Дора Коуст – Озеро мертвых душ (страница 35)
— Ваше Благородие, пора вставать.
Насмешливый голос Бет, увы, не вырвал меня из теплых объятий сна. Проснулась я гораздо раньше, среди ночи, в холодном поту от кошмара, что просто повторил собой явь.
Вернувшись в свою спальню вчера, я отпустила девушек спать. В гостиной на ночь остался только Энаро, но он никак не смог повлиять на появление Истола. Просто потому, что галеций Вантерфул решил не пользоваться дверьми. В мою комнату он попал через балкон, отчего-то забыв о порталах. Их мужчина мог беспрепятственно открывать в любую точку дворца.
Увидев его за неплотным тюлем, услышав звук открывающихся створок, я внезапно очень хорошо осознала, что некромант зол. И тому имелись причины. Я не велела пускать его в свои покои — ему тут делать было определенно нечего, — но тем не менее получала от девушек последние новости из казематов.
Новости однозначно радовали.
К условленному часу галеций Браушт явился во дворец и получил возможность побеседовать с пленником, но результаты этого разговора превзошли все его ожидания. Как я и просила, Берни назвал Лугстара-старшего заказчиком, обвинив его в смерти естийя и фактически тем самым подписав ему приговор.
Через несколько минут после этого в темницу дворца попал и второй пленник. Его разговор с Альиксом мне пересказали с точностью до слова, но волновал меня лишь результат этой беседы.
Как я и полагала, от помощи менталиста галеций Астер Лугстар отказался. Позвать же менталиста для Берни не разрешила я, обосновав это тем, что не могу доверить столь ценную голову во власть лучшего друга истинного убийцы естийя.
Дворец галеций Браушт покинул крайне недовольным. Потому что назначить наказание для пленников предстояло именно мне.
— Если вы хотите что-то сказать, говорите или уходите. Я собираюсь лечь спать, — произнесла я сухо, не имея ни сил, ни желания выслушивать от кого-то очередные нравоучения.
У меня были абсолютно другие планы на эту ночь. Лежа под одеялом, я намеревалась войти в то состояние транса, что охватывало меня, когда я выпускала слишком много магии. Именно на этой границе я впервые встретилась с Амадином, увидела его глаза посреди белого дня, и лишь потом он стал приходить в приграничье между сном и явью.
Я хотела попытаться связаться с ним в последний раз.
Не скрывалась. Сняв тяжелое платье, давно переоделась в ночную рубашку, но смущения рядом с Истолом не испытывала. Спокойно расстилала постель, когда вдруг почуяла неладное.
Оборачивалась медленно. Увидев мужчину на расстоянии вдоха от себя, я даже удивиться не успела. Только мысленно отметила его глаза — черные сейчас, почти антрацитовые, что говорило слишком о многом.
Куратор был болен, и, кажется, его болезнь до него все-таки добралась.
— Истол? — позвала я, попытавшись увеличить расстояние между нами.
Но сделать этого мне не дали. Самодовольная усмешка заняла его губы лишь на миг, а после эти губы вдруг впились в мои, в то время как меня больно дернули за руку.
Захват оказался каменным.
Я не стала дожидаться развития событий, которые изначально ничем хорошим закончиться не могли. Не сопротивляясь, позволяя мужчине себя целовать, мысленно призвала водную хиксу. Кольцо нагрелось в ответ, давая мне понять, что Олли услышала мой зов и готова выполнить то, о чем я прошу.
А просила я немногое. Мне нужна была вода. Много воды, чтобы утопить в ней одного некроманта, который больше себя не контролировал. Опасность, близкая смерть должны были вернуть его разум на место.
По крайней мере, я на это искренне надеялась.
Первые струи воды, вырвавшиеся из моих ладоней, ударили мужчине прямо в грудь, отбрасывая его от меня. На то, чтобы заполнить спальню водой под завязку, у меня было слишком мало времени.
Приложившись спиной о кресло, фактически превратив его в обломки, куратор Вантерфул чересчур быстро вскочил на ноги, словно и не почувствовал боли от удара.
Да он даже не поморщился! Его лицо вообще никак не изменилось. Ядовитая улыбка, от которой меня бросало в дрожь, будто приросла к его губам.
Раз, второй, третий… Вновь и вновь он пытался добраться до меня, но струи воды на время охлаждали его пыл, раз за разом откидывая мужчину к стене.
В конце концов, решив не тратить время, я по уже от зубов отлетающей формуле создала стеклянный куб вокруг Истола, быстро наполнив его водой до самого верха.
— Лиция, у тебя… — После короткого стука дверь в мою спальню приоткрылась. — Угольки мне за пазуху, ты что творишь?! Ты же его сейчас утопишь!
— Не лезь!
Рванувшего к кубу Энаро Олли остановила в один прыжок, попросту приземлившись на него сверху, с громким грохотом сбив с ног вместе с вытянутым столиком, на котором стояла ваза с цветами.
