Дж. С. Андрижески – Чёрное в белом (ЛП) (страница 30)

Я также четыре раза проверила свои два пистолета, пока наблюдала за Блэком, вновь осознавая, что возможно, мне придётся использовать оружие против него — в зависимости от того, как будет развиваться эта ночь.

Однако я хранила эту мысль в тихих закоулках своего разума.

Мы с Блэком мало говорили, когда я вернулась в ресторан или когда мы экипировались в том тёмном углу парковки под разбитым фонарём.

Он окинул меня взглядом в ресторане, когда я скользнула обратно на кожаный диван напротив него, расставшись с Йеном. Я видела, как прищурились его золотистые глаза, а губы изогнулись в жёсткой гримасе.

— Ты пахнешь им, — сказал Блэк, морща нос. — Он пописал на тебя, не так ли? Я не уверен, должно ли это льстить мне или раздражать.

Он сказал это так, будто пытался изобразить веселье, но я не очень-то видела в нем настоящее веселье. По правде говоря, его голос звучал скорее зло, чем раздражённо.

— Йену не нужно на меня писать, — сказала я, награждая его предостерегающим взглядом и поднимая свой бокал вина.

Блэк нахмурился ещё сильнее, но не ответил.

Остальное время мы по большей части просто сидели там, ели и пили.

Наши разговоры сводились к минимуму, в основном касались ужина, хотя он ответил на несколько вопросов о насыщенном событиями вечере, который он спланировал.

К концу основного блюда Блэк, похоже, окончательно решил игнорировать меня, вытащив свой смартфон с огромным экраном и используя его, кажется, для каких-то исследований. Наблюдая за ним, я усомнилась, что он получает большую часть своих сведений из публичных источников.

Я тоже решила его игнорировать.

К тому времени мы оба доели свою еду, и он заказал нам по капучино.

Я включила телефон, намереваясь просмотреть статьи о свадебном убийце и проверить, есть ли какие-то изменения. Конечно, за этот промежуток времени я успела забыть, что мой телефон был отключён несколько часов.

Когда я его включила, он замигал как рождественская ёлка.

Шесть голосовых сообщений от Йена, о которых он более-менее меня предупредил. Ещё дюжина текстовых сообщений, большинство из которых заканчивались вопросительными знаками — тоже от Йена.

Однако он не стал чемпионом вечера.

Я получила примерно двадцать сообщений от Ника, каждое следующее с более выразительным употреблением заглавных букв, чем предыдущее. Прогрессию легко было отследить.

13:19 — Отпускаю Блэка. Здесь адвокаты. Извини за утро.

А потом:

13:42 — Ау? Ты опять оставила телефон выключенным?

А потом:

14:02 — Не злись, Мири. Позвони мне. Мне надо с тобой поговорить.

А потом:

14:22 — У здания Блэка. В центре. ПОЗВОНИ МНЕ.

Я пролистала ещё несколько таких же.

А потом:

15:03 — БОЛЬНА? ТЫ Б-ТЬ ИЗДЕВАЕШЬСЯ? Даже гоми не поверил это лошадиное дерьмо. Позвони мне.

Я пролистала ещё несколько.

16:25 — ПОСЛАЛ ЭНДЖЕЛ К ТЕБЕ. НИКОГО ДОМА НЕТ. ПОЗВОНИ МНЕ. Я СЕРЬЕЗНО.

Я пролистала ещё несколько угроз, примерно по одной каждые полчаса, а потом увидела:

20:10 — Я РАЗМЕЩУ ГРЕБАНУЮ ОРИЕНТИРОВКУ И ПОЗВОНЮ ЙЕНУ, ЕСЛИ ТЫ НЕ ОТВЕТИШЬ МНЕ В ТЕЧЕНИЕ ЧАСА. НЕ ШУЧУ.

Издав рычащий вздох раздражения, я проигнорировала вопросительный взгляд Блэка и попыталась решить, стоит ли отвечать. Ник по своим настройкам телефона узнает, что я наконец-то прочла его сообщения — при условии, что он все ещё смотрит.

А он смотрит. Конечно же.

Сделав вдох, я решила, что у меня нет выбора.

21:02 — Остынь, бл*ть! Телефона с собой не было. Пошла выпить с Лейси, когда головная боль отпустила. Йен вернулся. Завтра поговорим.

Мне не пришлось долго ждать ответа.

