Дон Холлуэй – Последний викинг. Сага о великом завоевателе Харальде III Суровом (страница 51)

Будь то 1044-й или 1045 год, Харальд всё равно появился слишком поздно. После последнего бегства Свена в Швецию и нескольких лет неразберихи после смерти Хардакнуда ситуация в Скандинавии наконец стабилизировалась. Король Магнус, которого Харальд помнил только как мальчика-безотцовщину из Киева, теперь управлял и Норвегией, и Данией. Свен, наоборот, выжил только благодаря милости своего шведского кузена Анунда, который его приютил, но не собирался вместе с ним воевать. Многочисленные неудачные попытки показали, что Свен не был в состоянии самостоятельно отвоевать свои датские владения. Ему требовалась помощь. Деньги. Корабли. Люди.

Всё это ему мог предоставить Харальд. В «Гнилой коже» говорится: «Свен предложил объединить силы, потому что по праву рождения они могли претендовать на королевства, которыми управлял король Магнус». Победив Магнуса, Свен мог бы править в Дании, а Харальд – в Норвегии.

Любопытно, что в «Круге земном» Снорри говорит о том, что Харальд согласился с предложением, и вместе они сразу стали строить планы по захвату владений Магнуса. Однако в «Красивой коже» и «Гнилой коже», которые точнее цитируют первоначальные источники, утверждается, что Харальд не торопился с решением: «Он ответил, что не хочет отказываться от дружбы со Свеном, но сначала ему бы хотелось встретиться с родственником, королем Магнусом».

Харальд был старше обоих: Магнусу только подходило к двадцати, а Свену было приблизительно двадцать пять. Также Харальд понимал, как надо поступить, чтобы настроить их друг против друга, однако никаких иллюзий не строил. Возможно, в Норвегии его ждал теплый прием… если он подчинится Магнусу.

Но более в своей жизни Харальд не желал подчиняться.

В сагах говорится, что Магнус и его флот находились в Сконе (современная Скания, сейчас это самая южная провинция Швеции, однако до 1658 года она принадлежала Дании), когда увидели корабль, приближающийся к ним с востока. Что это был за корабль! По словам «Красивой кожи», паруса блестели золотыми нитями: «На парусах были вышиты золотые головы драконов, и не нашлось на севере другого такого корабля, столь украшенного золотом и драгоценными камнями, красивыми материями и другими атрибутами богатства».

Магнус послал навстречу кораблю лодку, и когда она приближалась к берегу, король и его воины увидели роскошно одетых людей. Их высокий, благородного вида представитель поинтересовался, примет ли Магнус своего дядю, Харальда Сигурдссона, учитывая их родство и преданность старому королю Олаву и также то, что Харальд славился своей мудростью и поступками, не говоря уже о богатстве. «Он сможет хорошо помочь своему племяннику, – посоветовал гонец, – но если ему не будет оказан почет и уважение, то станет смертельным врагом». «От всех своих союзников и подданных я ожидаю только хорошее, – ответил Магнус, – и особенно жажду получить помощь и советы от своего дяди. Я буду очень рад, если он присоединится ко мне».

При этих словах гонец сошел на берег, и оказалось, что это был Харальд собственной персоной, который вышел поприветствовать племянника. «Круг земной» описывает Магнуса как человека среднего роста, с бледной кожей и светлыми волосами. Харальд при своем росте возвышался над племянником, однако Магнус, обладая живым умом и смелостью в бою, не испугался. «Король Магнус со свитой вышел вперед, чтобы поздороваться с дядей лично, – рассказывает “Гнилая кожа”, – и оказать ему самый теплый прием».

Харальд начал рассказывать толпе викингов о своих подвигах, о том, как он бежал из Стикластадира, потом из Константинополя и о своем путешествии из Киевской Руси. Магнус, в свою очередь, поведал дяде о событиях в Норвегии: как он, его мать королева Астрид и ее дочь Ульвхильд вошли в страну, не встретив сопротивления; как он проявил милосердие к норвежцам, которые сражались против его отца Олава, и даже помиловал цареубийцу Кальва Арнасона (хотя неверный Кальв бежал на Оркнейские острова, где доставил неприятности старому другу и спасителю Харальда – Рёгнвальду Брусасону, которому Магнус даровал титул ярла). Теперь его называют Магнус I Добрый, король Норвегии и Дании. Он даже выслал запрос за море, в Англию, узнать, не собирается ли король Эдуард Исповедник сдержать обещание своего брата и предшественника Хардакнуда и назначить Магнуса наследником английского трона. Однако Эдуард поклялся, что скорее умрет, чем позволит Англии опять войти в состав Норвегии. Вполне довольный своим королевством, Магнус решил отказаться от дальнейших притязаний.

