Дмитрий Вектор – Запрещённый свет (страница 8)

Сначала Виктория не чувствовала ничего, кроме темноты и холода. Но её новое, изменённое тело откликалось на указания Каспера. Постепенно она начала различать едва заметные "течения" в темноте. Она почувствовала холодное, неподвижное присутствие стен туннеля, тёплое, пульсирующее сияние Каспера рядом с собой и крошечные, порхающие огоньки – светящихся насекомых, которые жили в этих туннелях. Когда она открыла глаза, она увидела их – не как физические объекты, а как светящиеся контуры, энергетические слепки на фоне темноты.

Следующим уроком была магия.

– Мы не "колдуем", как в ваших сказках, – пояснял Каспер. – Мы лишь направляем существующую энергию силой воли. Камень, вода, свет – всё имеет своё сознание, свою волю. Ты не можешь приказать им. Но ты можешь попросить. Убедить. Вступить с ними в резонанс.

Он подвёл её к стене, покрытой спящими кристаллами.

– Поговори с ними, – сказал он. – Почувствуй их холодный, медленный сон. И поделись с ними частью своего тепла, своей жизненной силы. Попроси их проснуться.

Виктория приложила ладони к холодному камню. Она сосредоточилась, вспоминая то чувство единения с миром, которое испытала после "слияния". Она направила поток своего внутреннего тепла в кристалл, мысленно прося его о свете. И один из кристаллов под её ладонью дрогнул и засветился ровным, мягким светом. Это была маленькая победа, но она наполнила её ликованием.

Но самым сложным и опасным уроком было выживание в самом городе.

– Город Свечей – не рай, – предупреждал Каспер. – Здесь есть свои хищники и свои законы. Ты должна научиться быть невидимой.

Он учил её, как скрывать свою ауру, сливаясь с энергетическим фоном города. Как передвигаться по теням, используя "слепые зоны" в магическом поле. Как отличать безопасные районы от тех, куда не решаются заходить даже стражники Совета.

Однажды он тайно провёл её в Запретную библиотеку. В отличие от Великой библиотеки знаний, это место было хранилищем лжи. Здесь Совет веками переписывал историю, уничтожая упоминания о мире с поверхностью и превознося идею войны.

– Я хочу, чтобы ты это увидела, – сказал Каспер, указывая на ряды кристаллов, излучавших тусклый, болезненный свет. – Это кристаллы памяти, изъятые у тех, кто, подобно твоей матери, пытался говорить о мире. Их воспоминания искажены, превращены в пропаганду.

Виктория взяла один из кристаллов. В её сознание ворвались чужие, изуродованные воспоминания. Она увидела картины "зверств" людей на поверхности, которые были явно сфабрикованы. Услышала голоса, призывающие к священной войне. Это было отвратительно.

– Но зачем? – спросила она, отбрасывая кристалл.

– Страх, – ответил Каспер. – Совет боится вашего мира. Боится его хаотичности, его непредсказуемости. И, как все, кто боится, они хотят нанести удар первыми. Они не просто хотят захватить ресурсы. Они хотят уничтожить саму идею другого, непохожего на них мира.

В этот момент в дальнем конце зала послышались шаги.

– Стража! – прошептал Каспер. – Быстро!

Он толкнул её в узкую нишу за стеллажом, а сам остался на виду, приняв вид учёного, случайно зашедшего в архив. Виктория, затаив дыхание, наблюдала, как в зал вошли два стражника в чёрных кристаллических доспехах. Их лица были скрыты шлемами, а в руках они держали светящиеся копья.

– Лорд Каспер, – произнёс один из них, и его голос был искажён шлемом. – Это запретная зона. Даже вам здесь не место.

– Я искал некоторые исторические данные для старейшины Мирвина, – спокойно ответил Каспер. – Кажется, я заблудился.

Стражники переглянулись. Они явно не поверили ему, но авторитет Каспера, пусть и опального, был всё ещё высок.

– Совет был бы недоволен, узнав о вашем любопытстве, – процедил второй стражник. – Просим вас немедленно покинуть архив.

Каспер кивнул и медленно пошёл к выходу. Проходя мимо ниши, где пряталась Виктория, он едва заметно коснулся её разума своей мыслью: "Не двигайся. Я вернусь".

Сердце Виктории колотилось. Она стояла в темноте, боясь дышать, пока шаги стражников не затихли вдали. Этот эпизод отрезвил её. Она поняла, что всё это – не учёба, не игра. Это настоящая война, пока ещё тайная, и она находится на её передовой. Каждая ошибка может стоить Касперу и ей жизни.

Она выбралась из своего укрытия и посмотрела на ряды кристаллов лжи. И в ней родилась холодная, ясная ярость. Она не просто хотела выжить. Она хотела бороться. Бороться за правду, за свою мать, за два мира, которые эти фанатики были готовы ввергнуть в хаос.

