Дмитрий Вектор – Двойное дно (страница 2)

"Я не помню, что делал в тот вечер", – говорил он. "У меня иногда бывают провалы. Я просыпаюсь утром и не помню, как провёл предыдущий день. Думал, что это из-за стресса на работе."

Адвокат Марка, опытный Роберт Стоун, уже подал ходатайство о психиатрической экспертизе. В своём заявлении он утверждал, что его клиент страдает диссоциативным расстройством личности, развившимся в результате детских травм, и не может нести ответственность за свои действия в моменты диссоциативных эпизодов.

Софи отложила документы и потёрла глаза. Дело выглядело одновременно простым и сложным. С одной стороны, улики против Марка Холдена были неопровержимыми – личные вещи жертв в его квартире, нож с кровью, детальные планы преступлений. С другой стороны, его поведение не укладывалось в типичный профиль серийного убийцы.

Большинство серийных убийц получают удовольствие от воспоминаний о своих преступлениях. Они собирают трофеи не для того, чтобы прятать их, а чтобы переживать приятные моменты снова и снова. Но Марк, казалось, искренне не понимал, откуда в его квартире взялись вещи жертв.

Диссоциативное расстройство личности – крайне редкое заболевание. За всю свою практику Софи встречалась с настоящими случаями множественной личности всего три раза. Но она также знала, что это расстройство часто симулируют преступники, надеясь избежать наказания или получить более мягкий приговор.

Отличить настоящее расстройство от симуляции было сложно даже для специалистов. Человек с актёрскими способностями и базовыми знаниями психологии мог довольно убедительно изобразить симптомы диссоциации. Особенно если он заранее изучил медицинскую литературу и знал, на что обращают внимание эксперты.

Софи просмотрела медицинскую карту Марка. Никаких записей о лечении психических расстройств, никаких жалоб на провалы в памяти или изменения личности. Его последний визит к врачу датировался пятилетней давностью – обычный профилактический осмотр при приёме на работу.

Это тоже было странно. Люди с диссоциативными расстройствами обычно обращаются к специалистам задолго до того, как их состояние приводит к серьёзным проблемам. Провалы в памяти, потеря времени, обнаружение себя в незнакомых местах – все эти симптомы пугают и заставляют искать помощь.

Телефон снова зазвонил. Детектив Маккарти.

– Софи, ты ещё в офисе?

– Да, изучаю материалы. Джеймс, у меня несколько вопросов. Эта анонимная наводка, которая привела вас к Холдену – есть запись звонка?

– Да, но там мало что можно разобрать. Звонили с общественного телефона, голос искажён – вероятно, использовали изменитель голоса. Сказали только адрес и что там живёт убийца.

– А как звонивший мог знать адрес? И почему решил сдать Холдена именно сейчас?

– Хорошие вопросы. Я тоже об этом думал. Может быть, соседи что-то подозревали? Или кто-то из коллег по работе?

– А вы проверили алиби Холдена на даты убийств?

– Это самое странное, Софи. У него практически нет алиби ни на одну из дат. Он живёт один, на работу в те дни не выходил – брал отгулы или просто прогуливал. Соседи говорят, что редко его видели. Как будто он специально оставался дома в дни преступлений.

– Или кто-то хотел, чтобы так казалось, – задумчиво произнесла Софи.

– Ты думаешь, что его подставили?

– Не знаю. Пока слишком рано делать выводы. Но кое-что меня беспокоит. Увидимся завтра.

Софи закрыла папку с материалами дела и посмотрела в окно. Дождь наконец прекратился, но улицы всё ещё блестели от влаги под светом фонарей. Где-то там, в камере следственного изолятора, сидел человек, который либо был жестоким убийцей, притворяющимся больным, либо действительно страдал от тяжёлого психического расстройства. Завтра ей предстояло это выяснить.

По дороге домой Софи не могла отделаться от мысли о списке жертв. Семь женщин, семь жизней, оборвавшихся с невероятной жестокостью. И все они были примерно одного возраста с ней, примерно такого же роста и телосложения. Особенно последняя жертва – Кэтрин Уайт. Психолог, как и она сама.

Это могло быть совпадением. Или нет.

Подъезжая к дому, Софи заметила в зеркале заднего вида знакомые фары, которые следовали за ней последние несколько кварталов. Когда она припарковалась у дома, машина проехала мимо, не останавливаясь. Скорее всего, просто сосед возвращается домой после работы. Но навыки, развитые годами работы с криминальными психологическими профилями, заставляли её обращать внимание на такие детали.

Дэвид встретил её у двери с бокалом красного вина и обеспокоенным выражением лица.

– Как дела с новым пациентом?

– Сложно сказать. Завтра первая встреча. Посмотрим, что он собой представляет.

– Ты выглядишь встревоженной.