Если Магнус рассчитывал, что эти рассказы потрясут Харальда, то ошибся. Харальд воспринял и прощение Кальва, и отказ от наследия Англии как проявление слабости. Постоянные войны между Магнусом и Свеном истощили племянника до такой степени, что он уже не надеялся восстановить Империю Северного моря Кнуда. Остались у него еще силы защитить то, чем управлял?

В «Гнилой коже» говорится, что сначала Харальд соизволил выяснить это мирным путем: «Харальд поинтересовался у Магнуса, как бы он хотел разделить королевство между ними».

Легко представить, чего стоило любому воину сдержаться, чтобы не выхватить меч или топор, услышав такое предложение, и незаметно оглянуться на своих воинов, чтобы убедиться в их умении владеть собой. У Харальда было недостаточно людей для сражения, однако хватило бы, чтобы убить Магнуса прямо на месте, завладеть короной и бросить вызов любому, кто осмелился забрать ее.

Магнус, к его чести, остался хладнокровен. «Король Магнус ответил дяде дружелюбно, – рассказывает “Гнилая кожа”, – сказав, что он прислушается к советам своих старшин и желаниям подданных».

Главного старейшину звали Эйнар Тамбарскельфир. Этот толстый старый лорд (его прозвище переводится как Брюхотряс; в том году ему было около шестидесяти пяти лет) остался последним из ярлов Ладе, могущественной династии, которая правила около Тронхейма в течение двухсот лет. В 1000 году он сражался рядом с королем Олавом I Трюггвасоном в битве у Свольдера и спасся после того, как Олав бросился в море. С самого начала он выступал против Олава, брата Харальда, отца Магнуса, но пропустил битву при Стикластадире, потому что тогда был в Англии, добиваясь благосклонности Кнуда Могучего, что, собственно, принесло ему мало пользы.

Как и Кальва Арнасона, Эйнара лишили титула и власти в пользу Свена, сына Кнуда, поэтому он вместе с Кальвом отправился на Русь, чтобы привезти Магнуса обратно в Норвегию. Он поклялся Ярославу и Ингигерде служить опекуном и регентом у молодого короля и сдержал клятву. Именно Эйнар подписал соглашение о наследовании между Магнусом и Хардакнудом. Он был серым кардиналом, и никого не удивило, что молодой король прислушался к его суждению.

«Ты находился далеко отсюда, Харальд, – сказал Эйнар, – когда мы отвоевывали эти земли у Кнуда и его войска, и у нас нет желания делить их между королями. Мы всегда служили одному королю, и так будет до тех пор, пока король Магнус живет и правит. И знай, насколько в моих силах, я буду противиться тому, чтобы ты получил корону».

Несомненно, Харальду этот поступок Магнуса послужил примером, как не должен поступать король. В средневековой Европе скандинавское общество с тингами (things) и зачатками демократии придерживалось принципов равенства, но это не подходило Харальду. Он шел старым путем викингов – путем единоличного правления, правления королей, которые обагряют руки кровью. Все остальные старшины поддержали Эйнара, и Магнус последовал их совету: с такой поддержкой жизнь и правление молодого короля могли бы закончиться прямо там.

Однако Харальд понимал, что сейчас всё складывается против него. Его воины ждали в лодке, но с таким небольшим количеством он не смог бы завоевать Норвегию. Потеряв уважение к Магнусу как королю, но почитая кровь Святого Олава, которая текла в жилах Магнуса, Харальд не стал убивать племянника. И Магнус по той же причине оставил Харальда в живых и отпустил с миром, хотя и не очень довольного. «Гнилая кожа» подтверждает: «Харальд ушел, но честь его была запятнана».

Все присутствовавшие при этой встрече понимали, что следствием могла быть только гражданская война. Однако Магнус и его воины уже много лет вели гражданскую войну против Свена, и если бы сейчас они пошли сражаться против Харальда, то для них ничего не менялось.

Тем не менее отныне им предстояло воевать и со Свеном, и с Харальдом.

«[Харальд] вернулся и встретился с ярлом Свеном II Эстридсеном, – говорится в сагах. – Они заключили союз, чтобы захватить Норвегию для Харальда и Данию – для Свена. Теперь они будут сражаться сообща, чтобы отобрать эти земли у короля Магнуса».

И Тьодольв написал следующую вису:[49] Струги, что под брегом Встали – в страхе люди — Прочного пням вепрей Строп не прочат мира. Харальд с юга, Магнус C севера, до смертных Сеч охочи, коней Вод в поход готовят.[50]

XXII

Предательство

В новый путь из шведской Ты державы с жаром Устремился, властью Влеком в отчем доме. Мчался в полный парус Конь морской близ сконских Мелей. Вид у датских Невест был невесел.[51]

«Харальд и Свен снарядили корабли и вскоре собрали большое войско, – рассказывает “Сага о Харальде Суровом”, – и когда силы были готовы, отплыли на запад, в Данию».