Я же неотрывно наблюдала за галецием Вантерфулом. Даже не моргала, следя за каждым его движением.
А он толком и не двигался. Невозмутимо сложив руки на груди, смотрел на меня в ответ с изрядной долей снисхождения, абсолютно не пытаясь что-либо предпринять на пути к собственному спасению.
Он просто не верил, что я могу ему серьезно навредить. А я очень сильно не любила, когда во мне сомневались.
Вода исчезала стремительно. Избавив куб от нее, я на расстоянии высушила одежду и волосы мужчины, воспользовавшись единственным заклинанием, которое у Энаро получалось на отлично.
Но на этом не остановилась. Влага начала испаряться и из тела Истола. Он ощутил это буквально через несколько секунд. Застывшая на его губах улыбка стала натянутой.
— Ты же не посмеешь, Потерянное Сокровище, — внезапно прошипел, прохрипел мужчина, словно змея или василиск.
— Не посмею что? — уточнила я и усилила напор.
Организм любого взрослого существа состоял из воды чуть больше, чем на шестьдесят процентов. Потеря даже одного-двух процентов уже существенно сказывалась на общем состоянии, но я заходила все дальше. Чем меньше становилось воды в его организме, тем агрессивнее он должен был стать, а агрессия всегда заставляла делать ошибки.
— Убить подобного себе, — просипел куратор, падая на колени, от злости ударяя ладонями о стекло.
На него наваливались усталость и головная боль.
— Некроманта? — удивилась я. — Отчего же не посмею? Еще как посмею, ведь ты — не он.
— Не некроманта, глупая девчонка, — рассмеялся, прокаркал белый как полотно Истол. — Демона. Ты ведь давно меня-я-я почу-у-ув…
Мужчина не договорил. Окончательно обессилев, он рухнул на дно куба и потерял сознание. Тянуть из него воду я тут же перестала, но не его состояние стало тому причиной. Я просто не могла поверить в услышанное.
Галеций Вантерфул никогда не был болен. Власть над его телом захватывал демон.
Демон, назвавший меня подобной себе.
— Что он сейчас сказал? — приглушенно произнес придавленный Олли Энаро, а я вздрогнула от его голоса, потому что совершенно забыла, что у этой картины имелись незваные свидетели.
— Взболтнешь кому-нибудь хоть слово… — предупредила я и словно ожила, заметавшись по спальне.
Для начала накинула на плечи халат и туго повязала пояс, а уже потом растворила куб и попросила Олли отпустить огневика. Он должен был привести кого-нибудь из слуг или гвардии — кого-нибудь не языкастого, чтобы они отнесли куратора в его покои и как следует приковали к кровати до утра антимагическими наручниками или цепями.
И вот утро настало, а я все еще была не готова снова встретиться с Истолом. Знала, что его стережет Энаро, так что ночь должна была пройти мирно для всех обитателей дворца.
Кроме меня. Кошмары, в которых я превращаюсь в демона, преследовали меня всю ночь.
— Завтрак или ванна? — уточнила зевающая Бет.
Прямо посреди ночи им пришлось сменить огневика, а потому время до утра они провели в моей гостиной.
— Ванна, — ответила я, подозревая, что в ближайшее время все равно не смогу съесть даже крошки. — Рикола, моей гостье тоже нужна помощь. С сегодняшнего дня ты приставлена к ней.
— А кто она, твоя гостья? — проявила любопытство землевичка.
Бет я решила оставить при себе как раз потому, что для нее этикет и прочие радости дворцовой жизни были чуждыми. Пусть ее отец много лет служил в доме Фалдрудов, сама девушка необходимого опыта не имела.
Что было мне только на руку. В ее присутствии я могла не бояться ошибиться и чувствовала себя свободно.
— Та, кому трон Страдсбурна принадлежит по праву. Новости от Энаро были?
Если подруги и желали получить подробности из первых рук, то вида не показали. Я и сама хорошо ощущала, что тронь меня сейчас кто — и я тут же взорвусь. Ярость, непонимание, смятение
и сомнения кипели во мне, превратив в бурлящий котел. С огромной радостью я хотела бы узнать, что произошедшее и услышанное мною ночью просто приснилось мне, но, к сожалению, это было не так.
Хотя бы потому, что Энаро до сих пор находился в спальне Истола, который уже не просил, а требовал его освободить. И я действительно собиралась это сделать. Намеревалась отправиться к нему сразу после того, как приведу себя в порядок в уборной и покажусь естии, чтобы она не чувствовала себя брошенной, но все, как и всегда, пошло не по плану.
Стоило мне выйти в коридор, как я натолкнулась на стайку придворных. С помощью галеция Вантерфула их ряды заметно поредели. Сейчас у моих покоев стояли трое, двое из которых являлись советниками в разных отраслях, но в каких именно, я, к собственному стыду, не знала. Третьим же был помощник секретаря, который после преобразований получил повышение.