Дмитрий Янтарный – Пророчество (страница 23)

— И как это понимать? — невозмутимо спросил Мизраел, внутри которого стала разгораться ярость.

— А вот сама пусть и рассказывает, — хмыкнул Киртулик, — как оказалась на этой чёртовой лодке с его билетом и на его месте, — с этими словами он грубо выдернул кляп и толкнул девчонку вперёд. Стоило отдать ей должное — она смогла удержаться на ногах, хотя Киртулик, пребывающий в высшей степени раздражённом состоянии, очень плохо контролировал физическую силу.

— Что за самоуправство? — гневно спросила девушка, без страха глядя на хозяина Лазурного Замка, — по какому праву меня сняли с лодки и силой сюда притащили? Я ни в чём не виновата перед вами и вашими людьми, — дерзко закончила она.

— В самом деле? — скептически хмыкнул Мизраел, — в таком случае потрудитесь объяснить, как вы оказались на этом корабле с чужим билетом. Билетом принца Дитриха?

— Я не понимаю, о чём вы говорите, — уже спокойнее и с удивлением ответила девушка, — нет, мне известно, кто такой принц Дитрих. Я знаю его лично, потому что одно время была фрейлиной в королевском замке в Виллгарде. Но, когда он уехал, ситуация так сложилась, что покинуть замок пришлось и мне. Поэтому для меня, разумеется, не секрет, что Дитриха отправили к Лазурным драконам, то есть сюда. Но почему вы искали его там? Он что, пропал?

Мизраел крепко задумался. Если бы девушка стала всё отрицать — ложь, если она имеется, раскусить было бы проще. Но она не стала отрицать того, что знакома с Дитрихом и того, что знает, что ему следует быть здесь. И это сильно сбивало с толку.

— Да, — в конце концов, выдавил из себя Мизраел, — у нас возникло… своего рода недопонимание, в результате чего принц решил, что ему среди нас угрожает опасность… и принял меры. Мы его разыскиваем, чтобы уладить это недоразумение. Так вы точно его не видели?

— Нет. К сожалению, нет, — со вздохом сказала девушка, успокоившись и взяв себя в руки, — как и многие слуги в Виллгарде, я очень любила принца и была бы рада узнать, как у него дела.

— В таком случае потрудитесь объяснить, как у вас оказался его билет, — громыхнул Киртулик, стоявший позади неё, — мы, как вы хорошо помните, не стали хватать первого попавшегося пассажира. Мы сверили билеты и ауры их покупателей по отчётной книге. И только у вас слепок ауры не совпадал с изначальным слепком, по которому был куплен билет!

Девушка покраснела. Опустила взгляд в пол. И нехотя выдавила.

— Я его не на кассе купила.

— А где же? — вежливо подбодрил её Мизраел.

— Мне этот билет достался за один серебряк от знакомого скупщика. Я так же знала мага, который мог бы почистить билет от ауры. Обычно такие занятия не входят в профиль его деятельности, но он был мне должен… и я его упросила. И спокойно сплавала бы в Анваскор, у меня и в мыслях ничего дурного не было. Откуда же я могла знать, что вы… вот так. Сэкономила, называется. Выходной день насмарку, — сердито закончила она.

— Что ж, это послужит вам отличным уроком, — назидательно сказал Мизраел, — во все времена скупые всегда платили дважды. Что ж, нетрудно понять, что произошло. Принц неглуп и наверняка догадался, что мы можем перехватить его на корабле. Потому и избавился от билета, который повезло приобрести особе, столь близко с ним знакомой. Карнелла, — обратился он к сидящей по левую руку от него тёще, — как твои дела с Алвасом?

— Глухо, — грустно вздохнула Карнелла, — он никак не желает поддаваться уговорам. Я что только не перепробовала. Но, боюсь, искать принца нам предстоит собственными силами. И придумывать, как просить прощения за содеянное, тоже придётся самим.

— Гиблое дело, — скептически сказала девушка, — такого он никому не простит.

После этих слов в кабинете стало очень тихо.

— А откуда у вас, моя дорогая, такая в этом уверенность? Уж не хотите ли вы сказать, что вам известна причина, по которой принц от нас сбежал? — вкрадчиво поинтересовался Мизраел. Девушка, поняв, что она только что ляпнула, прикусила себе язык, но уже было поздно.

— Я вам всё равно ничего не скажу, — с вызовом заявила она, — он так старался ради Тискулатуса. Он честно пытался полюбить ту, на которой ему предстояло жениться, чёрт возьми, он привязался к ней, он сам мне это сказал! — почти выкрикнула она, — а вы просто вытерли об него ноги, если не хуже! А теперь можете делать со мной всё, что захотите, я вам ничего больше не скажу! Хоть положите меня на это устройство — больше же вы ничего не умеете!

— Девочка, — голос Мизраела зазвенел сталью, — ты даже не представляешь себе, как важен для нас принц, и на что мы сейчас готовы пойти ради того, чтобы вернуть его! Так что лучше тебе самой рассказать всё, что ты знаешь! Иначе, будь уверена, положим.

— Я и не сомневалась, — презрительно выплюнула девушка, — ради своих целей вы по людям будете идти, как по живому ковру. Случившееся шестьсот лет назад ничему вас не научило. Ничего другого от чудовищ я и не ожидала.

