Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 1329)

Я ожидал, что Лайла улыбнется, может, подмигнет, короче, даст знак, что она услышала мой комплимент. Ничего.

Итак, я ходил кругами вокруг Лайлы с той самой минуты, как увидел ее в нашем коридоре, пытаясь пробить стенку, которую она между нами воздвигла; стенку, помогавшую Лайле держать меня на расстоянии вытянутой руки; стенку, калитку в которой Лайла приоткрыла для Джереми в тот день, когда они встретились. Мне хотелось, чтобы она смеялась и веселилась со мной, совсем как тогда с Джереми. Но все мои тонкие комплименты и неловкие попытки пошутить терпели фиаско, как намокший фейерверк. Поэтому я уже начал обдумывать более лобовой подход, такой, который потребует однозначного ответа: такого или иного. Одним словом, я собирался пригласить Лайлу на свидание. И когда я пошутил по поводу ее красоты, меня неожиданно осенило, что нужно ловить момент. Я встал и пошел на кухню, причем без особой надобности: просто трусливо тянул время. И вот, отойдя на приличное расстояние, я начал, запинаясь, говорить:

– Знаешь… я вот тут думал… короче… я думаю, нам стоит с тобой куда-нибудь сходить.

Я выпалил это одним залпом, застав Лайлу врасплох. Она приоткрыла рот, словно собираясь что-то произнести, но замялась, явно не зная, что сказать.

– Типа на свидание? – спросила она.

– Совершенно не обязательно называть это свиданием.

– Джо, я не собираюсь… – Она перевела взгляд на кофейный столик, ее плечи слегка выдались вперед, пальцы растерянно теребили ткань спортивных штанов. – Помнишь, мы тогда договорились лишь пообедать спагетти? И ни о чем больше.

– Можно сходить в итальянский ресторан. И тогда у нас будет обед со спагетти.

В комнате повисла напряженная тишина. В ожидании ответа я непроизвольно задержал дыхание. Наконец Лайла подняла на меня глаза:

– Я получу дополнительный зачет по американской литературе, если схожу на спектакль. Он идет в выходные в честь Дня благодарения. Я могу взять два билета на эту пятницу. Но это не будет считаться свиданием. Всего лишь дополнительный зачет. Таковы условия сделки. Ну как, согласен?

– Я люблю спектакли. – По правде говоря, я в жизни не видел ни одного спектакля, если не считать скетчи и сценки, которые в свое время ставили в театральном кружке для мотивационных собраний в старших классах. – А как называется пьеса?

– «Стеклянный зверинец».

– Отлично! Значит, у нас свидание… Я хотел сказать… Это не будет считаться свиданием.

Глава 25

Мы нашли Энди Фишера на странице «Фейсбука» в списке выпускников его средней школы. Энди, который значился под более взрослым именем Эндрю, унаследовал от отца страховое агентство. И теперь руководил офисом, расположенным в одноэтажном торговом центре на восточной окраине Голден-Валли, Миннесота.

Возраст отнюдь не украсил Эндрю Фишера. Юношеские кудри сменились лысиной на всю макушку наподобие монашеской тонзуры, протянувшейся с затылка к лицу; уцелела лишь жидкая прядь волос впереди, которая извивалась надо лбом, словно старый штакетник. Жировые складки на талии нависали над поношенным кожаным ремнем, под глазами виднелись глубокие темные морщины. Эндрю сидел в отделанном дешевыми панелями офисе, стены которого украшали миниатюрные охотничьи и рыболовные трофеи.

Когда мы вошли, Эндрю, встречавший нас в пустой приемной, протянул мне руку для рукопожатия.

– Чем могу быть вам полезен? – спросил он с видом заправского продавца. – Нет, погодите, дайте-ка я сам догадаюсь. – Он посмотрел в окно с зеркальным стеклом на мою ржавую «хонду аккорд» и довольно улыбнулся. – Вы собираетесь купить новую машину, и вам нужен договор автострахования.

– На самом деле мы надеялись, что вы согласитесь поговорить с нами о Кристал Хаген.

– О Кристал Хаген? – Улыбка моментально исчезла с его лица. – А кто вы, собственно, такие?

– Джо Талберт. Учусь в универе, а это… моя…

– А я Лайла. Его однокурсница, – пришла мне на помощь Лайла.

– Мы готовим рассказ о смерти Кристал, – продолжил я.

– Но зачем? – удивился Эндрю. – Это ведь было давным-давно. – Буквально на секунду на его лицо легла тень печали, но он поспешно прогнал воспоминания. – Я оставил эту историю в прошлом. И не желаю ее обсуждать.

– Но это очень важно, – произнес я.

– Что тут может быть важного? Древняя история. И они поймали убийцу. Карла Айверсона. Он жил по соседству с Кристал. А сейчас, полагаю, вам лучше уйти. – Повернувшись к нам спиной, он направился в свой кабинет.

– А если мы скажем вам, что у нас возникли сомнения в виновности Карла Айверсона? – выпалила Лайла, прежде чем успела подумать.

Мы переглянулись, и она передернула плечами. Фишер замер в дверях своего офиса, но к нам не повернулся.

– Пожалуйста, уделите нам немного времени, – сказал я.

