Дж. Андрижески – Трикстер (страница 30)
Я хлопнул по шее, морщась от крови на пальцах, оставленной гигантским москитом, который кормился от меня, пока я тащился через чёрную грязь.
Мы снова находились в более влажной местности, проходили вдоль притока реки, и мои ботинки застревали в чёрной грязи, издавая чавкающие звуки, когда я поднимал ноги.
Регулятор температуры в моём костюме говорил, что жара стояла под сорок градусов.
Это ещё не принимало в учёт влажность, которая, похоже, влияла на способность моих лёгких нормально работать. Мне было тяжело от бесконечных полчищ насекомых, паутины, густого подлеска, змей, периодически свисавших с деревьев, пиявок, каким-то образом пробиравшихся в мои ботинки, пока мы вброд шли по болотистой отмели возле реки.
Я ненавидел это всё.
Ну, большую часть.
Макаки также верещали на нас с джунглевых деревьев, привлекая мои глаза. Птицы перекрикивались меж собой где-то наверху. Мой взгляд то и дело поднимался выше, чтобы мельком увидеть их яркое оперение, не переставая работать над отслеживанием в Барьере.
На самом деле здесь было не жарче и не влажнее мест со схожим климатом в Азии, где я работал ранее, но всё равно это ощущалось иначе. Всё казалось чужеродным и как будто более склонным убить меня или наградить какой-то редкой болезнью.
По словам Териана, мы до сих пор отставали от группы, защищавшей освобождённые мишени.
Кем бы ни были те незарегистрированные придурки, они оказались достаточно глупы, чтобы оставаться на земле.
Я откровенно не мог этого понять.
Я точно думал, что к четырём часам мы будем преследовать их за океаном. Я думал, нас перенаправят обратно в Северную Америку, в один из прибрежных городов вроде Нью-Йорка или Лос-Анджелеса, а то и в Гонконг, один из крупных городов Китая или Индии, или даже в Непал, где нравилось прятаться подпольным видящим.
Им вообще не было никакого смысла оставаться в Южной Америке.
Ещё меньше смысла было оставаться в Бразилии, которая буквально кишела оперативниками «Чёрной Стрелы». Корпоративная штаб-квартира межнационального оборонного подрядчика располагалась в Сан-Паулу, а это означало, что здесь у них было больше ресурсов, чем где-либо ещё, не считая военных зон.
Более того, «Чёрная Стрела» во многом контролировалась нами, то есть, Организацией.
Серьёзно, эти мятежники… или террористы… или Адипан… или кем там они были, чёрт возьми… должны были покинуть континент при первой же возможности. Они должны были приготовить воздушный транспорт, увёзший бы их сразу же, как только они выбрались за охранный периметр.
Вместо этого они решили разделить свою команду посреди джунглей бассейна Амазонки, скрыть свою численность за множественными конструкциями и избегать нас, сея смятение, а не применять продуманную стратегию отступления.
Я мог лишь предположить, что у них не имелось никаких оперативников или связей в Южной Америке. Если так, что это совершенно новый уровень глупости, который я вообще никак не мог осмыслить.
Проблема в том, что они не казались глупыми.
Учитывая их нынешний курс на карте и отпечатки, которые разведчики Териана собрали с первоначальной команды, похоже, они направлялись прямиком к Венесуэле… или, возможно, к одному из соседних государств — Суринам, Гайана или даже Колумбия на западе.
Каким бы ни было точное место назначения, они оставили огромную дыру, позволяя группе захвата отрезать их прежде, чем они пересекут какую-либо границу.
Я бы подумал, что всё это диверсия, но Териан, похоже, был уверен, что мы по-прежнему преследуем их основную команду. Нам приходилось верить, что его инстинкты в этом не ошибаются, что они не ускользнули от нас и не покинули континент тайно, возможно, по реке или через частную взлётную полосу.
Но по правде говоря, я доверял ему.
Его зрение было сверхъестественно жутким.
В любом случае, он был не настолько высокомерен или глуп, чтобы полагаться только на своё зрение видящего.
Его разведчики в работном лагере мониторили его чутьё настолько, насколько это возможно. Териан также вёл нас по активному следу, используя маркеры, взятые из сведений, собранных агентами Зачистки на месте.
Конечно, в эти маркеры были вплетены всякие обманные манёвры.
И всё же, чем дольше мы шли по этому следу, тем более я был уверен в чутье и зрении Териана относительно нашей добычи и их тактики. Видящие, за которыми мы следовали, похоже, имели самые сильные отпечатки Адипана в их свете.
Пожалуй, что более важно, один проблеск Дигойза, который я получил (точнее, отпечатки
Пока мы тащились сквозь грязь, подлесок, кучи москитов и мух, я слышал, как многие в моём юните обсуждают Дигойза, делятся сведениями и впечатлениями теперь, когда мы точно выслеживали его.
