Дж. С. Андрижески – Чёрное в белом (ЛП) (страница 29)

— Это непременно поможет продемонстрировать мою надёжность потенциальному работодателю, — сказала я, смеясь и насмешливо хмурясь.

— Ты же знаешь, что я шучу, — сказал Йен уже мягче, крепче обнимая меня. — Однако я серьёзно насчёт «перенести». Есть какой-то шанс от этого отделаться? Только на сегодняшний вечер?

Йен был одним из самых умных людей, что я знала.

Возможно, именно поэтому обычно мне не хватало глупости ему врать.

Как будто услышав меня, он снова выдохнул.

— Ты не можешь, да?

Я приняла решение раньше, чем это осознала.

Я покачала головой.

— Не могу этого сделать. Прости.

Йен нахмурился, но я не увидела удивления в его глазах.

— Ага. Я так и понял, судя по его словам. Хотя попытка не пытка.

Я тоже слегка встряхнула его, все ещё обнимая за талию.

— В любом случае, тебе нужно поспать. Иди домой, приди ванну и вались в кровать, — я помедлила, с улыбкой поднимая на него взгляд. — Я приду утром с бубликами и кофе. Потом могу сделать тебе этот эмм… массаж… Когда мы оба будем в настроении для этого.

Йен широко улыбнулся, отчего его ямочка на подбородке стала заметной, а я снова ощутила чувство вины.

— Ладно, — сказал он, театрально вздыхая и отпуская меня. — Что ж, полагаю, мне лучше уйти. Твой мистер Квентин Блэк решит, что я тебя украл… и я действительно вот-вот рухну.

— Ещё ты немножко воняешь, — проинформировала я его.

Йен рассмеялся, пихнув меня в плечо, пока мы спускали по тропе к тротуару. Когда я пошла рядом с ним вдоль припаркованных машин, он поймал меня за руки, привлекая к себе. Прежде, чем я успела заговорить, он стиснул меня в объятиях, крепко целуя в губы. У него был вкус виски и чеснока, что меня не волновало, но слегка шокировало перед тем, как я отдалась поцелую, обвив рукой его шею и целуя в ответ. Йен крепко прижал меня к себе и поцеловал во второй раз.

Остановившись, он прислонился своим лбом к моему.

— Я действительно скучал по тебе, Мири, — пробормотал он.

Я закрыла глаза, потёрлась носом об его лицо и ощущая густое давление вины.

— Я тоже по тебе скучала. А теперь иди и поспи, чтобы завтра я могла показать тебе, как я скучала.

— Почему у меня такое чувство, будто меня выгоняют? — спросил Йен с улыбкой.

— Потому что так и есть, — парировала я, улыбаясь и отпуская его. Я шлёпнула его ладонью по заднице. — А теперь иди. Ты меня отвлекаешь. А этот парень хорошо платит.

— Слушаюсь, мэм.

Когда Йен ушёл, направляясь к дороге, где я теперь заметила его припаркованный внедорожник, я поборола очередной укол вины, наблюдая, как он разблокирует двери нажатием на кнопку. Я подождала, пока он откроет дверь и заберётся на водительское место, прежде чем повернуться и пойти вниз по холму, в сторону бара и ресторана Клифф Хаус.

— Я плохая девушка, — пробормотала я себе под нос.

Я говорила себе, что все хорошо, что изначально Йен доверял мне, что я сумею в конце концов помириться с ним, даже если он будет в ярости, когда узнает, что я солгала насчёт Блэка. Я не изменяла ему. Я не предавала наши отношения, даже если не посвящала его в это.

Но все вовсе не хорошо.

Я чертовски хорошо знала, что это не хорошо, и что я пересекала жирную черту для нас обоих. До сегодняшнего дня я даже не подумала бы пересечь её.

Хуже того, я даже самой себе до конца не могла объяснить, почему её пересекаю.

Впервые я давала Йену причину усомниться во мне.

Квентину Блэку меньше чем за двадцать четыре часа удалось то, чего не случалось со мной и Йеном за год с лишним… я солгала своему жениху. Я дала Йену повод сомневаться в моих словах. Взглянув на вывеску Клифф Хауса, когда я приблизилась к тяжёлой деревянной двери, я снова выдохнула.

Хуже того, между мной и Блэком что-то было.

Я знала это, пусть даже пыталась убедить себя, что это не так.

И хоть я не видела в этом угрозу для нас с Йеном — по крайней мере, не в плане отношений обычных мужчины и женщины — я знала, что дело не только в экстрасенсорике. Не только в том, чтобы мы оба искали свадебного убийцу, и не в том, что та девушка в морге каким-то образом извлекла воспоминания об убийстве моей младшей сестры Зои.

