Дора Штрамм – Ханет (страница 22)

— Да не волнуйся ты! Будем, как договорились, прохаживаться перед кабинками наших гзартм, а Оскат никого близко к ним не пустит. Понятное дело, это злит, но выбора-то у нас нет.

Тилшарг, в отличие от Миджирг, аппетита не потеряла и, с удовольствием умяв порцию тыквенных оладий с яблочным джемом, принялась за тыквенный торт.

Миджирг кивнула и без особого энтузиазма откусила кусок лепешки.

На самом деле ее опасения оказались напрасны. Видимо, кто-то пустил слух, что Нейтан и Северный цветок (так уже прозвали Ханета) проданы до аукциона и ни одна дарда не выказывала к ним неподобающего интереса. Только один раз Тилшарг пришлось рыкнуть на заместительницу министриссы сельского хозяйства, и то, тут же между ними встала шаджйаранга. Хмуро посмотрев на высокопоставленных дард, она напомнила, что в Аукционном доме закон обязаны соблюдать все, а несоблюдающим придется заплатить штраф. Удостоверившись, что конфликт разрешился, едва начавшись, шаджйаранга удалилась прочь, горделиво вскинув голову. Она и правда выглядела очень эффектно во введенной недавно новой форме: темно-синей складчатой юбке, длиной по колено, поверх которой была надета кольчужная сетка — больше для красоты, чем для пользы дела; темно-синего цвета куртке из шерсти; нагруднике из прессованной кожи со стальными накладками и высоких, черных ботинках, плотно охватывающих ноги до самых коленей. Вышивка на плече куртки, свидетельствовала о принадлежности ее хозяйки к специальному подразделению Йоджинг Свирепой, хотя и так было ясно, чья это подчиненная: обычные шаджйаранги не носили ни кожаного доспеха, ни устрашающего вида топора на поясе.

Меж тем Рубашечный день шел своим чередом. Гзартмы прохаживались по своим клетушкам, облаченные в тонкие шерстяные рубашки, не скрывающие достоинств или недостатков продаваемых, которые в другие дни невозможно было разглядеть под многослойными одеждами. Это помогало тем, кто еще не сделал окончательный выбор, склониться к тому или иному решению.

— Добрый день, госпожи министриссы! — рядом с Тилшарг и Мижирг возник сияющий Оскат. — Ах, какой сегодня у меня шдаржд, не правда ли?

— И вам доброго дня, — сдержано поздоровались те. Поправлять в очередной раз ошибившегося торговца им не хотелось, хотя его пассаж звучал более чем нелепо.

— Шдаржд! Ты подумай! — Тилшарг хлопнула себя по бедру, и рассмеялась. — Когда он использует слова не по назначению, еще полбеды, но такой пердимонокль с ним впервые на моей памяти.

— Да уж! — подхватила Миджирг и, дав волю чувствам, тоже от души расхохоталась. — Знал бы он, что сказал! Удра Великая, если бы он только знал!

Но Удра осталась глуха к ее словам, а оттого Оскат продолжал мнить себя знатоком гшхара и не подозревал, что спутал два слова: шдаржд и джардж. И если второе означало «многолюдно», то первое — желудочную инфекцию.

— Ну-ка, давай посмотрим этого, — отсмеявшись, деловито сказала Тилшарг. Подруги находились в квартале Торговых рядов — Ангршде, где выбирали слуг для новых гзартм.

— Как тебя зовут? — обратилась Тилшарг к слуге средних лет, сидящему за одним из многочисленных столиков, предназначенных для ищущих работу. Миджирг встала рядом, напряженно вслушиваясь в каждое слово. Ей прежде не приходилось нанимать слуг для гзартм, а потому она вознамерилась перенять опыт у более опытной Тилширг. Миджирг слабо представляла себе все обязанности гзартм-слуг, но понимала, что их список равен бесконечности.

Лысый слуга со светло-зеленой кожей впился взглядом в герб, вышитый на рукаве куртки Тилшарг. Кончики его острых ушей встали торчком, щеки потемнели от волнения.

— О-о-о! — воскликнул он и, вскочив, склонился в низком поклоне. — Атир[2] Гора, для меня честь, что вы обратились ко мне! Мое имя Тодда.

— У тебя есть альбом с твоими работами? — не обратив внимания на его возбуждение, спросила Тилшарг и села по другую сторону стола на скамью, предназначенную для посетителей.

— Конечно! Конечно, есть.

Тодда достал из-под стола увесистый альбом, обтянутый бархатом салатового цвета, украшенный аппликацией из атласных розочек и сердечек, выполненной с безусловным мастерством.

«Красивый альбом — плюс в копилку слуги», — отметила про себя Тилшарг.

— Вот, посмотрите, атир. Первая часть — прически, а вторая — наряды, — благоговейно произнес слуга.

Тилшарг кивнула и принялась перелистывать твердые страницы. Все работы впечатляли. Судя по всему, даже из самого невзрачного гзартмы этот слуга мог сделать настоящего красавца.

— Неплохо-неплохо, — пробасила Тилшарг.

— К сожалению, лучшие мои модели здесь не представлены, — затараторил слуга извиняющимся тоном. — Они шились на заказ и для весьма высокопоставленного аргх-гзартмы и делать с них волшебки не разрешили.

