти пустые, были заполнены легковоспламеняющимися парами дизельного топлива. Лора включила миксеры, открыла клапаны и установила последний заряд.
Дальнейших споров по поводу того, что будет дальше, не было. Дело было за Лорой. Мужчины вернулись в шлюпки, а Лора в последний раз обошла корабль по тихим каютам и коридорам. Идя, она думала о Майкле, ибо эти двое, Майкл и «Бергенсфьорд», стали одним целым в ее сознании. Она ощущала печаль и благодарность за все то, что он дал ей.
Она поднялась на палубу и пошла на корму. Радиовзрыватель представлял собой маленькую металлическую коробочку с гнездом для ключа. Сняв ключ, висевший у нее на шее на цепочке, Лора аккуратно вставила его в гнездо. Рэнд и остальные уже ждали ее в шлюпках, внизу.
– Прощай, Майкл.
Она повернула ключ и ринулась к корме. Позади нее корпус сотрясли первые взрывы, постепенно приближаясь к топливным бакам. Лора подбежала к корме со скоростью хорошего спринтера, сделала три длинных шага и прыгнула.
Лора Де-Веер, капитан корабля «Бергенсфьорд», летела.
Она чисто вошла в воду, с еле слышным всплеском. Ее окружал прекрасный мир голубого цвета. Перевернувшись на спину, она посмотрела вверх. Миновало несколько секунд, и поверхность осветила вспышка. Вода содрогнулась от приглушенного грохота.
Она вынырнула на поверхность в паре метров от шлюпок. Позади нее пылал объятый пламенем «Бергенсфьорд». К небу поднимались огромные облака черного дыма. Калеб помог ей забраться в лодку.
– Отлично нырнула, – сказал он.
Она села на банку. «Бергенсфьорд» начал тонуть с кормы. Его нос поднялся из воды, обнажая массивную носовую бульбу, и на берегу раздались крики. Дети, восхищенные величественным зрелищем, восторженно кричали. Когда корпус стал под углом сорок пять градусов к поверхности воды, корабль начал медленно соскальзывать назад, постепенно ускоряясь. И набрал потрясающую скорость. Лора закрыла глаза. Она не хотела видеть последний момент этого действа. Когда она открыла их, «Бергенсфьорда» уже не было.
Они пошли на веслах обратно к берегу. Когда подошли к пляжу, Сара подбежала к ним по песку, навстречу.
– Калеб, думаю, тебе лучше подойти побыстрее, – сказала она.
У Пим отошли воды. Калеб увидел, что она лежит под натянутым между деревьев тентом на тонком матрасе, одном из тех, что они забрали с «Бергенсфьорда». У нее было спокойное лицо, лишь влажное от жары. За последние несколько недель ее волосы отросли и стали очень густыми, а цвет их стал еще насыщеннее, каштановый с рыжим отливом, сверкающий на солнце.
Она улыбнулась.
Калеб посмотрел на Сару.
– Как она, честно?
Он дублировал свои слова на языке жестов. Никаких секретов, сейчас.
– Не вижу никаких проблем. Она совсем чуть-чуть не дотянула до срока. И она права: во второй раз роды обычно идут быстрее.
Рождение Тео, казалось, тянулось целую вечность, от первых схваток до окончания прошло почти двадцать часов. Калеб устал тревожиться, а вот сама Пим меньше чем через минуту после того, как Тео издал первый крик, уже улыбалась во всю ширь и потребовала, чтобы ей дали обнять его.
– Просто будь поблизости, – сказала Сара. – А Холлис присмотрит за Тео и девочками.
Калеб видел, что Сара что-то недоговаривает. Он отошел в сторону, и Сара пошла следом.