– Этот кошмар когда-нибудь закончится? – прошептал себе под нос Эндрю, пройдя в кабинет.

Мы остались в приемной. Он, не глядя на нас, сел за письменный стол в окружении голов убитых животных. Мы ждали. Тогда, по-прежнему не поднимая глаз, Эндрю поднял два пальца и пригласил нас войти. Мы вошли и сели на стулья для посетителей напротив письменного стола, не зная, с чего лучше начать. Эндрю заговорил первым:

– Иногда она по-прежнему является мне во сне. Такая, какой когда-то была прежде. Очаровательная… и совсем юная. А потом все кругом будто чернеет и мы оказываемся на кладбище. Она уходит под землю и выкрикивает мое имя. И тогда я просыпаюсь в холодном поту.

– Она выкрикивает ваше имя? – удивился я. – Но почему? Вы ведь ничего плохого не сделали. Да?

Фишер смерил меня холодным взглядом:

– Это дело разрушило мою жизнь.

Я понимал, что мне следовало проявить больше сочувствия, но слышать, как этот парень жалеет себя, причитая «бедный я, бедный», было для меня точно серпом по яйцам.

– Оно вроде как разрушило и жизнь Кристал Хаген тоже. Вы не находите?

– Сынок, – Эндрю свел большой и указательный пальцы, оставив между ними один дюйм, – еще вот столечко, и ты вылетишь отсюда, как пробка!

– Вам, должно быть, тогда пришлось ужасно тяжело, – поспешила вмешаться Лайла.

Она говорила ласковым тоном, понимая, что медведя нужно заманивать медом.

– Мне было шестнадцать лет, – сказал Эндрю. – И это не важно, что я не сделал ничего плохого. Люди шарахались от меня, как от прокаженного. И даже когда арестовали того парня, Айверсона, все равно ходили упорные слухи, будто это я убил Кристал. – От наплыва эмоций у Эндрю непроизвольно заходили желваки на скулах. – В день похорон Кристал я пришел на кладбище бросить горсть земли в ее могилу… после того, как туда опустили гроб. Но мать Кристал наградила меня таким ледяным взглядом, что я застыл на месте. Будто смерть Кристал была на моей совести. – Уголки рта Эндрю внезапно опустились. Казалось, он вот-вот разрыдается. Буквально через секунду он взял себя в руки и продолжил: – Я на всю жизнь запомнил этот осуждающий взгляд. И когда я думаю о дне похорон Кристал, мне на память чаще всего приходит именно это.

– Значит, люди считали, что именно вы убили Кристал Хаген? – спросил я.

– Люди – идиоты, – ответил Эндрю. – Ну а кроме того, если бы я и собрался кого-нибудь убить, то первым стал бы адвокат ответчика.

– Адвокат ответчика? – переспросил я.

– Ну да. Именно он распускал слухи, будто я убил Кристал. Он так и сказал присяжным. Сукин сын! Это попало в газеты. Боже правый, а мне ведь тогда было всего шестнадцать!

– Вы были последним, кто видел ее живой. – Эндрю недобро сощурился, и я уж было решил, что все испортил, а потому поспешно добавил: – Мы читали стенограмму свидетельских показаний на процессе.

– Тогда вы должны знать, что я высадил ее у дома и сразу уехал. Когда я уезжал, она была еще жива.

– Все верно, – кивнула Лайла, – вы ее высадили. И, если мне не изменяет память, на суде заявили, что она оставалась дома одна.

– Я не утверждал, что она была дома одна. Я говорил, что, по-моему, дома никого не было. А это большая разница. Дом казался пустым. Вот и все.

– А вы, случайно, не в курсе, где в это время находился ее отчим? – спросила Лайла. – Или ее сводный брат?

– Откуда мне это знать? – возмутился Фишер.

Лайла заглянула в записи, делая вид, будто пытается освежить память:

– Ну, согласно свидетельским показаниям Дуга Локвуда, отчима Кристал, в момент убийства они с Дэнни находились в их дилерском центре по продаже подержанных автомобилей.

– Похоже на правду, – согласился Фишер. – Старик держал стоянку подержанных автомобилей. И получил лицензии дилеров для матери Кристал и Дэнни, чтобы они могли брать любые машины со стоянки. А все, что им нужно было делать, – это ставить ценник в салон автомобиля.

– Выходит, Дэнни тоже был дилером?

– Лишь на бумаге. Как только ему стукнуло восемнадцать, ему выдали дилерскую лицензию. Он, как говорится, был ни два ни полтора. Его день рождения пришелся как раз на тот месяц, когда он мог пойти учиться на год раньше и стать самым маленьким учеником в классе или на год позже и стать самым великовозрастным учеником в классе. Они выбрали второй вариант. – Эндрю откинулся на спинку кресла. – Лично я всегда считал Дэнни кретином.

– А почему? – удивился я.

– Ну, начать с того, что в этой семье вечно собачились. Мамаша Кристал и ее отчим постоянно орали друг на друга, причем ругались они всегда из-за Дэнни. Дэнни был против того, чтобы отец женился на маме Кристал. Если верить Кристал, отчим обращался с ее матерью как с последним дерьмом – типа из кожи вон лез, чтобы устроить скандал. Ну а еще машины.