Дмитрий Васильев – Вэйкман Начало (страница 3)

— В сторону! — Дэф грубо оттолкнул их.

— Позовите лекаря! — из дома доносились истошные крики.

Собравшиеся на улице люди поняли: Титу снова стало плохо.

— Собирайте людей, мы будем воевать, — бросил Дэф, ошарашив окружающих.

— Это приказ Тита Кастера?!

— С кем воевать?

Дэф подошел вплотную к одному из своих людей.

— Ты отправляйся в Старый Скол и передай: Нергам не будет им ничего отдавать, мы не насиловали его дочь. Если Брайн не согласен, пусть приводит своих людей к мельнице на границе наших владений. Мы будем ждать их через два дня. Если они откажутся, мы обо всём забываем. Если примут вызов — мы их перережем. Ты всё понял?

— Да, но от чьего имени говорить? Тита?

— Говори от моего имени.

— Нужно дождаться Грендела! Это безумие, Дэф. — выкрикнул кто-то из бойцов в толпе.

Дэф медленно направился к нему.

— Тит глава деревни, а Грендел его военачальник. Я выполняю лишь их приказы, — упрямо заявил воин.

Нависла тяжелая тишина. Мужчины замерли, глядя на Кастера-младшего.

— Да, точно, — спокойно отозвался Дэф.

Он развернулся, делая вид, что уходит. Но в следующее мгновение он резко крутанулся на месте, выхватывая нож. Лезвие уперлось в живот возразившего бойца. Тот невольно попятился, но Дэф не убирал руки. Через ткань рубахи воин почувствовал холодное и острое касание стали.

— Ты будешь подчиняться мне, или я выпущу тебе кишки.

— Дэф, я погорячился. Прости, — пролепетал боец, в глазах которого застыл ужас.

Убедившись, что его власть признана, Дэф убрал нож.

— Готовьтесь! Мы идём убивать! — выкрикнул он на всю улицу.

Несколько человек ответили одобрительными криками, поддерживая вожака. Но большинство лишь переглядывались с испугом. Они понимали: впереди их ждет только смерть.

Амос

-

Ближе к вечеру, пробираясь сквозь густые заросли, Амос наконец достиг цели. Силы были на исходе, дыхание вырывалось из груди с присвистом. Он тяжело опустился на трухлявый, рассыпающийся под весом тела пень и жадно, большими глотками, начал пить воду из фляги. Внезапно краем уха Амос уловил едва заметный шорох. Он резко обернулся, но увидел лишь привычную стену леса и уходящую назад тропу. Однако, вглядываясь в чащу, Вэйкман подметил странность, от которой по спине пробежал холодок: в лесу не было ни единого зверя, ни единой птицы. Лес словно вымер, погрузившись в противоестественную тишину. Это могло означать только одно — он у самой границы.

Немного передохнув, Амос с трудом поднялся. Боль в ноге стала невыносимой, каждый шаг отдавался в позвоночник. Вскоре деревья расступились, и сочная лесная зелень резко сменилась черной, выжженной землей, на которой не росло ничего живого. В лицо ударил тяжелый, затхлый запах тления.

Где-то вдалеке Амос услышал отчаянный крик девушки. Сердце забилось в сумасшедшем ритме. Чем дальше он углублялся в пустошь, тем отчетливее становились голоса: чужие крики и стоны зазвучали прямо в голове, переплетаясь в безумный хор. В горле пересохло, по лбу скатился крупный холодный пот. Находиться здесь было физически и морально тяжело — Амос помнил жуткие рассказы о тех, кто терял рассудок, едва ступив на эту землю.

Впереди показался спуск — узкий проход в низину, обложенный по бокам массивными обожженными камнями. Не мешкая, Амос спустился и замер перед огромными стальными воротами, вросшими в скалу. Створки ворот в самом центре удерживал тяжелый двуручный меч. На его рукояти отчетливо виднелась гравировка «Вэнан», а на лезвии были непонятные символами. Амос подошел ближе. Рассматривая оружие, он заметил крохотную, трещину на металле. Рука сама, неосознанно, потянулась к рукояти. Голоса в голове мгновенно смолкли, воцарилась мертвая, звенящая тишина. Вэйкман медленно коснулся меча. В голове нарастал гул, а едва уловимый, вкрадчивый шепот начал приказывать Амосу достать клинок и освободить тех, кто томится за вратами.

Тишину разорвал глухой, тяжелый удар, будто с неба на землю рухнуло что-то массивное. Амос вздрогнул, приходя в себя, и резко отдернул руку от холодного металла. Он обернулся. Перед ним стоял высокий человек, закованный в белоснежную, сияющую броню. Оба замерли в изумлении. Амос облегченно выдохнул и, через силу улыбнувшись, сделал шаг навстречу.

— Джейган? — Амос щурился, не веря своим глазам; он не видел друга уже много лет. — Это… это ты?

— Амос Вэйкман! — Джейган сразу узнал старого товарища.

Подойдя ближе, Амос пожал руку богу, а затем Джейган порывисто и дружески обнял его.

— Да, ты всё такой же, Джейган, — искренне обрадовался встрече Амос.

— Ну а ты возмужал, — Джейган внимательно осмотрел его.

