Доминик – Кристалл Героя. Том 2: Одиссея (страница 3)
Они посмеялись.
Лилиас поджал уголок губ.
— Лилиас.
— Приятно познакомиться. Я Ремир, — он протянул руку для рукопожатия.
Лилиас ответил тем же.
Сидящая рядом с Ремиром девушка оказалась его женой, и остальные также по очереди представились.. Дошло и до парня, который провел Лилиаса.
— Диаспо, — парень, который проводил его по лестнице, поклонился в более манерном жесте.
Лилиас кивнул.
— Итак, Лилиас, куда путь держишь? Чего решил прогуляться в такое время?
В этом месте пахло перегаром. Хоть и не так сильно, как в таверне.
— Есть дела, — он отодвинул бутылку и сел рядом с колоколом. — Захотелось проветриться, пока сон не идет. А вы почему здесь?
— Каждое полнолуние собираемся, тебе просто повезло нас встретить, — Ремир с другом посмеялись.
— Смотрите на луну?
— Да-а, мой брат это начал. Так и собираемся, как война закончилась. Выпить, забыть обо всем плохом и прожить новый месяц без тревоги.
Лилиас сцепил пальцы.
— Помогает?
Впятером они согласно кивнули.
— Нас так судьбой свело, чего бы не помогать? — продолжил другой. — Уже и не помню, как жил раньше. Вроде скитался туда-сюда, дома у меня и не было. А здесь все образумилось. Этот негодник взял да приютил меня, — он потрепал Ремира по голове, отчего тот засмеялся.
— Еще бы такую подбитую собаку не взять.
Лилиас улыбнулся.
— А вы…? — он повернулся к аристократу.
— О, этот важный. Из дома сбегает, даже после свадьбы, — друзья в один голос захохотали.
Диаспо усмехнулся. Положил руку на сердце и кивнул.
— Наследный граф Ниргер, Диаспо Ниргер. Но, прошу, здесь без официоза…
Лилиас издал тихое: «О…» и невольно посмотрел на Ремира с женой.
— А мы здесь жили, — парень игриво обнял жену, она покосилась на него. — Уже как пару лет женаты, ребенок с бабушкой сидит.
Лилиас поперхнулся.
— Ребенок?!
— А чего? — Ремир тут же перестал улыбаться, приподнял одну бровь.
Замахал руками.
— Н-ничего… А сколько вам…?
— Девятнадцать.
Он еще раз покашлял. Потер губы рукой.
— А тебе сколько?
— Да также…
— Неужели поехал в путешествие женушку искать? — жена Ремира присоединилась.
— Н-нет… Я не планирую…
Они переглянулись.
— Она тоже в девках сидит, да ведь есть почему, — Ремир указал на девушку, что сидела чуть поодаль. — Она возлюбленного на войне потеряла, а ты чего?
— Что…?
— Она была влюблена в моего брата. Он погиб в последний год войны. Так и не интересовалась никем. Хотя, кажется, недавно ей начал нравиться тот булочник, а? — Ремир легонько похлопал девушку по плечу.
Сердце сжалось. Прищурился.
— Я… сожалею...
— Расслабься, парень. Было и было, — друг Ремира сделал глоток.
Лилиас распахнул глаза. Проморгался.
— Было и было…?
— Надо жить дальше, вот что.
— Это верно сказано, брат, — они вдвоем чокнулись.
— Конечно, но ведь… память о погибших… — уголки губ Лилиаса дрогнули. — Ведь каждому хочется, чтобы его помнили после смерти…
— Какая ему разница, когда он погиб? — Ремир смотрел на него, приподняв бровь.
Лилиас нахмурился.
«— Прости, что не создала себе репутацию получше.
Он поднял взгляд. Смотрел на нее.
Уголки ее губ впервые дрогнули перед ним. Но в этом было только сожаление.»
Что бы она сказала, услышав эти слова?
Что бы она чувствовала?
— Ему разницы нет. Но для вас не имеет значения, что вы так взяли и вычеркнули важного человека из своей жизни? — Лилиас уставился на парня.
— Слушай, — Ремир поставил бутылку и развернулся. Выражение его лица было далеко от прежней расслабленности. — Для меня имеет значение тот, кто спит в колыбели у моей матери сейчас. А не тот, кто ушел больше восьми лет назад, — он встал на ноги, подошел. —Твое право — копаться в прошлом. Мое — строить будущее. И не надо говорить так, будто это плохо.
Лилиас поднялся на ноги и сделал шаг назад. От рассерженного Ремира несло перегаром.
Девушка позади взяла его за руку. Ремир развернулся и вздохнул.