Это нечто большее.

Больше, чем я хотела думать, по правде говоря… или даже признавать. Там было что-то ещё… какая-то связь между мной и Блэком… хотя я ни за что в жизни не определила бы, что это значило.

Блэк объяснял эту связь совершенно абсурдно. Бредово.

Но даже так, его безумные теории о межпространственных расах не отрицали саму связь.

И это никак не помогало бороться с практически принуждением, которое я ощущала в этой связи, по крайней мере, в отношении себя. Как будто рядом с ним я ничего не могла с собой поделать. Я не могла заставить себя захотеть держаться от него подальше.

То, что говорил мне мой мозг психолога, вероятно, указывало на то, что Блэк — психопат.

Чем больше я об этом думала, тем очевиднее это становилось.

Я должна уйти.

Я должна зашагать обратно по этому тротуару и попытаться помахать Йену прежде, чем он уедет. Или мне стоит самой дойти до Гири Стрит и сесть на автобус или взять такси до своей квартиры… или даже до центра, чтобы забрать свою машину с парковки в гараже. Черт, да я могла вызвать такси прямо сюда, поехать в полицейский участок на Филмор, чтобы рассказать Нику все, что произошло за последние шесть-семь часов.

Затем я могла бы позвонить Йену, без конца извиняться и молить о прощении… перед тем как заявиться к нему с его любимой китайской едой, несколькими бутылками хорошего красного вина и кучей массажного масла.

Мне не стоит удостаивать Квентина Блэка ни единой мыслью.

Но я знала, что ничего такого не сделаю.

Я знала это ещё до того, как закончила расстёгивать пуговицы на позаимствованном пальто, стоя у двери ресторана Клифф Хаус.

Но я все равно постояла там ещё несколько секунд, притворяясь, будто могу это сделать.

Глава 9

ВЗЛОМ С ПРОНИКНОВЕНИЕМ

Мы шли между деревьев без разговоров.

Лишь шёпот ветвей издавал хоть какой-то звук, наряду со случайным криком совы или более высоким ультразвуковым свистом летучей мыши. Я также слышала звуки, которые, как я предположила, издавали дикие коты, копошащиеся в поисках еды… или, возможно, еноты, которые местами жили во всех более лесистых районах города.

Я едва отслеживала эти вещи, пока мы шли.

Я осознала, что уже пребываю в режиме боевой готовности, хотя я едва могла видеть вдалеке слабое сияние огней вокруг «Почётного Легиона».

Я надела бронежилет, который выдал мне Блэк в своём офисе — тот же, который он упаковал в холщовую сумку перед тем, как мы сели на вертолёт.

Мы достали все из багажника хэтчбэка с тонированными стёклами, который мы оставили припаркованным на боковой парковке у больничного комплекса. Парковка, на которой работники Блэка оставили машину, ночью освещалась немногими фонарями, как я узнала. Ещё она была окружена деревьями и располагалась вплотную к началу пути, который привёл нас в заднюю часть парка вокруг «Почётного Легиона». Вдобавок к экипировке, которую мне выдал Блэк, сумки содержали несколько пистолетов для самого Блэка, конечно же, и коллекцию ножей, которая заставила меня понервничать, когда Блэк впервые их достал.

Остальные вещи в хэтчбэке включали магазины боеприпасов и ту третью, намного более тяжёлую чёрную холщовую сумку, о которой я не задавала вопросов в его офисе. Учитывая её явный вес и крупные размеры, я подозревала, что там лежат боеприпасы большей вместимости и, возможно, более крупное оружие.

Оказалось, я более-менее права по поводу и того, и другого.

Флэшбеки необъяснимо накрывали меня каждые несколько минут, по большей части напоминая холмы Афганистана вопреки совершенно иному ландшафту. Я подозревала, что к этому причастны большие пушки.

Это все больше и больше напоминало военную операцию, а не шпионаж частного сыщика.

По какой-то причине мои нервы напрягались все сильнее с каждым шагом.

По крайней мере, я не тащила самостоятельно одну из тех тяжёлых пушек.

Блэк, напротив, нёс какую-то высокотехнологичную короткую винтовку на ремне, поверх его длинного плаща — признаюсь, мне она была совершенно незнакома и могла оказаться работой на заказ. Вдобавок к модифицированной винтовке он имел при себе по меньшей мере три пистолета (я видела, как он распихивал их по кобурам), а также длинный нож, убранный в перевёрнутые ножны на пояснице, из которых торчала ручка из слоновой кости.

Я подозревала, что он имел при себе больше, чем я видела.

Я не спрашивала, но мои глаза нехило расширились, когда он закончил экипироваться.