Дж. Андрижески – Почти полночь (страница 74)

Его взгляд вернулся к охраннику.

— Итак, какой у нас план? — он вопросительно поднял руки, затем опустил их по бокам. — Мы все просто посидим здесь в режиме ожидания, пока не появится ещё больше наших друзей? Так, что ли?

— Теперь уже недолго, — парировал мужчина. — Иначе вас бы здесь не было.

— И всё же мне кажется, что было бы разумнее, если бы мы были по ту сторону стены. А не вы, — заметил Ник.

— Чтобы ты мог пройти через портал и подать сигнал другим своим друзьям-вампирам и тем, со светящимися глазами? — усмехнулся мужчина. — Я так не думаю, мальчик-труп.

Ник почти улыбнулся.

«Мальчик-труп» было похоже на то, как Джордан называл его несколько раз, когда они впервые были вынуждены работать вместе в полиции Нью-Йорка.

Джордан был откровенным расистом по отношению к Нику всего несколько раз, и обычно только тогда, когда Ник делал что-то, что по-настоящему выводило человека из себя. Он почти забыл это конкретное оскорбление, или то, каким антивампирским противником был Деймон, когда они впервые встретились. Прошло много времени с тех пор, как кто-либо говорил ему эти слова в лицо.

Он взглянул на Тай.

Девочка выглядела беззаботной.

Нику потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, почему.

Затем его бровь поползла вверх.

— Думаешь, ты справишься с этим, картофелинка? — спросил он.

Она притворилась, будто задумалась на полсекунды, затем закатила глаза.

С таким же успехом она могла бы усмехнуться.

— Да, — насмешливо сказала она, и всё её идеально выверенное, возмутительно-высокомерное презрение подросткового возраста проявилось в полной мере. — Зачем задавать вопросы, на которые ты знаешь ответ, Ник?

Она фыркнула, затем повернулась лицом к стеклу.

Ник почувствовал перемену в воздухе ещё до того, как смог определить, что это было.

Ему потребовалось ещё несколько секунд, прежде чем он увидел, что происходит по ту сторону стекла. Затем люди, стоявшие там, начали меняться. Они не кричали и не вопили во весь голос и даже не выглядели особенно испуганными тем, что с ними происходило; казалось, у них просто не было времени почувствовать что-либо.

Затем мужчина, стоявший впереди, поднял руки по обе стороны от своей массивной головы.

Он обхватил свой череп мускулистыми пальцами, и его лицо обмякло. Его рот открылся в беззвучном крике, пока он, казалось, пытался физически удержать свой разум в покое от того, что происходило внутри его черепа. Учёные и другие офицеры в форме даже не подняли рук. Они стояли, разинув рты, с совершенно рассеянными глазами.

Ник увидел кровь первым.

Он увидел это прежде, чем кто-либо из них упал.

Кровь потекла у них из глаз, носов и ртов, стекая по подбородкам и шеям, окрашивая одежду, которую они носили, и верхнюю часть груди. Они стояли, застыв на месте, разинув рты в жутких беззвучных криках. Казалось, это продолжалось несколько минут, но Ник, честно говоря, понятия не имел, сколько это продолжалось.

Он подпрыгнул, когда упал первый из них.

Первым рухнул один из учёных в зелёных халатах.

Он не бухнулся на колени, а повалился вперёд, лицом вниз, по-прежнему не издавая ни единого звука. Он не пытался остановить своё падение руками или даже коленями, а грохнулся прямо вниз, как дерево, подрубленное у основания ствола.

После того, как упал первый, за ним быстро последовали остальные.

Ник не пошевелился, не моргнул даже после того, как здоровяк с квадратной челюстью упал и ударился головой о стекло, заваливаясь вниз. Ник был почти уверен, что к тому времени парень был уже мёртв, но всё равно было жутковато смотреть, как его лицо разбивается об органическое стекло, а шея изгибается под неестественным углом, пока он съезжал по стеклу, прежде чем упасть бесформенной кучей у его основания.

