Дмитрий Войд – Не Твой Герой (страница 6)

– Да. Принцесса, – с решимостью посмотрев ей в глаза, сказал покрасневший мальчик. – Вам нужно спешить, а у меня есть ещё работа.

Глава 4. – Неприятные новости

До бала оставалось несколько часов, и атмосфера в замке становилась всё более напряжённой и официальной. Принцесса, проверив надёжность тайника, забрала парфюм и поспешила к боннам. Она прошла мимо суетящихся служанок, чувствуя, как в груди растёт тревога.

Казалось бы, всё шло по плану, но что-то было не так. Странный аристократ, отец. Она никак не могла выбросить из головы его лицо, искажённое в гримасе гнева, его холодный и отречённый тон. Он стал более отчуждённым.

Принцесса помнила его в детстве – спокойного, рассудительного, доброго. Сейчас это был не он. Не тот отец, которого она знала. Любила. Это был не тот отец, который с теплотой и добротой принял сироту Дориана в своё услужение. Почему всё изменилось? Почему это так тяжело воспринимается?

Нужно ускориться. – Слишком много тревоги, слишком много перемен, и она ощущала, что времени остаётся меньше, чем она думала. Не больше недели до побега.

Подойдя к гардеробной, она сделала несколько вдохов, почувствовав, как напряжение немного уходит. Однако на душе оставалось тяжёлое чувство. Казалось, что всё вокруг словно готово рухнуть в любой момент.

Спустя час.

Барон находился в приподнятом настроении, вдохновлённый встречей с принцессой. Он размышлял о том, что не всё потеряно в этом склочном мире, где отчаяние и грязь правят балом. И это давало надежду.

Барон заменил свой цилиндр на более высокий, украшенный ярким пером, а очки-гоглы сменил на золотые с шипами, так же вооружившись новой тростью, с наконечником из меди, гладким древком из тёмного лакированного дерева, и золотым набалдашником в виде черепа.

Надев свой лучший костюм тройку из эльфийского плотного шёлка, и вставками из кожи рептилии и золотыми заклепками, такого же строго и кричащего одновременно.

– Иван, как тебе? – с улыбкой спросил он, осматривая себя в зеркале.

– Как всегда прекрасно, мессир, – с спокойствием ответил Иван.

– Что ж, нас уже заждались, местный цирк уродов, они же вельможи и знать. – Барон усмехнулся, не скрывая своего мнения о предстоящем событии.

– Да, мессир, вы правы. Только постарайтесь не выражаться так на торжестве. – Иван осторожно напомнил.

Кивнув, Барон направился в бальный зал, нарочито отбивая задорный ритм своей тростью.

Когда он подошёл к входу, его остановил стражник с церемониймейстером. Барон приподнял бровь и взглянул на Ивана. Тот шагнул вперёд, чтобы узнать причину задержки.

Через мгновение церемониймейстер и стражник поклонились, поприветствовав Барона.

Барон, не меняя выражения лица, ответил коротким кивком. Церемониймейстер вышел вперёд и объявил новоприбывшего гостя.

– Дамы и господа, вашему вниманию – подождав пока все обратят на него внимание. – Его Превосходительство, барон Андре де Бо-Раньё. – Поклонившись, он вернулся на свой пост.

Барон вошёл в бальный зал, его эксцентричный стиль одежды сразу привлёк внимание. Но он был готов к этому. Всё в его манере было на виду – никаких замысловатых скрытых посланий, только абсолютная уверенность в себе.

Бальный зал был величественным и просторным. Высокие потолки, украшенные изысканными орнаментами, возвышались над головами, а подвешенные люстры мягко рассеивали свет, создавая атмосферу одновременно торжественности и уюта. Мраморный пол, выложенный светлыми плитами, сверкал узорами, словно сам камень был частью произведения искусства.

В зале царила суета – официанты в строгих чёрных костюмах и белых рубашках с аккуратно завязанными галстуками спешили от стола к столу, обслуживая гостей с безупречным мастерством. Их шаги были быстрыми, но сдержанными, как если бы они танцевали, умело расставляя блюда, наполняя бокалы вином и сдержанно отступая, чтобы не отвлекать внимание от светских бесед. Каждое их движение было отточено, как в хореографии – на этом балу важны не только слова, но и общее впечатление.

Гости, в основном из аристократии, держались сдержанно и величественно. Некоторые из них не могли скрыть любопытства, поглядывая на столы, где приносили изысканные закуски, в то время как другие весело переговаривались, наслаждаясь компанией и бокалом вина.

Повсюду звучал лёгкий шум: шорох платьев, шелест изысканных тканей, негромкие разговоры, смех, который, казалось, врывался в пространство, но сразу стихал, когда кто-то важный проходил мимо. Официанты сновали между группами, обходя столы и обслуживая гостей с почти незаметной торопливостью. В их глазах читалась скрытая усталость, но они продолжали свою работу с абсолютным профессионализмом, как если бы это было не просто обязательство, а неотъемлемая часть их жизни.

