Дора Штрамм – Ханет (страница 41)

Нейтан, судя по всему, действительно чувствовал себя в доме Тилшарг превосходно. Всякий раз, когда Ханет видел его, он был весел и беззаботен, отказывался рассуждать о чем-то серьезном и неизменно советовал ему поменьше думать и беспокоиться.

— О, так ведь мы с ней — одного поля ягоды, — взяв из вазочки с конфетами засахаренный орешек и отправив его в рот, сообщил Нейтан. — Как бы странно это не звучало, но у нас много общего. Мы любим шумные компании и пирушки, болтаем обо всем на свете… Кстати, почему ты не ходишь на бои? Тебе было бы полезно развлечься, познакомиться с другими гзартмами, а то сидишь дома со слугами, так недолго и с ума сойти. Они славные, конечно, но, право слово, будто няньки для которых мы — неразумные младенцы, еще не выросшие из детских платьишек.

— Бои? Я слышал о боях от Оската, когда мы еще жили при Аукционном доме. Ты о них толкуешь? Твоя хозяйка водит тебя туда?!

— Да, — Нейтан гордо улыбнулся. — Тилшарг — чемпионка Забрага. И наверняка получит кубок, как и во все предыдущие годы. Если бы ты только видел ее на арене!

— Выходит, моя госпожа бывает на боях? — насупился Ханет. Хорошенькое дело! Значит, Тилшарг водит Нейтана на бои, а Миджирг полагает, что его только тряпки и побрякушки интересуют?

— Конечно, бывает! Приходи с ней на финальный бой. Уверен, это будет великолепное зрелище. Все в Запопье только о нем и говорят. Даже знаменитый турнир по Затрикию уступает ему в популярности.

— Уж будь уверен, все силы приложу чтоб ее уговорить! А ты встречал ужо кого из наших? Может быть, Далия или Гаррета?

Нейтан покачал головой.

— Опять это «ужо»! Среди твоих слов вообще так и ползают всякие ужи… И, увы, но пока нет, не встречал. О Далии я спрашивал Тилшарг, но она знает не больше нашего, а Гаррета, видимо, купил кто-то из менее знатных огр. По крайней мере, здесь, в этой гостинице, его нет. Кажется, однажды я видел Михаэля, но не успел подойти к нему.

— Странно тут все-таки, — помолчав, сказал Ханет, перемешивая в чашке мед и стараясь не касаться ложечкой стенок. Замечания Нейтана не раздражали, он поправлял его как бы мимоходом, и словно бы тут же забывал об этом. Совсем не так как Миджирг с ее нотациями.

— Вроде бы дела идут неплохо, но я то и дело думаю, и зачем согласился ехать? — продолжал Ханет. — Когда Оскат плел мне про богатство, которое я тут заработаю, словно заколдовал меня! Я ведь не так и мало получал от капитана дома! И мать никогда не тратит денег зазря, откладывает на будущее. Да и сестрам не завтра замуж… Что на меня нашло?

— Мы ведь уже не раз говорили об этом! Деньги обладают удивительной властью над человеческим разумом. Ты поддался искушению, только и всего. А я ни о чем не жалею! — безмятежно улыбнулся Нейтан. — Здесь очень интересно. Огры оказались отнюдь не чудовищами, не так ли? К ним легко привыкнуть. И их мир, хоть и похож на наш, но все же, совсем другой.

— Так-то оно так, хотя про «легко» ты, пожалуй, загнул изрядно. Только вот не пойму я все ж, люди-то им для чего? Дом вести? На это слуги есть. Да мы и не знаем ничего об их мире, людей всему приходится учить. Ты образованный господин, тебе, может, проще это все, а я вот не знаю, смогу ли разобраться…

Нейтан коротко рассмеялся.

— Вот уж не думаю, что мне будет проще! Полагаешь, в доме моих родителей я закупал продукты, готовил еду или следил за слугами? Вовсе нет! Такими вещами занимается управляющий, знаешь ли… Впрочем, Тилшарг сказала, что я могу ничего не делать, если не захочу.

— Ну а я не могу так, — Ханет взял с блюда пирожок, откусил и принялся жевать. Пирожок был вкусный — с яблочным повидлом. — Раз уж за меня заплатили, так я должон… должен отрабатывать, — проглотив, добавил он.

Нейтан пожал плечами.

— Некоторые огры, конечно, берут в дом людей для работы, а некоторые — просто для развлечения. Им нравятся люди и эмрисы…

Вот что-что, а легкомыслие Нейтана, порой, здорово выводило Ханета из себя. Хотелось ткнуть его кулаком, чтобы заставить опомниться, согнать с губ ленивую улыбку, заставить думать. У него в голове не укладывалось, как можно быть таким беспечным, верить всему, что наговорили торговцы и наплела бабушка?

— Так почему нравятся-то? — в сердцах воскликнул он. — Я вот этого не могу понять! Мы же не похожи на них вовсе! Вообще другие!

— О, боги всемогущие… Мы красивы, разве этого мало? Здесь нет ни одного урода, ты заметил? Ты сам, хоть и крестьянин, но весьма хорош собой и вовсе не похож на грубую деревенщину. Тебя только речь и выдает, но это дело поправимое. Люди разводят породистых лошадей и собак, держат в домах певчих птиц и другую живность. А огры — заводят себе людей. — Нейтан отодвинул чашку, поставил локоть на стол, и положил подбородок на основание ладони. Его глаза искрились весельем.

