Дмитрий Соловей – Будет вам и белка, будет и сурок (страница 39)
«Не верит мне этот волчара, не верит, — верно оценил я взгляд Харченко. — Не нравится ему малолетка в роли волхва».
«Однако у него и чутьё», — отреагировал Кирилл на взгляд мужчины.
Все остальные присутствующие умились, слушая моё выступление.
— Кирилл носит символ, — наконец решил что-то Харченко. — Ему и быть волхвом. На Ярилин день соберётся Круг, тогда примет отрок истинное имя. Быть посему!
Фу-у-ух, неужели прокатило?
Глава 18
«Кто жаловался, что скучно ему жить в повторяющихся циклах? — поинтересовался Фалулей. — Кирилл, ты правильно заметил, крутимся как белки в колесе».
«Стать волхвом язычников не входило в список его приоритетных дел», — заметил я.
«Плохо, что жить придётся в доме Харченко», — пожаловался Кирилл.
Предлогом этому послужил символ у меня на руке. Демонстрировать кому-либо его не стоило. Кроме того, глава рода Харченко каким-то шестым чувством ощущал подвох. Меня тщательно проверили «на детекторе лжи», нашлись свидетели, да и метку я имел. И тем не менее Харченко не доверял. По этой причине, похоже, решил лично не спускать с меня глаз.
Уже в мобиле я заикнулся, что вещи с собой не взял.
— Доставят что нужно, — кратко ответил глава рода Харченко.
— У меня экзамены в Центре наследников, — дополнил я.
— Тебя восемнадцатого разноцвета примут в Круг, как только символ станет невидимым, тогда и разрешу выходить из дома.
«Будет какая-то ещё проверка на Ярилин день», — пришёл я к выводу.
«Если символ исчезнет, то станет проще», — порадовался Фалулей.
«А если это навсегда — быть волхвом? — запаниковал Кирилл. — Вдруг прервётся временной цикл, а мы что?»
«Мелкий, не боись, цикл, зараза, стойкий. Его так просто не прервать. Познакомимся с обрядами язычников, тогда и вернёмся к этой теме».
Старший Харченко продолжал с подозрением коситься на меня вплоть до того момента, как за мобилем закрылись ворота. Только после этого мужчина успокоился. Наверное решил, что я теперь в его владениях и никуда не денусь. Я же проявил нахальство и уже на следующий день попросил чего-нибудь почитать. Ознакомительное, чтобы не подвести своего «благодетеля».
— Повезло, тебе, Кирилл, что я Хранитель знаний волхвов Перуна. Дам тебе почитать книгу Основ, — не отказал мне мужчина.
Как мы и предполагали раньше, этот особняк имел в подвальной части сокровищницу. Все ценное и секретное хранилось в ней. Тонкую брошюрку глава рода мне дал, но посадил наблюдать за мной Емельяна. Ближников вообще оказалось много в особняке. Рядом с той спальней, где меня поселили, разместилось четверо мужчин. Они выполняли функцию сторожей. Куда бы я ни шёл, парочка ближников Харченко следовала по пятам. Прислуге категорически запретили со мной разговаривать. Все просьбы и заявки только через Емельяна.
Никаких хлопот я хозяину не доставил. Попросил только привезти вещи. Мартын с этим легко справился. У него был доступ в особняк Анохиных и Харченко.
Безусловно, я мог сбежать от опеки под прикрытием отвода глаз. Но зачем? На данный момент нас интересовали любые сведения о культе язычников. Выданную мне брошюру я почти наизусть выучил. Пригодится это нам или нет, не знаю. В книге Основ содержался перечень язычников. Кто младше, кто авторитетнее, я так и не понял. Емельян отказывался пояснять. Мол, разбирайся сам.
Не факт, что волхвы самые «главные». Фалулей утверждал, что у язычников чуть ли не демократия и всё решает Круг. Веское слово, к которому все прислушиваются, имеет Хранитель. С обавницей я уже встречался. Есть и мужской вариант — обавник. В книге утверждалось, что мужчины в этом плане слабее женщин. Думаю, что Мишка как раз он и есть. Докторов у язычников принято называть ведунами, имеются чародеи и прочие. Всем этим «облакопрогонителям» и «кощунникам» я бы дал другие названия, попроще.
Кстати, это я, подкованный на фэнтезийных книгах, легко оперировал понятиями стихийной магии и подобных вещей. Для Кирилла и Фалулея это стало откровением.
«Они что, облака разгоняют?» — изумлялся Кир.
«И что такого? — не увидел я проблемы. — Если умеют смерчи крутить, то запросто влияют на погоду».
Две недели ожидания наконец закончились. Глава рода Харченко продолжал проявлять бдительность. Никак параноик? Вот чувствовал он во мне «вражеского шпиона», а доказательств не имел.
Выехали мы на рассвете, куда именно, не сказали. Как-то меня все эти мероприятия язычников с утра пораньше начали напрягать. Мне не только не дали поспать, но и погнали во двор умываться росой. На Ярилин день она какая-то особенная. Нашли на дальних грядках один огурец и закопали его. Емельян сказал, что теперь год будет плодородным. И уже после этих мероприятий расселись по мобилям.
