Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 1267)
– На Лолланд, – ответил он с набитым ртом.
Виктория присела на край прилавка и подтянула на коленях твидовые брюки, чтобы не помять складку.
– Слушай, там же тоска смертная, жители этого острова – все между собой родственники.
Улыбнувшись, она достала из разорванного пакета очередную булочку.
– Я думал, что ты недолюбливаешь только шведов и немцев, не знал, что у тебя такое же предубеждение против провинциальных жителей.
– Это не предубеждение, а опыт, пришедший с годами. Я не исключаю, что на южных островах встречаются и очень славные люди, только мне они не попадались.
– Разреши поинтересоваться, когда это ты в последний раз выезжала за пределы большого Копенгагена?
Она бросила на него возмущенный взгляд:
– Я очень часто выезжаю из города, чтобы купить книги, но не скрою, я не люблю дальние поездки, тем более если речь идет о местах, где живут люди, которые ничего не видели, кроме свекольного поля. И зачем тебе, скажи на милость, понадобилось туда ехать?
– Так. Проверить кое-что, – бросил он небрежно в ответ. Он не хотел рассказывать ей о том, что ему поручено отвезти туда какой-то контракт. – Я думаю, что Беньямин находится там, среди последователей Якоба Месмера.
– Ты едешь к этому экзорцисту?
Он кивнул.
– Ни к чему хорошему это не приведет. – Она по привычке обмакнула булочку в кофе и откусила размоченный кусочек. – Так что ты хотел у меня попросить? Карту дорог?
– Да, пожалуйста, если у тебя найдется. Но не только это…
– И что еще? По-моему, у меня нет других его книг. Кстати, ты так и не взял у меня те, в которых написано о месмограмме, или как там ее…
– Книг мне больше не надо.
– А что же тогда?
Томас пригубил кофе.
– Денег ты от меня не получишь.
– И деньги твои меня не интересуют.
– Так что же тебе нужно?
– Машина, – сказал он, отводя взгляд.
Виктория отставила чашку и изумленно на него посмотрела:
– Ты хочешь взять мою Вильму?
– Я не знал, что у нее есть имя. Но да. Ты позволишь?
– Неужели ты не можешь попросить машину у этого Месмера?
– Нет, к сожалению, не могу.
– Ну, тогда почему бы не попросить у Ломана его «ауди»? Ты же на ней катался все лето.
– Да, но тогда я работал на Ломана. – Томасу не хотелось вдаваться в подробности и объяснять, что он до сих пор не заплатил за разбитое лобовое стекло, которое расколошматил рокер Карстен. – Меня бы это очень выручило.
– Неужели нет общественного транспорта, на котором ты мог бы доехать?
– Имение находится далеко на отшибе. Я буду очень бережно обращаться с твоей машиной… с Вильмой. К вечеру вернусь. Еще засветло.
Она глядела на него так, словно перед ней сумасшедший.
– Я не могу позволить, чтобы в машине сидел Мёффе: у него лезет шерсть и он все обслюнявит.
Томас открыл было рот, чтобы сказать, что Мёффе не линяет и слюни у него не текут, но решил не затевать лишних споров.
– Ты можешь быть совершенно спокойна. Мёффе останется дома с Эдуардо.
Порывшись в брючном кармане, Виктория достала оттуда ключ, прикрепленный на колечко с большой серебряной буквой «В».
– Ладно, так и быть, один раз я тебя выручу, но учти: если она вернется хотя бы с одной царапинкой, считай – мы с тобой навеки враги. Навеки, Ворон! Согласен на такое условие?
Он тут же выхватил ключ у нее из руки.
Спустя десять минут Томас уже сидел за рулем красного «Вольво-Дуэт Р210», выпуска 1966 года. Виктория стояла рядом и, засунув голову в боковое окно, наблюдала за тем, как он пытается сдвинуться с места. В коробке передач что-то щелкнуло, когда ему наконец удалось найти первую скорость.
– Смотри, чтобы не больше восьмидесяти километров в час, и следи за температурным датчиком. Температура не должна подниматься выше восьмидесяти пяти градусов. И никаких проселочных дорог, чтобы ее не побило камешками!
– Я буду за всем следить, – сказал Томас, нажимая педаль газа. – Увидимся вечером!
– Отпусти ручной тормоз! – крикнула она ему в ухо так громко, что он едва не оглох.
Он отпустил ручной тормоз, и машина покатила вдоль Дроннингенсгаде к перекрестку на Торвегаде. В зеркало заднего вида Томас заметил, что Виктория смотрит ему вслед, не отрывая взгляда, и порадовался, что она не видит его лица.