Этого ей определенно говорить не стоило. Киртулик, и без того с трудом сдерживающий себя, при этих словах схватил девушку за горло.

— Моя дорогая, не забывайте, где вы находитесь и с кем разговариваете! — злобно прорычал он, — чуть вежливее!

— Киртулик, достаточно. Па, не нужно этого делать, — сказала Ариадна, вставая, — как ни горько это признавать, но ее упрёки в какой-то мере справедливы. Нет необходимости так поступать. Мы сделали это с Дитрихом — и в итоге получили то, что имеем. Не нужно. Я вижу, — в этот момент она внимательно посмотрела на девушку и сказала, — что в ней, как и во мне, горят Пурпур и Лазурь. Дозвольте мне провести с ней полчаса с глазу на глаз. Уверена, мы найдём с ней общий язык.

— Очень хорошо, — ровным голосом сказал Мизраел, — я дозволяю тебе попробовать. Через час жду тебя здесь.

— Пойдём со мной, — сказала Ариадна, подходя к девушке, беря её под локоть и увлекая за собой, — обещаю, тебе больше не будут грубить, оскорблять или унижать. Мы просто поговорим…

Меньше, чем через двадцать минут Ариадна вернулась. На её лице одновременно были написаны удовлетворение и досада.

— И где она? — нетерпеливо спросил Мизраел.

— Отправилась домой. Я поручила одному из твоих людей, Киртулик, отнести её в Триниагос. Надеюсь, ты не в претензии.

Киртулик неопределённо мотнул головой. Он явно был в претензии, так как не позволял командовать своими подчинёнными никому, кроме себя, но, принимая во внимание серьёзность ситуации, этот случай согласен принять как исключение.

— Как — домой? — опешил Мизраел, — она нам ещё нужна здесь!

— Не нужна, папа, — сдержанно кивнула рыжеволосая дочь, — она рассказала всё, что нам нужно. Да, она виделась эту пару дней с Дитрихом. Он укрывался в таверне, где она работала. Да, он купил этот билет, но вчера вечером, как она сказала, отказался по нему плыть, сославшись на плохое предчувствие. Принц сам снял с него чары, нет никакого мага, который подделывает билеты, можешь выдохнуть, Киртулик, организовывать группу поимки не нужно. Дитрих улетел в Анваскор сегодня ночью. И, скорее всего, он уже там.

— Я так же позаботилась о том, чтобы её визит сюда не стал достоянием гласности, — добавила девушка, — она дала слово, что будет держать язык за зубами. Это всё. По правде сказать, на большее я и не рассчитывала. Принц наверняка, чтобы обезопасить её, сам не стал слишком много рассказывать.

— Ариадна, дорогая, но как ты всё это так быстро из неё вытащила? — поражённо спросил Мизраел.

— Ну, я же уже сказала: у нас с ней одинаковые Цвета. Она ощутила ко мне доверие на подсознательном уровне, что помогло правильно начать диалог. Кроме того, две женщины всегда могут договориться между собой. И это куда эффективнее, чем связывать, оскорблять, угрожать женщине и при этом еще и душить её. Уж извините, но мужикам этого понять просто не дано, — с улыбкой сказала она, — даже если им две тысячи сто тридц…

— Ариадна! — громыхнул Мизраел.

— Молчу, папа, молчу, — с улыбкой сказала дочь, хитро поглядывая на отца. И тут же скривилась от боли.

— Что? — печально спросил он, — опять?

— Да, — грустно выдохнула Ариадна, — сама виновата. Слукавила. Знаю же, что нельзя, знаю же, что не приемлю Сирень, а всё равно… папа, неужели это навсегда? Неужели мы обречены оставаться такими ограниченными всю жизнь?

— Клянусь тебе, моя дорогая, — Мизраел встал из-за стола, подошёл и обнял заплакавшую девушку, — я костьми лягу ради того, чтобы это было не так…

Анваскор производил просто грандиозное впечатление. Прежде всего — своими размерами. Если предположить, что начинал он, как и любое другое поселение, с нескольких десятков домов, то сейчас огромный город с трудом помещался на острове, который был для него отведён.

Долетел до него я меньше, чем за час. Но, увы, в сам город до рассвета мне попасть было не суждено. Огромные ворота были закрыты, и открывать их посреди ночи ради одного человека никто явно не собирался. Так что коротать время мне пришлось на песчаном пляже, который всё же пожалели и оставили для любителей подобного отдыха. Хотя размеры города вполне ясно давали понять, что скоро он станет неспособным вместить в себя всех желающих в нём жить.

С рассветом, как ни странно, прибыл и первый пассажирский корабль, подошедший к открытому причалу. Недолго думая, я набросил на себя невидимость, подошёл к группе людей, которые сошли с корабля, и, уже смешавшись с ними, сбросил иллюзию невидимости. Никто из прибывших и внимания не обратил на ещё одного человека, который возник рядом с ними буквально из ниоткуда. Впрочем, их невнимательность понять можно: плыть на корабле нужно не меньше четырёх часов, если они прибыли в Анваскор рано утром, то сесть на корабль нужно было в два-три часа ночи. Люди элементарно устали. Хотя здесь были и не только люди. Двое почтенных гномок, эльф с грацией молодого волка, даже один орк, шедший впереди меня.