Дора Штрамм – Ханет (страница 25)
«Не дано нам постичь твоих замыслов, о, Мать Удра! — виновато подумала Денджирг. — Мы лишь стараемся пройти ниспосланные нам Тобой испытания достойно и не сбиться с пути. Надеюсь, илльх-гзартма Маэль сам понимает, что сделал и делает не так, к чему это уже привело и к чему может еще привести. И Аджарг… Хотя ведь она вовсе не так избалована и своевольна, просто немного слишком любвеобильна, но, но… ох, не знаю я! Надеюсь, мне повезет и мой агрх-гзартма будет обладать нравом спокойным и мягким, станет вести себя разумно, во всем меня слушаться! Но если вдруг мой будущий гзартма окажется дерзким, мятежным и неуживчивым, прошу тебя, дай мне сил сладить с ним и направить на путь истинный!»
Вот уже много поколений торговцы привозили в Забраг юношей, по большей части, благоразумных и покладистых, которые легко привыкали к местному укладу, не лезли на рожон и не пытались переделать здешнюю жизнь под ту, к которой привыкли в своих краях. А если и появлялись здесь своевольные смутьяны, большого вреда от них не было. По крайней мере, пока.
«Взять вот хоть артму Вэйлинейла, когда-то давным-давно сбежавшего из родного дома в Валории от нежеланного брака, навязанного ему родителями, — размышляла Денджирг. — Он сам добрался в Забраг, пройдя через земли Элании, подвергшиеся как раз в то время действию страшного заклятия. Чего-чего, а смелости ему было точно не занимать!»
Артма Вэйлинэйл нрава был и впрямь горячего. После смерти своей единственной не затворился, как положено, в четырех стенах, дожидаясь, пока та возродится вновь, а взялся обшивать других гзартм, да так ловко, что попасть к нему в клиенты повсеместно почиталось великой честью.
А агрх-гзартма Вилдшарг Путешественницы — Мэйрис, рожденный на далеком заброшенном острове в Южном море, нашедший тайные врата, ведущие в Некрополию и прожившей там несколько лет до того, как попасть в Забраг? В Некрополии, подумать только! Возможно, он и выжил там лишь потому, что был Стражем и мог противостоять чарам некропольцев. Говорили, он натворил в царстве мертвецов такое, что от него рады-радешеньки были избавиться, еще и охрану дали в дорогу, чтобы побыстрее добрался до Забрага — или, что более вероятно, точно оказался там, откуда уже не сможет вернуться обратно.
Правда заключалась в том, что в Забраге хватало смельчаков и храбрецов. Пусть остепенившихся, хоть иногда и не полностью, но
Денджирг отвернулась от прогуливающейся по берегу парочки и притворилась, будто любуется видом. Куда разумнее смотреть на красоты природы, чем задумываться над столь сложными вопросами, решать которые ей не по плечу и не по чину! Вот уже и голова начинает болеть, вон как виски ломит!
А вид здесь и правда был превосходен. Сколько бы Денджирг ни приезжала в Шатерный поселок, она не уставала восхищаться вздымающимися к небу горными вершинами, отражающимися, словно в зеркале, в водах реки. Век бы так стояла и смотрела, думала она, однако же, краем глаза нет-нет да и поглядывала на тех двоих. И как раз в один из таких моментов увидела, как Аджарг махнула рукой в ее сторону и что-то сказала Маэлю. Илльх-гзартма тоже взглянул на Денджирг и покачал головой. Аджарг принялась что-то с жаром доказывать, явно пытаясь в чем-то убедить своего спутника. Денджирг почувствовала себя неловко и перевела взгляд на лес, через который им предстояло ехать. За ним, окруженное полями и фруктовыми садами, лежало в долине Запопье…
Каждый из городов Забрага был красив по-своему, но Запопье казалось ей каким-то особенно уютным, несмотря на то, что назвать жизнь в нем спокойной и размеренной было никак нельзя. Один Барыган — пристанище человеческого сброда и источник вечной головной боли шаджйаранг чего стоил! А уж когда прибывали караваны торговцев, работы прибавлялось в разы. Собственно, это было одной из причин, по которой Денджирг спешила сюда каждую весну и осень, чтобы находиться рядом с Йоджинг: смотреть, слушать, учиться.
— Ну что, едем? — голос Аджарг, раздавшийся над ухом, заставил Денджирг вздрогнуть.
— Едем, конечно, — ответил она, забираясь на гугдарма. Илльх-гзартмы Маэля у реки уже не было.
Аджарг тоже вскочила на своего скакуна и велела:
— В Запопье.
Гугдармы сами вышли на дорогу, ведущую к городу и, поскольку всадницы не торопили их, пошли ровным шагом.
— Как там наши раненые? — спросила Денджирг и тут же мысленно выругала себя за то, что не задала этот вопрос раньше. Сон в шатре принцесс совсем выбил ее из колеи. Ведь, в самом деле, разве может быть что-то важнее беспокойства о пострадавших попутчицах?
— Все хорошо, — отозвалась Аджарг. — Зварг Длинная полежит какое-то время и вряд ли оправится до Праздника Последнего Урожая, но Маэль заверил, что с ней все будет в порядке.
— Да хранит нас всех Удра, — прижав руку к сердцу, пробормотала Денджирг и Аджарг повторила ее жест.
