Дон Уинслоу – "Современный зарубежный детектив-2" Компиляция. Книги 1-20 (страница 1255)

«Я вкладываю всю душу, тружусь до потери сознания, – кричал на них Якоб Месмер. – Изо всех сил стараюсь донести Слово Божие до всех, убедить как можно больше людей, вам же остается только протянуть руку и принять десятину, а вы и этого не делаете. Неужели так слаба ваша вера? Вы перестали верить в меня? Верить в Евангелие?»

Томас только начал читать о том, как относятся к Якобу Месмеру женщины общины, как вдруг услышал, что кто-то спрыгнул на нос яхты. Обернувшись, он увидел, что к нему спешит запыхавшийся Эдуардо.

– Я пришел рассказать тебе кое-что интересное, – сказал он, еле переводя дыхание.

– Может, сядешь сначала?

Томас подвинул ближе свободное кресло, и Эдуардо сел лицом к нему.

– Хочешь бокал вина? – Потянувшись к шкафчику, Томас достал из мини-бара бокал.

– С каких это пор ты пьешь вино?

– С тех пор, как кончилось пиво.

Эдуардо поднял стоявшую на полу бутылку и внимательно прочитал этикетку:

– Слушай! Да это же reserva![670]

– Так что ты хотел рассказать?

– Momento!

Эдуардо налил себе вина и пригубил. Тотчас же его лицо исказила гримаса.

– Гадость какая! Оно же пахнет пробкой! Сколько времени оно у тебя провалялось?

– Кто его знает. Я даже не помню, как я его покупал. Может быть, это был подарок в придачу к яхте?

Пожав плечами, Томас допил остатки из своего бокала.

– По-моему, вино как вино.

Эдуардо безнадежно покачал головой:

– Когда-нибудь, amigo, я научу тебя, как пьют настоящее вино.

– Расскажи наконец, с чем ты пришел.

– Сегодня в редакции, работая над статьей о продаже государственных компаний, я случайно наткнулся в нашей сети на сообщение о намечающемся слиянии двух фирм.

– Будет тебе, отдохни, – иронически сказал Томас, наливая остатки вина в свой бокал. – У тебя был безумный день…

– Погоди, ты еще не слышал, кто сливается! Это же «Месмер ресурсиз» и SIALA.

– Ну и что?

– Когда это случится, они станут крупнее, чем «МакКинси», – можно сказать, монополистами в сфере вопросов управления.

Томас пригубил бокал. После того как Эдуардо это сказал, он и сам почувствовал, что вино неважное. Томас поставил бокал на палубу, сожалея, что Эдуардо не оставил своего мнения при себе.

– Но разве это не черт-те что! – воскликнул Эдуардо, взмахнув руками.

– Черт-те что, – равнодушно согласился Томас.

– Тебя это вообще не волнует? Да?

– Честно говоря, нет. Я работаю не на фирму Месмера, а на него лично – на человека, который хочет найти своего сына. Вот и все.

– Ты, вообще-то, знаешь, чем занимается фирма «Месмер ресурсиз»?

– Знаю, конечно. Курсы, лекции там всякие… для руководящего состава. Большой бизнес, так сказать, который, судя по тому, что ты говоришь, собирается расшириться.

Эдуардо подался вперед и начал очень серьезно:

– А я попытался получше вникнуть в то, что они предлагают потребителю.

– Ну и вник?

– Теория, на которой у них все построено, вся классификация типов, вся их философия менеджмента основывается на разработанной и запатентованной ими системе, которая у них называется месмограммой.

– Месмограмма, – с усмешкой повторил за Эдуардо Томас. – Непохоже, чтобы их отдел маркетинга сильно перетрудился в тот день, когда придумывал это название.

– Это правда. Но попробуй угадать, кто разработал эту систему?

– Понятия не имею! Фердинанд Месмер, что ли?

– Мимо! Попытайся еще раз.

Томас посмотрел на Эдуардо долгим взглядом:

– Неужто его сын?

– Correcto[671]. Якоб Месмер.

– Так Якоб до того, как пришел к Богу, работал в фирме?

– Более того, похоже, что Якоб Месмер и его отец оба являются обладателями патента на идею, которая лежит в основе деятельности фирмы, которая из разряда миллионеров вот-вот перейдет в разряд миллиардеров!

– Вот это да! Такого я никак не ожидал, – сказал Томас, почесав в затылке. – Выходит, что причина для поисков сына у Фердинанда Месмера куда более веская, чем мне представлялось вначале.

– Может, тебе лучше отказаться от этого расследования?

– С какой стати?

– Зачем тебе между ними вклиниваться? Это может иметь очень опасные последствия.

Томас усмехнулся:

– И это говорит социалист о гадких капиталистах?

– Я серьезно. Тут речь не только о деньгах, тут речь уже о власти, comprendes?[672] Для них ставки в этой игре очень высоки.

– Я не боюсь ни Фердинанда Месмера, ни кого другого.

– А надо бы, наверное, бояться. Как насчет детектива, который написал этот отчет?

– В каком смысле?

– Куда он девался?

– Понятия не имею. Я так его и не нашел. Думаю, что он жив-здоров.

– Будем надеяться. Но почему такая таинственность?

– А разве в этой отрасли бывает иначе?

– Неужели? Если бы Фердинанд Месмер пожелал, чтобы все было сделано без лишнего шума и огласки, он задействовал бы своих адвокатов. Я имею в виду не Ломана, а ребят посерьезней, которые придумали бы, как сформулировать разумное соглашение, и позаботились бы о том, чтобы ничего не вышло наружу. Так почему же Месмер выбрал не их, а тебя?

– Откуда мне знать.

– Ну а что, по-твоему, будет, когда ты принесешь ему адрес Якоба Месмера?

– Хватит, Эдуардо. Ты и так уже наговорил такого, что у меня теперь разыграется настоящая паранойя. Сейчас для меня главная проблема в том, что сынок моего клиента точно сквозь землю провалился. – Томас улыбнулся, хотя хорошо понимал, что Эдуардо во многом прав: побудительный мотив Месмера выглядел сейчас совсем не таким ясным. – Знаешь, пожалуй, я с ним поговорю, прежде чем действовать дальше.

– Откажись лучше от этого дела. Скажи, что не смог найти его сына, а деньги оставь себе.

– Я так не работаю.