Софи обняла мужа и прижалась к нему. Тепло его тела и знакомый запах успокаивали.

– Просто устала. И это дело оно какое-то неправильное. Слишком много совпадений, слишком удобных улик.

– Может быть, ты просто привыкла к сложным случаям, а этот действительно простой?

– Может быть, – согласилась Софи, но внутренний голос подсказывал ей, что в деле Марка Холдена нет ничего простого.

Той ночью ей приснился сон. Она шла по длинному коридору, освещённому тусклыми лампами дневного света. Двери камер были открыты, но из них не доносилось ни звука. В конце коридора стояла фигура в тени. Когда Софи приблизилась, фигура обернулась, и она увидела лицо, которое показалось ей знакомым, хотя она была уверена, что никогда раньше его не видела.

"Добро пожаловать, доктор Беннет, – сказал мужчина спокойным, почти вежливым голосом. – Я так долго ждал нашей встречи."

Софи проснулась в холодном поту. За окном уже светало, и через несколько часов ей предстояла встреча с Марком Холденом. Человеком, который либо был больным, нуждающимся в помощи, либо хладнокровным убийцей, мастерски играющим роль.

Интуиция подсказывала ей, что правда окажется гораздо сложнее любого из этих вариантов.

Глава 2: Белые пятна памяти.

Центральный следственный изолятор Торонто встречал посетителей запахом дезинфекции, металла и человеческого пота – коктейлем, который Софи узнала бы где угодно. За двадцать лет работы с преступниками она посетила десятки таких учреждений, но атмосфера безысходности никогда не переставала её угнетать.

Охранник провёл её через серию контрольных пунктов, каждый из которых требовал предъявления документов и прохождения металлоискателя. Софи давно привыкла к этой процедуре, но сегодня каждая минута ожидания казалась вечностью. Она дважды проверила содержимое своего кейса: диктофон, блокноты, ручки, набор психологических тестов и, самое главное, вопросник для оценки диссоциативных расстройств, который она разработала совместно с коллегами из Университета Торонто.

– Доктор Беннет? – появившийся рядом офицер был невысоким мужчиной лет пятидесяти с усталыми глазами. – Я капитан Роджерс, отвечаю за безопасность во время ваших сеансов с заключённым Холденом.

– Приятно познакомиться, капитан. Какие особые меры предосторожности вы принимаете?

– Холден содержится в одиночной камере. Категория максимальной безопасности. Во время ваших встреч будет присутствовать охранник, но он будет находиться за пределами комнаты для допросов – вы сможете работать конфиденциально. Тревожная кнопка находится под столом с вашей стороны.

Капитан помолчал, затем добавил более тихим голосом:

– Доктор, я работаю здесь уже двадцать три года, видел всяких преступников. Но этот Холден он какой-то странный. Слишком спокойный, что ли. Большинство серийных убийц либо агрессивны, либо пытаются очаровать персонал. А он просто существует. Как будто его мысли где-то далеко.

– Спасибо за предупреждение, капитан. Я буду осторожна.

Комната для допросов оказалась типичной для таких учреждений: серые стены, металлический стол, два стула, зеркало-экран на стене. Софи знала, что за зеркалом наблюдает технический персонал, готовый записывать сеанс. Она разложила на столе свои материалы и ещё раз просмотрела основные вопросы, которые планировала задать.

Дверь открылась, и вошёл Марк Холден.

Первое, что поразило Софи, – это его ординарность. Средний рост, худощавое телосложение, каштановые волосы, слегка вьющиеся и аккуратно подстриженные. Лицо правильных черт, без особых примет, которые бы выделяли его в толпе. Именно такое лицо, которое легко забыть после мимолётной встречи. Идеальный облик для серийного убийцы – незапоминающийся, не вызывающий подозрений.

Но глаза глаза были другими. Тёмно-карие, почти чёрные, они смотрели на мир с каким-то отстранённым любопытством. Не безумие, не злоба, не хитрость – просто спокойное, аналитическое внимание. Словно Марк изучал окружающий мир, как энтомолог изучает коллекцию насекомых.

– Мистер Холден, – Софи встала и протянула руку для рукопожатия. – Я доктор Беннет, психолог. Суд назначил меня для проведения психиатрической экспертизы.

Марк пожал её руку. Его рукопожатие было твёрдым, но не агрессивным. Кожа прохладная, без излишней потливости, которая часто выдаёт нервозность.

– Доктор Беннет, – его голос оказался неожиданно приятным, мягким баритоном без акцента. – Мне сказали, что вы поможете мне понять, что со мной происходит.

– Я постараюсь. Пожалуйста, садитесь.

Марк сел напротив неё, сложил руки на столе и терпеливо ждал. Никаких признаков беспокойства, никаких нервных жестов. Даже в наручниках он выглядел расслабленно.