Денджирг было очень любопытно, о чем говорила Аджарг с илльх-гзартмой, но спрашивать о таком было не принято. Однако Аджарг, перестав хмуриться, вдруг фыркнула и покрутила головой.
— Ты уж не рассказывай никому о том нашем разговоре с Шадраг, — сказала вдруг она и Денджирг, хоть и ждала подспудно этого, все же прижала на миг уши к голове.
— Разумеется, я не скажу! — прорычала она.
— Ладно-ладно, не обижайся, — усмехнулась Аджарг и перебросила косу за спину. — Просто над Шадраг, небось, все Запопье потешается, нелегко будет молчать, когда при тебе станут говорить об этом.
«А ведь она, пожалуй, права, — поняла Денджирг. — Вдруг об этом упомянет Йоджинг? Сомнительно, но все же… Смогу ли я, глядя ей в глаза, притвориться, будто ничего не знаю?»
— Послушай, — немного смущенно произнесла Денджирг, когда они въехали под тень деревьев. — Раз уж мы заговорили о гзартмах, я подумала, может быть, это и неплохо, чтобы кто-то мог помочь с выбором. Ведь какое непростое это дело! Уроки гзартмоведения в Академии, разумеется, дают многое, но то ведь все теория, а на практике все совсем не так просто! Как выбрать среди привезенных в Забраг именно того, кто связан с тобой нитью судьбы?
Аджарг вдруг расхохоталась, да так громко, что ее гугдарм осуждающе оглянулся, а с ближайшего дерева взвилась в небо перепуганная стая птиц.
— Да, дело непростое! И раз уж ты так переживаешь, по этому поводу, значит, не будешь против, что я поговорила о тебе с Маэлем.
— Поговорила? — растерялась Денджирг и кровь бросилась ей в лицо. — Я видела, что он смотрел на меня и качал головой, но не думала… — она помолчала, не зная, сердиться или благодарить Аджарг, но любопытство победило: — Каков же был ответ?
— Сказал: «Незачем». Только не спрашивай, что это значит! Что с шаманами, что с артмами Древнего Дома — всегда так. Вечно загадки и секреты, ни словечка прямо не скажут.
— Ладно, не буду спрашивать, — растеряно отозвалась Денджирг. — Должно быть, все устроится как-то само-собой… Или, — добавила она упавшим голосом, — я вовсе не встречу того, кто предназначен мне судьбой, в этом воплощении.
— Все может быть, — согласилась Аджарг. — Только ведь гзартма не обязательно должен быть тот самый. Можешь взять в свой дом любого.
— Даже и не знаю, — с сомнением произнесла Денджирг и, чтобы сменить тему, спросила: — А отчего ты не берешь в свой дом гзартму?
— Да просто не хочу и все.
— Ходят слухи, что ты частенько захаживаешь к артме Вейлинейлу, — убедившись, что Аджарг не собирается продолжать, сказала Денджирг. Она бы не решилась на подобный разговор, но сегодня уже столько было сказано в нарушение правил приличия…
— Фр-р-р-р, это все сплетни! — беспечно отозвалась Аджарг. — Ходить-то хожу, но все это не всерьез. Мы с Вейлом хорошие друзья. Он — не то, что другие, не забита голова глупостями. Кому, спрашивается, польза от того, что артма будет столетиями сидеть взаперти? Дикость это все, глупые пережитки прошлого. Ты подумай! Даже заговорить нельзя наедине с чужим гзартмой, как будто от разговоров от них убудет.
— Но ты же не станешь уверять, что только разговоры разговариваешь?
— Не буду, — легко согласилась Аджарг. — А почему нет, если встречаются те, кто хочет того же, что и я?
— Этак ты в Барыган скоро начнешь захаживать…
Аджарг пожала плечами.
— Зачем, если я и так всегда могу найти то, что мне надо?
Разговор становился совсем уж неприличным и Денджирг решила, что лучше ей будет помолчать. В лесу становилось все темнее с каждой минутой. Аджарг придержала гугдарма возле одного из деревьев, рядом с которым был воткнут в землю длинный шест. Взяв его, она стукнула по висящему на ветви мешочку со свет-кристаллами. Мешочек, качнувшись на длинной веревке, задел мешочек, висящий на соседней ветке, тот следующий, а тот — другой… Покачиваясь туда-сюда, мешочки сталкивались, и от ударов друг о друга, свет-кристаллы начали разгораться — все ярче и ярче.
— Ну вот, другое дело! — провозгласила Аджарг, воткнув шест обратно в землю. Мелькающие среди ветвей разноцветные огоньки хорошо освещали дорогу.
— Совсем другое, — согласилась Денджирг, думая о своем.
Ее то и дело тянуло оглянуться, как будто она могла увидеть Шатерный поселок и, посреди островерхих или округлых шатров, фигуру в белом, чтобы спросить: «Почему?» Но она не оглядывалась. Может быть, тот, кто предназначен ей в спутники великой Богиней, еще не родился или уже умер, а может быть, им просто не суждено найти друг друга в этом воплощении. Великая Мать лучше знает, что хорошо, а что плохо для ее детей, и не дело простой дарды задавать Ей вопросы, почему все устроено так, а не иначе. И тем более не дело роптать и торопить судьбу.