21:03 — ХРЕНЬ СОБАЧЬЯ. ГДЕ ТЫ, МИРИ? МНЕ НУЖНО ПОГОВОРИТЬ С ТОБОЙ. СЕЙЧАС ЖЕ.

Снова зарычав себе под нос, я напечатала ответ.

В этот раз я тоже использовала заглавные буквы.

21:03 — НУ А ВОТ ТЫ НЕ МОЖЕШЬ. ЙЕН ВЕРНУЛСЯ. ЗАВТРА, НИК. Я СЕРЬЕЗНО.

Я не стала ждать ответа.

Выключив телефон, я перевернула его и поддела пальцами задний корпус, вспомнив, как Йен отследил меня досюда по сим-карте. Сняв корпус, я достала саму сим-карту. Вытащив из сумки бумажник, я засунула её в кармашек рядом со слотами для кредиток.

Я вытащила одну из других сим-карт, которые там были, и проверила номер.

Я взяла привычку менять сим-карты, когда в этом был смысл, пользуясь функцией переадресации и офисным телефоном как основным номером для визиток и всего остального.

По правде говоря, я взяла эту привычку, наблюдая за Йеном, у которого в любой момент из-за работы с собой имелось четыре-пять сим-карт, вместе с каким-то высокотехнологичным приложением для безопасности, который позволял ему изменять свой настоящий номер IMEI, идентифицирующий сам телефон вне зависимости от номера сим-карты. Он, наверное думал, что я не замечаю, как часто он их менял, но не стал отрицать, когда я это прокомментировала.

Для меня это всего лишь побочный продукт тесной работы с полицией и отношений с женихом, имеющим неприлично широкий доступ к секретной информации.

И ещё, да, моя работа заставляла меня контактировать с некоторыми опасными людьми.

Учитывая это, я обычно меняла сим-карты каждые несколько месяцев. Прямой номер я давала только близким друзьям, и то только когда они просили — обычно они, как и все, пользовались переадресацией, потому что перепрограммировать мой номер после каждой его смены становилось настоящей занозой в заднице. У меня имелась также вторая сим-карта, которой я пользовалась для работы, когда считала, что клиент может быть опасен. Я взяла в привычку давать этот номер Нику.

Я носила ещё и третью сим-карту, но о ней никто не знал, кроме меня. Я использовала её исключительно для крайних случаев. Я собиралась воспользоваться ей сейчас.

— Не утруждайся, — сказал Блэк. — Если они тебя отслеживают, они уже знают, где ты. Если только у тебя нет той же программы, что и у твоего бойфренда.

Я подняла взгляд и увидела, что глаза Блэка не отрываются от меня — точнее, от моих рук.

— Тебя устроит другой бар? — спросила я, приподнимая бровь.

Блэк не потрудился кивнуть.

Пока я вытаскивала из телефона аккумулятор, он просто поднял руку, давая знак нашему официанту принести чек.

Примерно через тридцать минут или около того мы были в другом баре на Клемент Стрит. Мы преодолели большую часть пути на такси, спустившись вниз по холму до Оушен Бич.

Второй бар был темнее, грязнее и захудалее, с ультрафиолетовыми постерами на стене и азиатской поп-музыкой, играющей из музыкального автомата в ретро-стиле. Большинство постоянных посетителей составляли китайцы-хипстеры, которые, скорее всего, работали в технических компаниях в долине. В основном они для меня выглядели лет на двадцать пять, но каким-то образом казались ещё моложе.

Они нас проигнорировали, что меня устраивало.

В то же время мы странно влились в это место, поскольку большинство из них носило тёмные цвета и уткнулось в телефоны совсем как Блэк.

В конце концов, я занялась тем же.

Я засунула аккумулятор обратно в телефон, зная, что отследить телефон без сим-карты через сотовые вышки маловероятно, и что мне наверняка удастся использовать вай-фай в баре для простого просмотра страниц в интернете. Как только мы устроились за столиком возле чёрного входа, я наконец сумела сама просмотреть статьи о свадебном убийце, проверяя, нет ли новых зацепок.

Не особенно.

Я вздрогнула, увидев фотографию Блэка, которого вели в полицейский участок в наручниках, немедленно подумав о том, что Йен посмотрит вечерние новости. Однако голова и лицо Блэка были размыты, так что можно увидеть лишь кольца на его пальцах под наручниками, чёрную одежду и руки, покрытые кровью. Репортёры упоминали, что полиция отпустила его через сутки с небольшим.

Ничего из того, что я видела, ни фото, ни видео, не показывало лицо Блэка.

Они также не упоминали его имени.