39
Старенький автомобильный радиоприемник «блаупункт» ловил то одну станцию, то другую в то время, как Томас ехал по дороге Е47 в южном направлении в сторону Лолланда. Из динамиков вместо музыки в основном доносился шум помех, но к югу от Престе вдруг ясно донесся голос Джонни Кэша[680], исполнявшего «Walk the Line»[681], и Томас прибавил звук. Выбравшись на трассу, он ехал со скоростью сто километров в час. Этого было достаточно, чтобы его не обгоняли грузовики, но в то же время значительно превышало ту скорость, на которой велела ехать Виктория. Ее «вольво», казалось, легко справлялся с заданным темпом, и Томас следил за датчиком температуры. Хотя машина работала шумно и выпускала вонючие выхлопные газы, вести ее было одно удовольствие, потому что другие участники движения явно восхищались ее видом и, поравнявшись с ним, выразительно поднимали вверх большой палец.
Спустя двадцать минут Томас переехал через Кальве-Стрём[682], и, когда он въехал на первый мост к острову Фарё, впереди открылся вид на море и остров Маснеде, окруженный мерцающим знойным маревом. Когда-то они с Евой мечтали совершить на «Бьянке» плавание к многочисленным островкам, окружающим остров Фюн, чтобы посетить все маленькие гавани, скрытые в глубине морских бухт. Если точнее, то идея эта пришла в голову Еве, когда она увидела небольшие «грушевые шхуны», стоявшие на якоре в Нюхавне, хозяева которых продавали прохожим свежие фрукты, привезенные с Фейе. Еве захотелось самой съездить на острова, чтобы прямо на месте купить яблок. Но и эту мечту, подобно многим другим, они так и не успели осуществить. Томас подумал, что когда он получит от Фердинанда Месмера свой гонорар, то сможет наконец отремонтировать мотор «Бьянки» и тогда съездит за Евиными яблоками. Ему захотелось сделать это в память о ней.
Пока он ехал через Фальстер, небо начало хмуриться. Открыв боковое стекло, он ощутил стоявшую в воздухе духоту и подумал, что скоро, наверное, разразится гроза. Если все сложится удачно, то он будет у Якоба Месмера уже через полчаса. Когда он нырнул в Гульдборгссундский тоннель между Фальстером и Лолландом, радиосигнал пропал, сменившись густым монотонным гудением. Ему почудился какой-то нехороший звук, как будто что-то стучит в моторе, и Томас автоматически сбавил скорость. Однако датчики на приборной доске показывали, что давление масла и температура в норме, и значит, все было в полном порядке.
В следующий миг он уже оказался на Лолланде, а вдалеке, как нарочно, послышались первые раскаты грома. Перед отъездом он даже не поинтересовался прогнозом погоды, считая, что все время так и будет стоять сушь. И сейчас его не радовала мысль о том, что обратный путь придется проделать на стареньком «вольво» в темноте под проливным дождем. И тут мотор вдруг издал громкий хлопок, одновременно из радиатора повалил белый дым, застилая ему обзор. Томас инстинктивно нажал на тормоз, и машину тотчас занесло. Он отпустил педаль, крутанул руль в противоположную сторону, и машина выехала на встречную полосу. Он отчаянно стал крутить руль, чтобы развернуть Вильму в правильном направлении, но в результате она съехала к правой обочине. В следующую секунду машина была в кювете, и, когда она туда бухнулась, он ударился головой о руль.
Томас схватился за лоб и увидел на руке кровь. Ошеломленный, он плечом открыл дверь и вывалился наружу. Радиатор все еще дымился, и слышно было, как в мотоблоке что-то зловеще потрескивает.
– Этого не может быть, черт возьми! – пробормотал Томас.
Медленно выкарабкавшись из канавы, он сел на край обочины и посмотрел на лежащую внизу машину. К счастью, она свалилась довольно удачно, так что только немного погнулся передний бампер. Но Томас с ужасом думал о моторе. Нечего было и пытаться заводить машину: даже если она осталась на ходу, ему все равно своими силами не вытащить ее из кювета. Он посмотрел вдаль, на пустынное шоссе, которое медленно темнело у него на глазах от начавшегося дождя, от дороги потянуло характерным запахом асфальта. Пришлось вызвать эвакуатор, чтобы вытащить «вольво», в худшем случае машину предстояло отправить в мастерскую. Оставалось только надеяться, что повреждения окажутся не слишком серьезными и ему не придется сообщать Виктории об аварии.
Томасу пришлось прождать грузовик три часа, и он провел их, спрятавшись от дождя в багажном отделении «вольво». Выбравшись из задней двери, он увидел, что за ним приехал местный перевозчик, занимавшийся также буксировкой пострадавших машин. «Когда на дороге заглох мотор, Кузнеца на помощь зови, шофер!» – было написано на видавшей виды двери водительской кабины.
– Что же ты, без тормозов, что ли, ездишь? – спросил одетый в черное хозяин грузовика, похожий на добродушного байкера.
– Да я тормозил, но вот – занесло. Что-то там треснуло, и дым столбом!
– Что поделаешь! Со всяким может случиться.
– Похоже, ты уже догадался, что там не так? – с надеждой спросил Томас.
– Не имею понятия, я только буксировкой занимаюсь, – ответил шофер, надевая рабочие рукавицы. – Но мы можем отбуксировать тебя в мастерскую. Машина-то хороша. – Он вытянул трос с крюком, прицепил машину Томаса к лебедке и с первой попытки вытащил ее из кювета.