Дж. Андрижески – Трикстер (страница 19)
Он вошёл в теплый дом и закрыл за собой раздвижную стеклянную дверь. При этом он посмотрел через неё и видел, что Дигойз всё ещё наблюдает за ним, и та жёсткая пытливость видна даже через слегка тонированное стекло.
Даже сейчас его друг его видел.
Даже сейчас Дигойз понимал его лучше всех на свете.
Глава 8. Флиртуя с опасностью
Теперь мы стояли внутри, в более прохладной комнате.
Я украдкой оглядывал помещение, по крайней мере, насколько мог, не будучи грубым.
К сожалению, тут мало что могло отвлечь мои глаза или ум.
Комната, располагавшаяся в подземном бункере, имела соответствующие низкие потолки и стены из цементных блоков. В какой-то момент её переделали из чего-то вроде апартаментов офицера в импровизированное общее помещение, хотя с тех пор ей явно позволили прийти в запустение.
Я отслеживал детали, оглядываясь по сторонам; мой взгляд скользил по складным металлическим стульям, поцарапанному линолеуму на полу, грязным коврикам, по жёлтым и чёрным разводам от воды и плесени на потолке, по банальной картине на стене за диваном с явно сломанными пружинами.
Большая часть моего внимания была прикована к хозяину, даже если глаза смотрели куда-то ещё.
Я думал о нём, о том, что успел подметить в нём.
Я также думал о том, что он делал с нами в данный момент.
Тот факт, что Териан решил провести брифинг для всей группы, а не отозвать Варлана в отдельную комнату, показалось мне нетипичным. Тот факт, что он дал всему нашему юниту равный доступ к охранной конструкции, вместо того чтобы приоритизировать доступ Варлана… или даже доступ Варлана и мой как его заместителя… показался мне таким же странным.
Эти янтарные глаза скользнули в мою сторону.
Заметив, как наш новый командир приподнял бровь, я тут же отвернулся, заставив свой разум вернуться к обсуждаемому вопросу.
Однако я ощутил, как реакция рябью прокатилась по моему свету и наверняка отразилась на лице.
Когда я собрался, Варлан уже говорил.
— …Адипан? — произнёс старший видящий. — Вы правда считаете, что в этой операции освобождения участвовал Адипан, брат?
Это привлекло моё внимание.
Я повернул голову, уставившись на Варлана.
Старший видящий как будто не заметил, и его это не волновало.
Его фиолетовые глаза смотрели на куда более юного Териана, не моргая.
— Какие у вас есть свидетельства этого, сэр? — сказал он.
Голос Варлана оставался спокойным, безукоризненно вежливым, даже почтительным.
— ….Я извиняюсь за то, что спрашиваю, — добавил он. — Но для Адипана участие в такой интервенции является крайне неортодоксальным протоколом… тем более учитывая, что они рискуют разоблачением ради такого малого количества жизней. Если так, это мне кажется значимым. Особенно учитывая количество охранников-видящих с высоким рангом, трудящихся в этом месте.
В моём свете отразился шок.
Мне не послышалось.
Он реально упомянул Адипан.
Более того, они не просто говорили об Адипане в таких спокойных тонах, но и Варлан, несмотря на удивление из-за их потенциальной причастности, явно рассматривал это как вполне возможный вариант.
Я ощутил проблески удивления от других членов моего юнита.
Их свет теперь казался мне менее явным из-за воздействия плотной конструкции, которая теперь откровенно душила мой
Теперь, когда я адаптировался к пребыванию внутри конструкции, я обнаружил, что её структуры совершенно прекрасны. И не только прекрасны — они казались мне завораживающе замысловатыми, а также откровенно устрашающими в плане потенциального функционала.
Я никогда не ощущал чего-либо, сплетённого столь искусно или деликатно.
Я уже чувствовал добавочные уровни доступа поверх моего, обрезающие меня от информации и связей того уровня… хотя открытость означала, что я мог чувствовать каждое живое существо в рамках самой конструкции, вплоть до травинок, растущих в полях на территории работного лагеря, и насекомых, ползающих в стенах.
Но эти новости о потенциальной причастности Адипана выдернули меня из помешательства на конструкции Териана и разуме Териана, пусть даже на несколько минут.
Я не слышал, чтобы Адипан где-то видели после последней крупной войны.
В период прямо после Второй Мировой Войны слухи об Адипане и предположительные встречи с ними стали практически вездесущими среди агентов Организации.
Вплоть до сего момента Адипан был скорее мифом, нежели реальностью, особенно для молодых видящих. Адипан воспринимали как «священных воинов» ортодоксальных видящих из Азии, элитный отряд разведчиков, вручную отобранных Советом Видящих почти сразу после рождения.
Никто из старожилов не сомневался в существовании Адипана, но они также помалкивали относительно того, кем и чем на самом деле был Адипан.
Ходили слухи, что многие из Адипана рождены с запредельными потенциальными рангами, а также получали высокие баллы по аналогу IQ видящих и при тестировании эмоций и эмпатии.
Адипан забирал таких вундеркиндов из мест их рождения, будь то густонаселённый человеческий город или изолированное горное поселение видящих, и тренировал их до самых высоких действительных рангов, используя древние методы обучения зрению, развитые за тысячи лет до нынешней эпохи.
Затем они обучали своих рекрутов скрывать себя согласно Кодексу, становиться воинами Предков, истины и света… или какое там ещё религиозное дерьмо они вбивали в их юные умы.
Адипан был отпором традиционных видящих против ЦРУ, ФБР, Секретной Службы и агентств Акта По Защите Людей, и всё в одном флаконе.
Насколько я знал, они были чертовски религиозными со своей приверженностью Кодексу Видящих и верностью коленопреклонённым в монастырях.
Это означало, что они всё ещё придерживались той херовой системы каст среди старых кланов.
И всё же я не мог их совсем ненавидеть.
Они не такие, как другие овцы.
Они сражались за расу, как и я.
Но, как и большинство коленопреклонённых, они больше переживали о мифической загробной жизни и какой-то несуществующей чистоте средств, нежели о победе над человеческими захватчиками прямо сейчас, в настоящем моменте, когда это действительно имело значение.
У меня не было терпения для такого бреда.
У меня не было терпения для коленопреклонённых, которые работали только с определёнными Барьерными присутствиями, презирая помощь от всего, что они считали «нечистым», даже если это реально помогало в войне внизу.
Я был слишком прагматичным, чтобы испытывать что-либо, помимо презрения, к таким нравоучениям.
Согласно мифам, Адипан до сих пор верил в доктрину невмешательства.
То есть, по сути, они жили по кодексу, являвшемуся полярной противоположностью Организации, по крайней мере, в важных аспектах.
И всё же истории о тех прославленных воинах бывали довольно фантастическими.
Не то чтобы я действительно встречал кого-то из Адипана.
Я знал видящих, которые утверждали, что встречали их.
Я даже встречал тех, кто утверждали, что они сами в прошлом были членами Адипана.
Обычно такие утверждения вызывали во мне лишь презрение.
Единственный слух, в который я когда-либо верил — это про самого Варлана, и мне говорили, что Варлан настойчиво это отрицал. С другой стороны, они говорили «родился Адипаном, умер Адипаном», так что, возможно, Варлан по-своему продолжал блюсти тот обет молчания.