В конце концов, после того, как все они упали, вибрация в воздухе начала стихать.

Если не считать гула машин позади них и прерывистого дыхания видящих, гибридов и людей, наступила зловещая тишина.

И тут Джордан, как никто другой, нарушил безмолвие пещеры.

— Пресвятые конские яички, бл*дь! — выдал он.

Ник понимал, что это было мрачным моментом, но ничего не мог с собой поделать.

Он рассмеялся.

***

Теперь они толпились по всей длине стеклянной стены, не прикасаясь, но разглядывая, пытаясь понять, как открыть дверь.

Кит уже разобрала свой компьютер-нарукавник, чтобы иметь возможность получить доступ ко всем элементам управления, и использовала его вместе со своей гарнитурой, чтобы попытаться взломать зашифрованные замки. Ник на мгновение пожалел, что подумал, не стоило ли ему сначала попробовать внушение. Возможно, он смог бы убедить кого-нибудь из людей открыть дверь таким образом.

Несколько секунд спустя он отбросил эту мысль, поняв, что в лучшем случае выдавал желаемое за действительное.

Если бы до них было так легко добраться, они бы не оставили здесь так мало людей.

— О, они не одни, — спокойно сказал ему Малек.

Ник повернулся, уставившись на другого мужчину.

— Что?

— Идут солдаты, — сказал Малек, как будто это было самой очевидной вещью в мире. — Один из учёных, находившихся там, поднял тревогу, как только мы появились.

Все они уставились друг на друга, затем на Малека.

— И ты только сейчас догадался упомянуть об этом? — огрызнулся Морли.

Высокий видящий пожал плечами.

— А как бы это помогло, Джеймс? — резонно спросил Малек. — Все здесь и так делают всё, что в их силах, и как можно быстрее.

Голос Малека стал ещё более мрачным.

— Но нам нужно попасть внутрь как можно скорее, — добавил он.

— Вот уж действительно, бл*дь, — пробормотал Джордан, закатывая глаза. — Господи, как вам, жутким фрикам, вообще удавалось оставаться в живых так долго?

— Хороший вопрос, — буркнула Чарли.

— Кто-нибудь, просто откройте эту бл*дскую дверь, — проворчал Ник, раздражаясь на всех них. — Я бы не хотел, чтобы меня снова подстрелили или выбросили в эту радиоактивную жижу, не сейчас, когда мы зашли так далеко.

Кит снова уставилась на невидимые цифры и линии, подключаясь к виртуальному интерфейсу. Морли смотрел на приборную панель справа от двери. Он нахмурился и начал нажимать клавиши по очереди, и Ник решил, что он просто пробует что-то наугад, перебирая любые случайные комбинации, которые приходила ему в голову.

Ник снова взглянул на Малека и Тай и обнаружил, что они, очевидно, ведут какой-то безмолвный разговор друг с другом. Он вспомнил те странные, молчаливые гляделки между видящими, которые часто перемежались ещё более странными выражениями лица и жестами рук.

Обычно их выдавали глаза, особенно если разговор был эмоциональным.

Между Тай и Малеком не происходило ничего столь очевидного.

Они оба выглядели очень сосредоточенными.

Затем Тай кивнула, один раз, и слегка пожала плечами, как бы говоря: «Стоит попробовать».

Она снова сосредоточилась на стекле.

Ник подавил ощущение неверия, когда увидел, что один из учёных пошевелился. У Ника по-настоящему отвисла челюсть, когда мужчина неуклюже поднялся на колени, а затем кое-как пополз к какому-то отдельно стоящему терминалу, расположенному недалеко от органической стены.

Он не дышал.

Кровь длинными полосами покрывала его щеки, челюсть и шею, а глаза были залиты кровью. Они оставались открытыми, но совершенно невидящими. Ник недоверчиво наблюдал, как учёный потянулся вверх, а затем пошарил рукой по верхней части квадратной панели.

Внезапно он понял.

Тай не вернула его к жизни.