В Придорожном-38 пересели в менее приметный транспорт без прапоров и двинулись куда-то на восток в степь. Пересекли одну большую реку. Судя по всему, это была Кубань. Дальше ориентиров не имелось. Берег всё той же реки, степь, ковыль и кое-где рощицы. Язычников на эту сходку собралось много. Я насчитал около полусотни мобилей.
Не все из приехавших собирались праздновать. Охрану выставили серьёзную. Нас остановили с проверкой задолго до нужного места. Водитель что-то показал, и мы получили разрешение ехать дальше. Харченко прибыли на пяти машинах. Куракины всего на трёх. Мартына и юриста Анохиных отчего-то не пригласили. Много было незнакомых лиц. Я старался запомнить как можно больше народу. Вдруг на будущее пригодится? Мишка Куракин первым подошёл меня поприветствовать.
— Привет, ты же первый раз на Яриле? — спросил он. — Пойдём послушаем жреца.
Я удивился, в прочитанной брошюре такого звания у язычников не упоминалось. Мишка же не стал ничего дополнять, а просто потащил за собой. Парочка моих сторожей отправилась следом.
— Сейчас начнёт вещать, — вклинился парень в ряды сидящей прямо на земле молодёжи.
И действительно, минут через пять бородатый и седой старец зычным голосом начал повествование:
— Боится нечисть Ярилу златокудрого, очистит огонь землю-матушку от людских обид, споров и гнева…
Получасовой экскурс в традиции праздника оказался более познавательным, чем выданная мне книжонка. Ну, приметы разные и гадания на жениха меня не интересовали. Что-то я знал и слышал в своём мире. Про венок девичий и прочее. Потонул пучок цветов — не видать жениха в этом году. Зато парни могли выловить венок и найти его хозяйку. Браки, заключённые в этот день, будут действительными. Я невольно стал с опаской озираться по сторонам. До полного счастья мне только невесты не хватало.
Больше всего меня потряс в повествовании жреца рассказ о том, что в этот день солнце замедляет свой бег и на Земле образуются особые «дыры». Сквозь них можно посмотреть на потусторонний мир.
«Ну-ка, ну-ка», — обрадовался Фалулей.
Близился полдень, и кто-то уже сплёл из берёзовых веток косу, через неё и будем смотреть на потусторонний мир. Мишка Куракин что-то понял по моему лицу и снисходительно хмыкнул.
— Я с десяти лет прошу, а духи не отзываются, — пояснил он.
Тут и я вспомнил, что с язычниками у Мишки сложные отношения. Но посмотреть через берёзовые ветки в любом случае не помешает. Вслед за основной массой людей я поспешил на берег реки. Народ пел, тащил берёзовую косу и приплясывал. В целом, было ощущение праздника. К тому же босые девушки с венками, в простых рубахах с разрезами по бокам выглядели эротично.
Просмотр видов реки через берёзовые ветки разочаровал. Кирилл аж притих, ожидая чуда. Я и сам поверил, что случится нечто необычное, раз уж сегодня Ярило как-то там свой бег замедляет. Увы…
«Возможно в древности, когда только появилась магия, спонтанные порталы некоторых людей, наделённых силой, давал нужный эффект», — рассуждал Фалулей.
Мишка правильно оценил мою кислую физиономию и повёл к расстеленным на земле полотенцам с едой. Наевшись, мы устроились на берегу. Праздник будет продолжаться долго. Основное действие ждали ночью.
— Прыгать через костёр обязательно? — спросил я. — Или можно телепортироваться?
— Ты умеешь? — не поверил Михаил.
— Легко, — показал я, а парень задумался.
— У тебя разве не третий уровень сил? — проявил он осведомлённость.
— После смерти отца я столько работал на руднике, что силы увеличились, — не моргнув глазом соврал я. — Дома нашёл учебник, выучил телепортацию. Полезный навык.
— Навык полезный, — поскучнел Михаил.
Нужно отдать ему должное, докладывать он не побежал. Фалулей предположил, что парень расстроился тому, что сам имеет меньший уровень.
А потом к нам явился Ярило. Да ещё на белом коне. Я прифигел от такого явления. Оказалось, что на праздник выбирают самого красивого юношу как олицетворение Ярилы.
Скучать у язычников не пришлось. Какие-то девицы мне в волосы ленты вплели. Кто-то из бородатых мужиков в женское платье нарядился. Единственное, о чем я гадал, как такие гулянья проходят в тайне ото всех? Тем более песню «Гой ты, Ярило, огненная сила!» голосили все так дружно и самозабвенно, что их хоровое пение должно быть слышно далеко.
Ярилу (того, что на белом коне был) мы потом проводили. Солнце село за горизонт и подошла моя очередь «развлекать» народ. Круг из двенадцати старейшин собрался немного в отдалении от основного места гуляний. Я стоял в середине и слушал песнопения. Внезапно трава в кольце зашевелилась, сплетаясь необычным узором.