— Понятно, — многозначительно отозвалась Тилшарг и, захлопнув альбом, подвинула через стол обратно к Тодде. Повисло молчание. Дарда сурово смотрела на гзартм-слугу. Тот какое-то время сумел выдержать взгляд, но в итоге сдался, отвел глаза, и его уши поникли, демонстрируя полную покорность. Ритуал был завершен.

— Отлично! — Тилшарг хлопнула по столу ладонью. — Будешь работать на моего гзартму — атэл[3] Нейтана.

— Это честь для меня, атир Гора! — воскликнул Тодда, расплывшись счастливой улыбке. — Вы и секунды не пожалеете, что взяли меня в свой дом. Ни секунды!

— Надеюсь, — с наигранной суровостью ответила Тилшарг и достала из поясной сумки кружок из плотной ткани, на котором был гладью вышит ее герб — высокая гора, с встающим над ней солнцем.

— Раз…

— Ваш гжагд… — любовно залепетал Тодда, с поклоном принимая герб, который отныне ему предстояло с гордостью носить на своей куртке.

— …и два! — Тилшарг положила на стол стопку золотых. — Это на ткани, гребенки, панталоны, кремы там, я не знаю! Короче на все, что понадобится моему гзартме, когда я заберу его в этот айджеб[4]. Он у торговца Оската, в Лиловом павильоне.

Тодда послушно кивал, торопливо упаковывая альбом в кожаный, квадратный рюкзак.

Теперь, когда у Тодды был гжагд Тилширг, его обязаны были пропускать и в Аукционный дом, и в лучшие лавки торгового квартала. Гжагд — своего рода удостоверение личности, доказывал, что Тодда действует по поручению и от имени своей хозяйки. Чуть позже он обзаведется своим штандартом, но пока гжагда было достаточно.

— Как ты сразу поняла, что он хороший гзартм-слуга? — поинтересовалась Миджирг, когда Тодда умчался исполнять поручения. Все это время она молча поражалась тому, как Тилширг удалось с первой попытки найти такого великолепного слугу. Особенно сильное впечатление на нее произвел его альбом. А она еще удивлялась, отчего Тилшарг не перепоручит выбор гзартм-слуги своему слуге Грэбсу? Ведь, казалось бы, это куда более прилично для дард их положения! Однако, как выяснилось, выбор слуги, который будет заботиться о гзартме — дело чрезвычайно ответственное. Пожалуй, едва ли не менее ответственное, чем выбор самого гзартмы.

— Тодда прислуживал аргх-гзартме Талаэлю, пока они с Вурджаг Носатой не ушли в долины Аргхайна, — с удовольствием пояснила Тилшарг. — Вспомни, какие наряды и прически были у Талаэля. Загляденье! Я бы могла и не смотреть его альбом, но слуга, каким бы хорошим он ни был, должен знать свое место.

— Да, конечно, это ты верно подметила, — согласилась Миджирг, стараясь скрыть охватившие ее растерянность и панику. Ведь ее собственные знания о гзартм-слугах сводились к тому, что те бесполы, суетливы и старательны. Однако, побродив по торговым рядам, она убедилась, что суетливость и старательность — качества присущие далеко не каждому.

Миджирг переходила от одного слуги к другому, подолгу и с пристрастием допрашивала каждого, давала им немыслимые задания, требовала разыгрывать шарады и отгадывать загадки. Тилшарг, которую тоже привлекли к изобретению самых каверзных вопросов и заданий, недоумевала. Дарды всегда заботились о гзартмах, но чтобы до такой степени… Когда Миджирг перешла к разыгрыванию по ролям сценок из повседневной, как ей казалось, гзартмовьей жизни, Тилшарг была уже готова провалиться от стыда сквозь землю. Ничем более глупым она никогда не занималась, но — увы! — и отказать Миджирг тоже не могла. Пришлось ей сыграть роль хамоватой владелицы мясной лавки и хитрой торговки тканями, вознамерившейся обсчитать покупателя.

Близился вечер. Мечты Тилшарг об ужине постепенно превратились в навязчивую идею. Она уже был готова плюнуть на дружеский долг и отправиться в харчевню одна, когда — о, славься Удра! — слуга для Ханета был найден.

— Храни это, — пафосно изрекла Миджирг, протягивая тощему пареньку по имени Вагга свой гжагд.

— Я буду с честью служить вам, атир Все-Учтено, — дрожащим от радости голосом ответил тот. — Я докажу, что вы не прогадали!

— И в чем был смысл твоих поисков? — поинтересовалась Тилшарг, закончив ужин тремя порциями тыквенного мусса. — Ты устроила весь этот сыр бор, чтобы под конец нанять неопытного юнца?

— Во-первых, Вагга, несмотря на молодость, обладает многими достоинствами: великолепно шьет и вышивает, умеет поддержать беседу на любую тему, может ста тридцатью тремя способами уложить волосы и многое другое. Он ведь при тебе все это рассказывал, ты разве не слушала?.. Во-вторых, я полагаю, ему будет проще найти общий язык с Ханетом, поскольку разница в возрасте у них не так уж и велика. А в-третьих, я абсолютно уверена: впечатленный тем, что сразу после Академии попал в услужение к столь важной персоне, он будет куда преданней, чем все опытные гзартм-слуги вместе взятые. В-четвертых, что касается его рекомендаций, которые я изучила самым внимательным образом…