Джасмухин – Элизиум. Священная симфония Шамбалы (страница 11)

Искушение и разлука

«Сколько разбитых сердец…» – думал Дао Лао, подходя к Эйтлан, чтобы попрощаться с ней. Этот парень взорвал бомбу, и процесс слияния затормозился. Образы, мелькавшие в уме Эйтлан, явно предупреждали о катастрофе. Дао Лао знал, что кто-то должен отправиться назад во времени, и выполнить перенастройку полей. Просвещенный в этих вопросах, он понимал, что только это и остается сделать, и Хошо со Старцами были согласны с ним. Тан делал то же самое в отношении Локи, и ему удалось повлиять на своего друга, переубедить его, приведя основанные на исследованиях логические доводы. Они вместе анализировали результаты, как действий, так и бездействия в Матрице, пока в Локи не возобладало желание принять другое решение. Все было сделано втайне от Повелителей Вулкана, так, чтобы они даже не заподозрили замену Кодов Террадаков. Так интеллекту, лишенному сердца, не осталось места в будущем.

В уме Дао Лао мелькали разные сцены, и Акаша подтверждала все подозрения Эйтлан. Молодой человек арабской внешности держит портфель на коленях, нервно перебирая пальцами и украдкой озираясь по сторонам. Молодая чернокожая женщина выступает с пламенной речью. Другая молодая женщина с фиолетовыми глазами и темными волосами, подстриженными в стиле феи-пикси, восторженно наблюдает за оратором, и ее сердце открывается этим речам.

И внезапно раздается взрыв, вокруг разлетаются осколки бомбы и куски разорванных тел.

Далее сцена меняется: слияние замедляется, и Земля сходит со своей орбиты.

Дао Лао увидел достаточно.

Было ли известно террористу о потенциале Посланницы Мира?

В рамках Движения за Мир высказывались очень серьезные предложения. Все было сделано, чтобы увидеть завершение процесса слияния, но тут появился этот озлобленный молодой человек, и выразил свою готовность сыграть роль мученика. И Дао Лао знал, что теперь его задача – как-то повлиять на эту ситуацию и восстановить равновесие.

Видения Эйтлан не прекращались, пока она не отправилась проверить движения в Матрице, где увидела, как врыв бомбы раздался эхом по всей сети, словно во вселенной внезапно погибла звезда. Матрица потускнела, и теперь пульс Королевы в ней был едва слышен. Казалось, она вновь наблюдала ту картину, когда потомство отказывается от мирной песни ее сердца.

Хошо заверил Эйтлан в том, что это не так, что любовь Королевы непоколебима, просто ее потомство отвлеклось от этой любви. Все полагали, что все во вселенной будет расти и развиваться, но тут вмешались Повелители Вулкана и создали еще больший хаос.

Как только Эйтлан все это показала Дао Лао, он подтвердил, что и ему настало время сыграть свою роль. И теперь для него открылась возможность вновь войти в игру и безупречно выполнить свою миссию. Он уже давно не выполнял таких трудных миссий.

– Может быть, пообедаем вместе? – предложил он некоторое время спустя.

– У меня или у Вас?

– У Вас. Я принесу еду, – это все, что он сказал.

– Вы хотите со мной что-то обсудить?

– Не только.

Сердце Эйтлан подпрыгнуло от радости, и ее лицо озарила спонтанная улыбка.

– Мне придется уехать… – сказал он, входя в тот вечер в ее каюту.

– Но мы даже ничего не начали… – произнесла она, и пригласила его сесть на большой мягкий диван.

– Я знаю. А ты хотела бы? – мягко ответил он.

– Начать?

Она улыбнулась ему в ответ, и он подвинулся к тому краю дивана, где сидела она. Затем, коснувшись ее затылка своей сложенной чашечкой ладонью, он приблизил ее к себе. Их глаза встретились, и в них обоих распахнулись двери в их прошлые жизни.

Эйтлан это чувствовала.

Дао Лао тоже.

Казалось, что их поцелуй отпер все замки. Они чувствовали, что и раньше целовались тысячу раз, и давным-давно стремились друг к другу. Теперь их губы вновь соединились в поцелуе. Они вздохнули, а затем выпустили друг друга из объятий.

– Я отбываю, – снова сказал он, на этот раз шепотом. – Я хочу, чтобы ты пришла домой…

– Я знаю.

Он вопросительно смотрел на нее.

– До меня уже дошли слухи, – мягко добавила она. – Понимаю, что тебе надо идти, что ж, я останусь, и буду с нетерпением ждать тебя.

– Уверен, что доберусь до него, – оптимистично добавил он, а затем поцеловал ее вновь.

– Значит, ты собираешься отправиться назад во времени и остановить террориста-смертника?

Он кивнул.

– Вопрос в том, в какое время мне необходимо вернуться. Как раз в этом-то мне и нужна твоя помощь.

– Воспользоваться системами управления Элизиума, дающими ответы на подобные вопросы?

