Дмитрий Вектор – Неправильная вселенная (страница 6)

Они работали молча, каждый на своём конце линии. Ингрид фиксировала новые аномалии – их становилось больше с каждой минутой. Лампочка на потолке мигала всё чаще. Карандаш в её руке то писал нормально, то оставлял линии, которые исчезали через несколько секунд.

– Ингрид, – вдруг сказал Томас. – Открой последние сейсмические данные. Из Геологической службы.

– Зачем?

– Просто открой.

Она нашла ссылку на публичные данные – сейсмографы по всей Скандинавии. График последних двадцати четырёх часов.

И замерла.

Волны. Ритмичные, повторяющиеся волны, идущие из одной точки. Не землетрясение – слишком регулярно. Не вулканическая активность – не та частота. Что-то другое.

– Ты видишь источник? – спросил Томас.

Ингрид увеличила карту. Эпицентр находился в Норвежском море, примерно в трёхстах километрах от побережья. Глубина – три тысячи метров.

– Что там? – прошептала она. – Что там может быть?

– Я проверил архивы ЦЕРН, – сказал Томас. – Никаких аномальных экспериментов в последние недели. Проверил космические обсерватории – никаких гравитационных волн, никаких вспышек. Но этот источник.

– Его не должно там быть, – закончила Ингрид. – На этой глубине ничего нет. Только вода и дно.

– Или то, что мы считали дном.

Она посмотрела на карту. Волны шли оттуда с периодичностью восемь минут. Потом семь. Потом пять. Точно как аномалии.

– Это не совпадение, – сказала она. – Всё начинается там.

– Нужно туда попасть.

– Это посреди моря! Три километра вниз!

– Я знаю. Но если мы хотим понять.

Свет в лаборатории погас. Полностью, даже аварийное освещение. Ингрид замерла в темноте, слыша только собственное дыхание и голос Томаса из телефона.

– Ингрид? Ты там?

– Да. Свет пропал.

– У меня тоже.

Через окно проникал только тусклый утренний свет – и тот мигал, как стробоскоп. Рассвет циклился: светлело, темнело, светлело, темнело.

Потом остановился. Небо замерло в состоянии полусумерек, ни день, ни ночь.

– Томас, – её голос дрожал. – Я думаю, время начинает ломаться не только локально.

– Что ты видишь?

– Солнце застыло. Оно не движется.

Пауза. Долгая, мучительная пауза.

– У меня то же самое, – наконец сказал он. – Ингрид, если вращение Земли.

Он не договорил. Не нужно было.

Если вращение Земли начало обращаться вспять, если день и ночь перестали сменяться правильно, то времени у человечества было ещё меньше, чем они думали.

Телефон завибрировал. SMS с правительственным префиксом. Ссылка на видеоконференцию и код доступа.

– Собрание начинается раньше, – сказала Ингрид. – Через пять минут.

– Тогда нам лучше придумать, что мы им скажем.

Она посмотрела на свои записи, на графики, на карту с эпицентром в Норвежском море. Что она могла сказать? Что реальность ломается, и они не знают почему? Что источник где-то на дне океана, и добраться до него почти невозможно?

Что у человечества, возможно, осталось меньше суток?

– Скажем правду, – решила Ингрид. – Какой бы страшной она ни была.

– Правда никогда не помогала в панике.

– Зато помогала в решениях. А решения нам нужны прямо сейчас.

Свет мигнул и вернулся – тусклый, неровный, но достаточный, чтобы видеть. Ингрид открыла приложение для видеоконференций на телефоне. Ввела код.

Экран разделился на десятки квадратов. Лица незнакомых людей – учёных, политиков, военных. Все с одним выражением: сдерживаемая паника.

В центральном квадрате появилась женщина средних лет в строгом костюме.

– Благодарю за оперативность, – сказала она. – Я премьер-министр Дании Кирстен Йенсен. Для тех, кто не в курсе: мы столкнулись с беспрецедентным кризисом. Физические законы, на которых держится наша цивилизация, перестают работать. У нас нет времени на панику, нет времени на политику. Есть только один вопрос: что происходит и как это остановить?

Она посмотрела прямо в камеру – и Ингрид почувствовала, как на неё ложится ответственность.

– Доктор Ларсен, профессор Бергквист, – продолжила премьер-министр. – Вы первыми зафиксировали аномалии. Что вы можете сказать?

Ингрид посмотрела на Томаса в одном из квадратов. Он кивнул.

Она глубоко вдохнула.

И начала говорить правду.

Глава 5. Первая жертва.

– Энтропия локально обращается вспять, – голос Ингрид звучал глухо в динамиках телефона. – Процессы, которые должны увеличивать хаос, начинают его уменьшать. Остывание становится нагреванием. Разрушение становится созиданием. Смерть становится.

Она замолчала. Не договорила. Потому что даже произнести это вслух было страшно.

– Продолжайте, доктор Ларсен, – попросила премьер-министр Йенсен.

– Мы зафиксировали источник аномалий, – вмешался Томас, его квадрат на экране увеличился. – Норвежское море, координаты шестьдесят семь градусов северной широты, два градуса восточной долготы. Глубина три тысячи метров. Оттуда исходят волны – не акустические, не сейсмические. Что-то другое.

– Что находится в этой точке? – спросил мужчина в военной форме. Генерал, судя по нашивкам.

– Ничего, – ответила Ингрид. – По всем картам это просто дно океана. Но волны реальны. И они распространяются концентрическими кругами, охватывая всё большую территорию.

– Как быстро? – Вопрос задал кто-то из квадратов справа. Ингрид не успела разглядеть лицо.

– Изначально – три метра в секунду. Сейчас – двадцать. Скорость растёт экспоненциально.

Шум на том конце конференции. Несколько человек заговорили одновременно. Премьер-министр подняла руку, требуя тишины.

– Если я правильно понимаю, – сказала она медленно, – у нас есть эпицентр. Значит, есть источник. Можем ли мы его уничтожить?

– Мы не знаем, что это, – ответил Томас. – Как можно уничтожить то, чего не понимаешь?

– Бомбить, – резко сказал генерал. – Послать субмарину с ядерным зарядом. Три километра глубины – не проблема для современных торпед.

– И что, если это усугубит ситуацию? – Ингрид почувствовала, как внутри растёт гнев. – Что, если источник реагирует на энергию? Ядерный взрыв может разнести аномалию на весь мир за секунды!

– Тогда что вы предлагаете? Сидеть и ждать?

– Я предлагаю сначала понять, а потом действовать!

Экран мигнул. Несколько квадратов погасли, потом вернулись. Связь становилась нестабильной.