Перед богом стоял хромой человек с разбитым лицом и печатью вечной усталости в глазах.

— Постарел. И всё же жизнь у тебя сложилась не лучшим образом.

— Да, не будем о плохом, — Амос поспешно отвел взгляд, не желая жаловаться на судьбу. — Джейган, что ты здесь делаешь?

— Я почувствовал что-то… или кого-то. В общем, сложно объяснить, Амос, — попытался ответить тот.

— Меч, он треснул, — тихим, севшим голосом произнес Амос.

— Что? — Джейган отшатнулся, словно от удара. — Это … это невозможно!

— Сам посмотри.

Джейган в недоумении подошел к стальным вратам. Он вгляделся в меч, служивший запором. Это был не просто кусок стали — неведомая мощь удерживала здесь врата веками. Артефакт намертво пронзал ржавый металл створок, и его не могли сдвинуть ни боги, ни твари, запертые внутри. Но теперь Джейган ясно видел трещину. Меч более не мог сдерживать давление из глубины. Это означало, что скоро врата распахнутся, и то, что скрыто за ними, вырвется в мир. Это был лишь вопрос времени.

Джейгана охватил ледяной страх.

— Это невозможно, Амос, ты же знаешь, — повторял он, не в силах отвести глаз. — Меч Вэнана не мог треснуть. Нет, это невозможно!

Качая головой, бог продолжал изучать изъян на лезвии.

— Джейган, а если… — Амос подошел к нему поближе.

— Нет, — перебил его Джейган. — Этого не будет.

Оба понимали масштаб грядущей катастрофы. Джейган отчаянно цеплялся за неверие, понимая, что нужно действовать немедленно.

— Джейган, может, это кто-то из богов? — предположил Амос.

— На Земле нет богов, способных на такое.

Джейган решительно направился к выходу из низины, прочь от ворот. Амос следовал за ним, едва поспевая.

— Я созову совет, мы решим, что делать.

— Стоит рассказать людям. Нергам первым окажется под ударом, жители должны уходить, — голос Амоса дрогнул от волнения.

— Оставь это богам, не стоит тревожить людей. Насчёт отвода мирных жителей — это решать верховному богу. Прощай, Амос.

Как только эти слова сорвались с губ Джейгана, его окутал ослепительно белый столб света, и бог исчез в то же мгновение.

Амос остался один в тишине пустоши. Разум лихорадочно искал ответы, он чувствовал себя раздавленным. Что теперь ждет его семью? Ответа не было. Оставалось лишь уповать на то, что боги найдут способ предотвратить беду. Спустя время Амосу удалось взять себя в руки и вспомнить о цели своего прихода. Осмотрев окрестности, он заметил среди серых камней полусухое, скрюченное растение — адский корень. Амос принялся копать. Земля была твердой как камень, сухой и безжизненной, но ему всё же удалось извлечь небольшой корешок.

Начинало стремительно темнеть. Голоса в голове снова зашептали, нарастая. В вечерней темноте Амос заметил в отдалении силуэт мужчины. Тот стоял неподвижно, глядя куда-то в сторону от Вэйкмана. Амос пытался убедить себя, что это галлюцинация, но фигура была пугающе реальной. Глаза незнакомца светились двумя белыми точками на фоне угольно-черного одеяния. Существо медленно вытянуло руку, словно призывая Амоса подойти.

Вэйкман пересилил ужас, быстро спрятал корень в сумку и, не оборачиваясь, бросился прочь. Он шел так быстро, как позволяла больная нога, и успокоился лишь тогда, когда под сапогами снова зашуршала лесная подстилка. Обернувшись, он увидел лишь пустую тропу в густеющих сумерках.

Джейган

Джейган Стаг — высокий, светловолосый бог, одарённый от природы стратегическим умом. Всегда расчётлив, суров, но справедлив в своих решениях. Он ставит долг и клятвы превыше всего. В людях ценит честь, верность и доблесть. Искренне верит в правосудие и карму.

Его божественная жизнь началась со смерти человеческой. Джейган лежал весь в поту, умирая от дикого жара. Над ним склонился слепой пророк.

— Джейган Стаг, — обратился он к едва живому юноше. — Твой жизненный путь человека окончен. Я призываю тебя. Ты нужен богам.

Пророк медленно положил кристалл ему в грудь …

-

Джейган прибыл на Олимп. Пока он шел по бесконечным, залитым светом коридорам, встречные боги склоняли головы. Как главнокомандующий, он внушал окружающим глубокое почтение, граничащее с суеверным страхом. В иерархии богов он занимал место почти на самой вершине, подчиняясь лишь Верховному богу — неоспоримому лидеру их общества.

Приказы Верховного бога были законом, его решения — истиной в последней инстанции. Но, несмотря на абсолютную власть, лидер редко действовал в одиночку, предпочитая опираться на совет узкого круга влиятельных приближенных и членов правящей династии. Самые важные вопросы решались на общем совете, хотя последнее слово всегда оставалось за главой. Эта жесткая, авторитарная модель была необходимой мерой для поддержания порядка: Джейган понимал, что без твердой руки и священных клятв боги превратились бы в стихийную силу, от которой первыми пострадали бы беззащитные люди.