– Когда он начал настраиваться на канал «потенциального террориста-мученика»? На сколько лет назад я должен отправиться?

– Ты имеешь в виду правильно выбрать период времени, чтобы остановить террориста-смертника, вплоть до того, что исключить из его сознания возможность выбора такого пути?

Дао Лао кивнул.

– Посмотрю, что подскажет математика.

Ага, факторы все те же – обычные эмоциональные побуждения: потеря семьи, жажда мести, идеализм, направленный в ложное русло, и прочее…

Дао Лао улыбался ей: ему нравился ход ее мыслей.

Он пришел, чтобы сказать до свидания, и начать то, что притянуло бы его обратно к ней и проложило бы ему путь для возвращения. Прежде ему неоднократно доводилось путешествовать в прошлое для выполнения различных заданий. Последний раз это было в Боснии, перед тем как была расформирована Федерация Государств. Там лилась кровь, и ему самому пришлось пролить кровь, ибо этого требовали обстоятельства, вынудившие его встать на сторону меньшинства. Идея борьбы за мир до сих пор казалась противоречивой, ибо казалось, что эта борьба ведет лишь к большему насилию. Он повидал очень много битв, множество войн, проникая во временные зоны прошлого, к событиям тысячелетней давности.

Дао Лао довольно рано обрел бессмертие, поскольку его система была чистой. Он запрограммировал ее, и поддерживал, чтобы она хорошо служила ему. Все же ему время от времени приходилось проливать кровь и семя, и в глубине души он все равно чувствовал, что его тянет к женскому сердцу. Теперь это было сердце Эйтлан.

– Я вернусь, – сказал он, снова нежно поцеловав ее, и целуя, услышал, как она ответила ему: «Я знаю», словно они оба мысленно отворачивались от всех своих неизбежных разлук и снова стремились друг к другу, чтобы остаться вместе навсегда.

– Ты выяснила? – поинтересовался он на следующий день после того, как в ранний утренний час покинул ее каюту.

– Есть другие факторы, которые мне нужно исследовать и установить…

Он поднял брови, затем нагнулся и поцеловал ее, прежде чем расположиться рядом с ней у пульта управления.

Как только система завершила свои расчеты времени, Эйтлан повела его к огромному компьютерному экрану, отображающему весь космос, в котором светились изображения слияния параллельных миров.

– Здесь. – Она снова заняла позицию Командира и продолжала диагностику, которая в тот момент была в самом разгаре. – Этот шар представляет мир Повелителей Вулкана в первом десятилетии этого тысячелетия. Можно видеть, что этим миром правит страх, а любовь остается где-то на заднем плане, так, что ее даже не сразу можно заметить. Там все построено на желаниях эго, конкуренции и алчности, – и нет ни малейшего сострадания, и сердце почти отсутствует, а правят всем разнузданные умы и низшие эмоции…

Просматривая поля, Дао Лао увидел световой поток из мира Повелителей Вулкана, внедрявшийся в аурическое поле этого парня. Затем возник еще один луч, потом другой. На самом деле, многие молодые люди, одержимые жаждой мести и славы были соединены подобными лучами с Миром Вулкана. У всех были свои причины, и у всех одно желание: движимые праведным гневом, все они хотели отличиться.

Дао Лао пристально всматривался в компьютерный экран, пытаясь выявить точное местоположение источника взрыва. Он нашел свою мишень, и расслышал имя смертника. Оно звучало как «Йесиф», и Дао Лао сразу расслышал в нем сочетание двух слов – «йес» (англ. «да») и «иф» (англ. «если»), словно поля говорили: «Да, признай эту ситуацию как игру жажды крови и жажды мести, потом рассмотри возможности другой игры под названием «да, но если бы мы сделали так…», и затем надо вернуть поля в первоначальное состояние». Каждый раз, когда он думал об этом парне по имени Йесиф, в его уме возникали слова «разъяснить и просветить». Его миссия была ясна, и теперь, с помощью Эйтлан, он мог локализовать любую временную зону и войти в нее.

– Даже если тебе удастся обезвредить Йесифа, на его место придет другой смертник, – произнесла Эйтлан, словно не желая его отпускать.

– Всегда найдется кто-то другой, – согласился с ней Дао Лао, заключив ее в объятия. Пользуясь случаем, что рядом никого нет, она прильнула к нему и утонула в его теплых объятиях, полностью потеряв ощущение своего «я». – Дело в том, что этому террористу-смертнику удается убить не только свою мишень, но и молодую Посланницу Мира, которой едва перевалило за двадцать. Поэтому мне крайне необходимо вернуться в прошлое и предотвратить эту трагедию!

Эйтлан отпрянула, воскликнув с тревогой:

– Мы уже ощущаем изменения в Матрице. Их отголоски доносятся до наших дней… Значит, все новые образовательные программы, которые предлагала эта Посланница мира, так и не были внедрены?

– Даже если и были внедрены, то не через нее. Конечно, на ее место придет кто-то другой. Но, как бы то ни было, бомба Йесифа уже замедлила процесс слияния.