Доротея Варм – Цена Софии (страница 8)
– Каждый имеет то, что заслуживает. А моя семья заслуживает лучшего – и я этого добьюсь, чего бы мне это ни стоило.
Выйдя из комнаты, я увидел, что мама с Саванной уже ждут в прихожей. Я схватил контейнер с десертом, накинул пальто и попрощавшись, направился к машине.
Черный Mercedes-Benz S-класса – пожалуй, моя лучшая покупка за последний месяц. Работа шла отлично: заключил сделку с магазином эксклюзивной мебели, доставка которого стоила целое состояние. Раньше, чтобы получить машину, мне хватало одного звонка отцу. Теперь же всё было по-настоящему моё: заслуженное, выстраданное, добытое.
Я вспомнил, как в подростковом возрасте мы с другом Эдом, учась вдали от родителей, жили свободой, о которой другие могли только мечтать. Та свобода была иллюзией: зависимость от родителей, легкомыслие и пустые развлечения. Когда наша семья оказалась в «подземке», я понял главное: нельзя ни от кого зависеть. Своё место под солнцем нужно заслужить самому.
Я сел за руль, и город за окнами медленно расстилался передо мной в ночном свете. Улицы Вестер-Бей были почти пустыми, лишь редкие фонари вырезали золотые пятна на асфальте, отражаясь в каплях дождя, что недавно прошли. Свет фар отбрасывал длинные тени на тротуары, а в зеркале заднего вида мелькали силуэты редких прохожих – город, который никогда не спит, словно дышал в унисон со мной.
В руках я держал контейнер с запечёнными яблоками – маленькое, но настоящее доказательство того, что даже в хаосе и трудностях остаются простые радости.
В зеркале салона я поймал собственное отражение. Все говорило о переменах: черный костюм-тройка, рубашка под цвет ночи, серебряные запонки и часы – не просто аксессуары, а символы контроля и силы, за которые я боролся сам. Система ценностей изменилась. Раньше я следовал за иллюзией, теперь я сам писал правила.
***
Быстро добравшись до ресторана, я толкнул дверь и сразу ощутил теплую смесь ароматов пряностей, свежего хлеба и глянцевого дерева. Свет мягко падал из подвесных ламп, отражаясь в хрустальных бокалах на столах, а приглушенная музыка подчеркивала элегантную, почти камерную атмосферу.
– Здравствуйте, вы бронировали? – протянула миловидная блондинка, аккуратно поправляя волосы.
Я окинул её взглядом: длинные ноги, слегка округлые бёдра, грудь третьего размера, искусно подчеркнутая треугольным вырезом платья. Её улыбка, немного робкая, заставила меня невольно ухмыльнуться.
Я почувствовал, как она чуть замедлила дыхание под моим взглядом – люди часто реагировали так, даже сами не понимая почему.
– Да, меня ждут. Столик на фамилию Роуд, – сказал я, уверенно глядя в её глаза.
На секунду она будто растерялась, затем быстро кивнула.
– Конечно… пройдёмте.
Она провела меня к столику, при этом едва касаясь плеча, словно невзначай. Её пальцы задержались на мгновение дольше, чем нужно, но в этом жесте чувствовалась скорее нервная попытка привлечь внимание.
Я почти не заметил этого. Мой взгляд уже был прикован к нему.
К Бенджамину Роуду.
Он сидел, сложив руки на столе, и его присутствие давило. Невысокий, но стройный мужчина лет пятидесяти пяти, с ухоженными русыми волосами, тонкими, но крепкими руками. Лицо не назовешь классически красивым – острые скулы, чуть кривоватый нос, но в целом привлекательная, властная харизма; взгляд был холодный, уверенный и проницательный, как у человека, который привык командовать и внушать уважение.
Корпорация «RAS» по наследству передалась его жене, но управляли они ей вместе и довольно успешно. Когда-то у них был кризис, компания несла большие убытки, они почти разорились, а потом еще и произошло несчастье, с его женой случился несчастный случай, он стал вдовцом и у него осталась маленькая дочь, единственная наследница, но про нее особо ничего неизвестно.