Если честно, до сих пор я никогда особо и не думал о нём.
Теперь я поймал себя на том, что слушаю в Барьере обмен теориями между членами моего отряда. Они гадали, что он может делать здесь, почему он на самом деле покинул Организацию, могла ли беременная женщина иметь какую-то связь с ним, почему Адипан подключил его к этой операции, учитывая то, кем и чем он был.
Они гадали, не был ли он до сих пор очарован загадочной женщиной, которая вытащила его из Организации. Они гадали, вдруг Семёрка и Адипан по-прежнему использовали её, чтобы контролировать его.
Они гадали, не была ли беременная женщина той загадочной видящей.
Видящие всегда любили хорошие истории про секс, особенно про то, как сексуальная связь заставила видящего запороть всё, превратила его в
Конечно, это не делало историю лживой, но я был настроен скептически.
Одна лишь драматичность повествования делала всё чуточку слишком удобным.
Я до сих пор подозревал, что Дигойз был операционной целью Семёрки, а женщину послали как подставного агента, чтоб нейтрализовать его.
Согласно этой теории, Дигойз был жертвой экстрасенсорной войны. Та оперативница, работающая под прикрытием, не была объектом какого-то пошлого увлечения, приведшего к срыву; она просто одолела его — благодаря удаче, лучшему рангу видящего, полевому опыту, эксплуатации слабости, найденной в Дигойзе, или же некому сочетанию вышеперечисленного.
Всё это вовсе не улучшало моё мнение о Дигойзе.
Однако это казалось вполне правдоподобным.
Я точно знал, что коленопреклонённые опускались до таких игр, несмотря на все их набожные утверждения о «невмешательстве». Они предостаточно вмешивались в Организацию. Организация с самого начала состояла в некой «Холодной Войне» с коленопреклонёнными, и мне самому не раз прилетало это дерьмо в различных его формах.
Дигойз должен был понимать положение вещей.
И позволить чему-то такому эмоционально сломать тебя…
Ну, это просто слабость.
Некоторые объясняли уязвимость Дигойза тем, что он в юности был очень сильно травмирован — ещё больше, чем остальное наше поколение. Та же теория предполагала, что травмы Дигойза оставили в его свете дыры, которые Галейт каким-то образом пропустил, а коленопреклонённые сумели эксплуатировать.
Некоторые видящие в моём юните озвучивали ту же теорию, пока мы тащились через джунгли.
Одна видящая, Нараги, даже утверждала, что участвовала в связующем ритуале под подчинением Дигойза. Признаюсь, это удивило меня и определённо заставило прислушаться ко всему остальному, что она говорила про скандально известного видящего. Она утверждала, что в одном из таких ритуалов видела его голым и даже имела с ним сексуальный контакт.
Я слушал в Барьере, пока она описывала голую спину Дигойза как одну большую карту из шрамов от шеи до талии. Она сказала, что у него были шрамы как у человека. Она сказала, что все они пялились на его шрамы и потом строили догадки. Кое-кто в её юните возбудился от шрамов просто потому, что они были такими редкими среди видящих.
По словам Нараги, шрамы выглядели старыми.
Большинство выглядело белыми и растянулось со временем и по мере роста Дигойза. Она говорила, что это походило на раны от пыток, а не от несчастного случая, пожара или даже взрыва бомбы, хотя обычно именно так у видящих появлялись шрамы.
Если Нараги говорила правду (а мой свет утверждал, что так оно и было), то кто бы ни навредил Дигойзу в его юные годы, должен был избить его почти до смерти и не раз. Чтобы у видящего остались такие шрамы, надо настолько сильно повредить нервы в коже, чтобы они уже не могли достаточно быстро залечить урон и не оставить перманентных следов.
История была интересной, но не могу сказать, что это в целом изменило моё отношение к Дигойзу или факту его дезертирства.
Мы все в прошлом познали ужасы.
Быть сломленным для видящего недопустимо. Надо было справляться и двигаться дальше.
Те видящие, которым это не удавалось, не выживали в этом мире.
Работные лагеря переполнены такими видящими.
Я мог бы умереть у Крикева, на полу той лачуги недалеко от Санкт-Петербурга. Вместо этого я боролся. Я боролся, выжил и в итоге победил.
Я лучше сожру бл*дскую пулю, но не позволю себе сломаться… и не позволю себе встать на колени.
Некто, занимавший такое высокое положение, как Дигойз, обладавший таким неукротимым экстрасенсорным талантом, как про него говорили, должен был выстоять… кто бы на него ни напал, сколько бы «травм» он ни перенёс. Большинство видящих никогда в жизни не имели доступа к таким ресурсам и свету, которыми Дигойз командовал в Организации.