Глава 12. Тайный поход в запретную библиотеку.

После инцидента в обсерватории, когда их случайное прикосновение едва не разрушило башню, в их отношениях с Каспером наступила вынужденная зима. Они оба понимали, что любая искра может разжечь пожар, способный поглотить всё. Поэтому они воздвигли между собой стену из формальностей и уроков. Каспер стал строгим ментором, Виктория – прилежной ученицей. Но под этой ледяной поверхностью продолжало биться раскалённое ядро их невозможного чувства.

Обучение продвигалось. Виктория научилась не просто видеть энергетические поля, но и различать в них "цвета" эмоций. Она могла почувствовать страх светящегося мха, когда к нему приближался хищник, или спокойную древнюю мудрость самого камня. Она научилась "просить" кристаллы о свете и тепле, вступая с ними в резонанс. Но чем больше она узнавала, тем яснее понимала, что настоящая битва будет не магической, а информационной.

– Я должна увидеть это снова, – сказала она однажды вечером, когда они сидели в зале карт. – Ту библиотеку. Место, где Совет переписывает историю.

Каспер оторвался от древней схемы туннелей. В его золотых глазах промелькнуло беспокойство.

– Это опасно, Виктория. После того случая стража удвоила патрули. Они ищут источник магического всплеска. И они подозревают меня.

– Именно поэтому мы должны пойти, – настаивала она. – Ты сам сказал, что они боятся меня, потому что я – аномалия. Но чтобы бороться с ними, я должна знать их ложь в лицо. Я должна понять, как они мыслят, чем отравляют умы своего народа. Это важнее уроков магии.

Он долго смотрел на неё, и в его взгляде она увидела не только тревогу, но и уважение. Он видел в ней уже не испуганную беженку из другого мира, а союзника, бойца.

– Ты права, – наконец произнёс он. – Знание – наше главное оружие. Хорошо. Мы пойдём. Ночью.

"Ночь" в Городе Свечей была условным понятием. Это было время, когда основные кристаллы-светильники в общественных местах приглушали свой свет, и город погружался в глубокие синие сумерки, нарушаемые лишь огнями частных жилищ и патрульных сфер.

Они спустились из башни не с помощью светового лифта, а по потайным ходам, о которых знал только Каспер. Он учил её, как скрывать свою ауру, сливаясь с фоновым излучением города, как ступать бесшумно, как тень.

Запретная библиотека, или, как её официально называли, "Архив Исторической Правды", находилась в одном из нижних, самых старых районов города. В отличие от Великой Библиотеки, залитой светом знаний, это место было тёмным и гнетущим. Воздух здесь был спёртым, пахло пылью и застарелой ложью. Кристаллы памяти на стеллажах излучали тусклый, болезненно-жёлтый свет, словно им было стыдно за то, что они хранили.

– Будь осторожна, – прошептал Каспер. – Информация здесь не просто хранится. Она активна. Она пытается проникнуть в сознание, убедить. Не поддавайся.

Виктория взяла в руки один из кристаллов. Он был неприятно липким на ощупь. Как только она коснулась его, в её разум хлынул поток чужих, искажённых воспоминаний. Она увидела сцену: мирная деревня жителей Глубины, на которую нападают косматые, рычащие существа, с ног до головы покрытые железом, – карикатурное изображение людей. Они сжигали дома, убивали женщин и детей. Картина была настолько яркой и жестокой, что Викторию затошнило.

– Это ложь, – твёрдо сказал Каспер, заметив её реакцию. – Я изучал этот период. В то время между нашими народами был мирный торговый обмен. Эта деревня была уничтожена из-за внутреннего конфликта за права на кристаллический рудник. Совет просто "вмонтировал" в воспоминания выживших образы людей-дикарей.

Она шла вдоль стеллажей, как по галерее ужасов. Кристалл за кристаллом, ложь за ложью. Мирные контакты, представленные как вероломные нападения. Технологические достижения людей, выставленные как примитивное варварство. Великие произведения человеческого искусства – музыка Баха, картины Рембрандта, архитектура готических соборов – всё это либо высмеивалось, либо вовсе стиралось из истории. В версии Совета люди были не более чем агрессивными, полуразумными животными, случайно занявшими мир, который по праву принадлежал детям Глубины.

– Они не просто готовят войну, – прошептала Виктория в ужасе. – Они готовят геноцид. Они создают идеологическую базу для полного уничтожения человечества, чтобы их народ не чувствовал угрызений совести.

– Именно, – подтвердил Каспер. – Но самое страшное даже не это.

Он подвёл её к центральному залу архива. Здесь хранились самые древние и самые важные исторические записи.

– "Великий Исход", – прочитала она название секции. – Вы ушли под землю, спасаясь от человеческой агрессии.

– Так гласит официальная версия, – мрачно сказал Каспер. – А теперь смотри.