Казалось, что рядом с ним свет ресторана казался тусклее.
– Здравствуйте, мистер Роуд, – протянул я руку.
– Здравствуйте, мистер Хенсон, – крепко ответил он, сжимая мою ладонь, и махнул рукой: – присаживайтесь.
Официантка вернулась с меню и аккуратно разлила воду, ставя бокалы перед нами с едва заметным звоном стекла. Её движения были выверены, как танец, но я почти не заметил, потому что взгляд мой был прикован к Роуду.
– Мистер Роуд, – начал я, – ваш звонок стал для меня полной неожиданностью. Секретарь уже сообщила, о ком вы хотите поговорить. Может, не будем тянуть время?
Он усмехнулся, слегка наклонившись вперед.
– Внешне вы очень похожи на вашего отца.
– Вы его знали?
– Мы не были друзьями, – сухо сказал он, – но сотрудничали в бизнесе.
Он сделал короткую паузу, наблюдая за моей реакцией.
– Не знал об этом.
– Доставлял ему оборудование. – Его взгляд острый, как нож.
– Вы выбрали ненадежного клиента. Надеюсь, репутация вашей компании не пострадала.
– Теперь понимаю, почему вы выбрались из той дыры, – улыбка Роуда была холодной и насмешливой.
– Прошу прощения? – мой голос был ровным, но внутреннее напряжение росло.
Официантка, проходившая мимо нашего столика, на секунду замедлила шаг. Я заметил, как она быстро отвела глаза.
– Вы же не думаете, что я не знаю вашу историю?
– Удивите меня.
Он сделал жест, мы сделали заказ, и только когда официантка отошла, Бенджамин продолжил:
– Ваши родители, Кайл и Амиелия Хенсон, жили в «Элизиуме», но не были наследниками. Малый процент акций, который полагался младшему ребёнку, им ничего не давал. Потом они получили наследство и открыли бизнес: фитнес-залы, престижные услуги. Всё шло неплохо – дом, прислуга, машины. А потом… родились вы.
Он говорил спокойно, почти лениво, словно зачитывал чужую биографию.
– Хочу добавить, что вы талантливый парень. Учились за границей в частной школе и поступили там в университет. Но вот ваш отец не справился – прогорел, забрал деньги и сбежал, оставив вашу мать и сестру с долгами.
Он слегка наклонился вперёд.
– И вы, Ренальд, не окончив последний год университета, возвращаетесь и делаете невозможное – поднимаетесь с самого дна, из «Подземки».
Моё лицо оставалось каменным. Внешне я не показал ни единой эмоции, но мои кулаки под столом сжимались всё сильнее – до тупой боли в костяшках.
Я сдерживал себя из последних сил, чтобы не воткнуть ему вилку между глаз, которые так насмешливо смотрели на меня, будто он ждал именно такой реакции.
Я медленно вдохнул, заставляя пальцы разжаться.
– Вы осведомлены, но если это ваша цель – рассказать мою историю, то я пас.
Я встал, собираясь уйти.
Его голос изменился – серьёзный, ровный, без капли насмешки.
– Вы выплатили все долги отца, Ренальд?
Я остановился.
Несколько человек за соседним столиком на секунду замолчали, словно почувствовали, как воздух вокруг стал тяжелее.
– Да. Банк забрал имущество, остальное выплачивал я, работая в «Подземке». – Мой взгляд был твёрдым.
Он кивнул и отвёл глаза к окну.
– Но кое-что осталось неуплаченным. Вы знали, что ваш отец любил азартные игры?
– Да. Но мне не приходили уведомления о его задолженностях.
– Присядьте, пожалуйста.
Вернувшись на место, я посмотрел на него ожидающим взглядом.
Он протянул мне аккуратно сложенную расписку. Бумага была старая, но подпись отчётливо виднелась:
«Кайл Хенсон – обязуюсь выплатить…»
Холод пробежал по спине.
Пальцы невольно сильнее сжали край бумаги.