— Ну, знаешь! — буркнул Ханет. — Не нравится мне быть ни лошадью, ни собакой, ни птичкой в клетке!

Он сунул в рот остаток пирожка. Нейтан молчал, глядя на него, выразительно подняв брови. Ханет скорчил рожу.

— Ну ладно, пущай… пусть так. Много всякого нам говорили про огр, но пока хотя бы все идет вроде… как это вы с Далием говорите?.. Благопристойно.

— Вот именно. — Нейтан взял еще один орешек, кинул в рот.

Ханет доел пирожок и запил чаем.

— А укусы? — спросил он. — Вот тебя Тилшарг кусала, скажи мне?

Нейтан откинулся на спинку стула.

— Нет. А Миджирг тебя?

— Тоже нет. Надеюсь, что и не укусит! Знаешь, что она мне сказала? Мол, заслужить это надо!

— Поэтому ты и хочешь быть хорошим гзартмой? — поддразнил его Нейтан.

Ханету снова захотелось его стукнуть.

— Нет! Я ж сказал: она заплатила за меня, значится…

— Да-да, я помню, нужно отрабатывать. Ну а если она заплатила, чтобы кусать тебя, когда ей вздумается?

Ханет скривился.

— Говорят, это очень приятно, — посмеиваясь, добавил Нейтан.

— Не знаю я… брехня это какая-то. Как может быть приятно, когда тебя кусают здоровенными зубищами?!

— Понятия не имею! Но хочу выяснить. Никогда не стоит отказываться от нового опыта.

— Да уж, видал я, как ты не отказываешься, — проворчал Ханет и пояснил в ответ на вопросительный взгляд друга: — Тогда, на реке в первый день. Сидели вы с Тилшарг в лодке рядышком — ну прямо парочка! Руку она тебе на колено положила, на ухо нашептывала… тьфу, смотреть противно было!

Нейтан удивленно воззрился на него.

— Ханет! Да ты, оказывается, ханжа!

— Это еще кто?

— Лицемер, вот кто! Сам ведь под ручку с Миджирг ходишь? Ходишь! Так почему Тилшарг нельзя класть руку мне на колено во время разговора? Может, она для этого меня купила?

— Так я вот и понять хочу, для чего купили-то они нас? Не верю я, что все просто ради того, чтобы смотреть на нас и любоваться! Как-то все это… сумнительно! Тут все не как у людей! То есть, у людей так тоже бывает, что баба верховодит, но…

— А не слишком ли ты много думаешь о том, как оценить происходящее здесь с точки зрения людской логики? — прищурился Нейтан. — Может быть, именно поэтому тебе и не удается наладить взаимоотношения с твоей хозяйкой?

Ханет понял, что сумел-таки задеть его, вот только ему совсем не хотелось ссориться с единственным другом. Жаль раньше он об этом не подумал! И как теперь, спрашивается, исправить сказанное?

— Почем я знаю! — буркнул он. — Мне такое впервой…

Нейтан поднялся, отошел к окну и присел на подоконник.

— «Впервые», а не «впервой». Я тебе уже не раз говорил: относись к происходящему проще. Да, мы не знаем, что с нами будет, не знаем местных обычаев, законов. Однако я вижу вокруг множество людей, которые живут здесь давно и, судя по всему, чувствуют себя превосходно. Разумеется, меня волнует мое будущее, но я не вижу причин быть чрезмерно подозрительным и предвзятым. Я верю в волю богов. Раз мы оказались здесь, значит, для чего-то это нужно.

— Ну, может и так… — сдался Ханет, хотя Нейтан его не убедил.

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату влетел запыхавшийся Тодда. Нейтан обернулся и грозно нахмурился. Кончики ушей слуги виновато поникли. Ханет с трудом сдержал ухмылку. В глубине души, он очень сожалел, что у огр уши не настолько подвижные, как у огров-слуг. Ведь как удобно! Посмотрел — и сразу ясно было бы, в каком настроении огра, а то ведь по их лицам мало что поймешь.

— Атэл! — выпалил Тодда. — Атир Тилшарг вернулась! К себе вас немедля требует! Ох, Удронька превеликая, вы ведь не одеты, не причесаны! — заламывая руки, запричитал Тодда. — Атир сердиться будет!

— Не будет, не переживай, — сказал Нейтан и, обращаясь к Ханету, добавил: — Тебе придется меня извинить. Должно быть, Тилшарг хочет взять меня на тренировку. Увидимся позже…

С этими словами он торопливо вышел из комнаты, оставив Ханета допивать остывший чай в одиночестве.

Глава 14. Хороший гзартма

Вернувшись в свой номер, Ханет увидел, что Вагга занят уборкой и, чтобы не мешать слуге, забрался с ногами на подоконник. Поначалу вогнутая поверхность казалась ему не самым подходящим местом для сидения, но на деле это оказалось не так. Благодаря мягким подушкам и тяжелым портьерам, на подоконнике было и удобно, и уютно.

— Нейтан, кажись, отлично ладит со своей хозяйкой, — сказал Ханет, наблюдая, как Вагга деловито стряхивает пыль с мебели метелкой из разноцветных перьев.

— Атир Миджирг тоже очень добра к вам, — отозвался Вагга.