– Впрочем, ничего нового… – процокал барон, прошествовав к столу с его любимыми закусками из мяса, в ожидании того, что там будет мясо с кровью.

Спустя пол часа, светских диалогов, обмена колких и едких фраз, и пары объявлений новоприбывших. Вышел церемониймейстер, привлекая внимание.

– Его Светлость, держатель Империи Ярон, Император Карл Яронский и принцесса Амелия Яронская.

Войдя в бальный зал, Император поприветствовал всех собравшихся и пожелал хорошего вечера. Принцесса же сделала элегантный реверанс, привлекая всеобщее внимание своим сияющим нарядом.

Принцесса

Завершив последние ритуалы и примерки платья, принцесса стояла перед зеркалом в гардеробной. Всё было готово – платье идеально сидело, шёлковая накидка струилась по плечам, а золотая тиара, как символ её статуса, сияла на голове. Каждый элемент наряда был тщательно подобран, каждая деталь отработана до совершенства. Однако, несмотря на внешнюю безупречность, принцесса не могла избавиться от чувства, что всё это не имеет значения. Всё происходящее – лишь часть какой-то игры, игры, которую она не понимала. Мир, который она так хорошо знала, теперь казался чуждым, и её место в этом мире становилось всё более туманным..

С детства она знала, что такие баллы – всего лишь повод для новых интриг, новых манипуляций и подковёрных игр, но сегодня что-то было особенно тревожным. Каждое движение её отца, каждое слово казались слишком холодными и лишёнными той родственной привязанности, которая когда-то согревала её душу.

Так много вопросов… и ни одного ответа.

Она заставила себя не поддаваться эмоциям. Не сейчас. Это было необходимо для будущего Империи, для мира, в котором она жила, хотя она уже не была уверена, что этот мир ещё её мир.

– Лея, ты готова? – с беспокойством спросила Эльвира, подходя к принцессе.

Принцесса кивнула, пытаясь скрыть все мысли, которые, как тени, подкрадывались к её разуму.

– Да, готова. – Ответ был коротким, уверенным, хотя в глазах оставалась тень неопределённости.

Сделав последний взгляд в зеркало, она вздохнула и пошла к двери, чтобы встретиться с отцом. Сегодня всё должно было быть идеально. Не было времени для раздумий.

– Отец. – Сделав реверанс, принцесса продолжила: – Мы готовы.

– Вовремя. Присядь, у нас есть время, чтобы выпить чай.

Его манеры не изменились, но что-то в его голосе, в его взгляде, в его движениях, начинало настораживать. Он будто бы.. стал прежним. Всё в его поведении говорило будто он был прежним, манеры, голос, движение, даже то, как он на неё смотрит. Всё говорит о том, что это её отец, которого она знала всю, свою жизнь. Уловка? Возможно Или, может быть, она поспешила с выводами?

Принцесса села в кресло, взяла чашку и прежде, чем он могла что-либо сказать, заговорил её отец.

– Лея. Тебе сегодня уже шестнадцать. – с некоторой печалью сказал император. – Это важный день, не только для меня, но и для всей империи. И я уверен, ты хочешь лучшего будущего для империи.

Принцесса кивнула, ощущая, как её сердце сжимается.

– Я рад видеть, какой ты стала. Тебе нужно быть сильной, ведь для большой страны нужны большие планы, верно? – с улыбкой продолжил он.

Чувство тревоги, и неправильности нарастало всё больше, единственное что спасало ситуацию это чашка горячего ромашкового чая и поддержка Дориана и Эльвиры.

– Да, отец, я это понимаю.

– Вот и славно. Я всегда знал, что ты умная девушка, мудрая не по годам. Эльвира прекрасно тебя воспитала.

Эльвира сделала полупоклон, выражая свою признательность.

К императору подошёл церемониймейстер, с поклоном отчитавшись о том, что все гости собрались.

– Что ж, Лея, не будем заставлять гостей ждать.

Принцесса встала и следовала за ним в бальный зал, где их уже ждали.

Проследовав к входу в бальный зал, их объявили.

Поприветствовав гостей, Император взял слово.

Бал

Зал был полон светской суеты. Всё было как обычно – блеск и яркость, безмолвные и утончённые улыбки, музыка, аромат дорогих духов и вина. Всё это обвивало принцессу, как ненасытный змей. Она была под этой маской, а внутри… внутри всё было сжато от напряжения и тревоги.

Император поднял бокал, его голос прорезал этот поверхностный покой:

– Дорогие подданые, я рад приветствовать вас на балу, посвящённому моей дочери Амелии. Этот вечер важен как для меня, так и для всей империи.

Зал взорвался аплодисментами, не хлопал лишь один барон, который стоял в уголке и наблюдал за происходящим с хмурым видом. Принцесса заметила это, но не обратила внимание. Этот странный барон был не главной проблемой не которую стоит обращать внимание. Подождав пока аплодисменты, стихнут Император продолжил.