Дмитрий Силлов – Закон вольных сталкеров (страница 3)

Ну и представил я, что громадная псина, уже повалившая меня на спину и нависшая надо мной, становится золотой…

Признаться, эффект превзошел все мои ожидания.

Черный камень в кольце как раз касался зуба мутанта – и этого хватило!

Странно, конечно, было наблюдать, как от этого самого зуба по морде полусгнившей псины стремительно начинает разливаться ярко-желтая волна… Почуяв неладное, мутант взвыл и рванулся было в сторону, но на этот раз я держал его крепко и хватку не разжал. Потому буквально в считаные мгновения меня придавливало к земле уже не жуткое порождение Зоны, а его цельнометаллическая копия…

При этом я лишь мощнейшим усилием воли удержал в себе сознание, твердо решившее меня покинуть, – настолько страшная слабость навалилась на меня. Но я понимал: вырубись я сейчас, и это будет мой последний отход ко сну, ибо не пройдет и минуты, как гнилые собаки, офигевшие от такого поворота событий, придут в себя и начнут меня кушать. Так что у меня оставалось буквально несколько секунд до того, как я стану обедом для вечно голодных мутантов…

Собрав в кулак остатки воли, сил и сознания, я тяжело поднялся с земли, ухватил за заднюю лапу золотую собаку на манер дубины и прорычал:

– Ну что, суки безглазые? Кто первый желает отовариться тушкой вашего вожака?

Понятное дело, я блефовал: в моем состоянии требовало неимоверных усилий на ногах-то удержаться, не рухнув мордой в траву…

Но потерявшие вожака псины, оценив произошедшее, решили не связываться со столь необычной и однозначно опасной добычей. Почти одновременно развернувшись, они исчезли в кустах, оставив меня стоять, без сил прислонившись к дереву с удивительным и довольно тяжелым трофеем в руке.

У меня было непреодолимое желание просто рухнуть на серую траву Зоны и тут же отрубиться. Но делать этого на зараженных землях нельзя ни в коем случае! Особенно когда рядом мутанты. Проснешься – а тебя уже на треть скушали, ибо жрут мутировавшие твари крайне быстро, чтоб кореши по стае не опередили.

Потому я собрал последние силы, вытащил КПК, определился по карте, где ближайший бар, – и поплелся к нему, волоча за собой золотую собаку…

Любой бар в Зоне – это всё в одном флаконе. И столовая, и рюмочная, и торговая точка, где можно приобрести оружие, патроны и снаряжение, – и место, где можно поделиться информацией либо приобрести таковую, подчас недешево.

И госпиталь тоже.

Без врачей, медсестер и спецоборудования, зато с препаратами на основе артефактов, которыми можно вылечить практически все. Правда, зачастую с такими побочными эффектами, что мало не покажется.

Однако мне выбирать не приходилось, так как, помимо смертоубийственной усталости, я обнаружил, что проклятая гнилая псина немного пожевала мою руку. Совсем чуть-чуть, две небольшие ранки от зубов возле запястья…

Но я бы предпочел, чтобы меня укусила кобра. Там хоть яд можно высосать, и тогда появится шанс выжить в экстремальных условиях при отсутствии нужной сыворотки и медицинского учреждения в шаговой доступности.

Тут же процесс было не остановить ничем, и никакая современная больница не помогла бы. Пройдет совсем немного времени, и по Зоне будет бродить очередной зомби, своей протухшей рожей отдаленно похожий на тебя.

Нет, можно было, конечно, раскалить на костре автоматный шомпол и прижечь рану. Глубоко, до кости. Но шансов, что это поможет, было слишком мало, а медленно разлагаться заживо как-то не хотелось.

Оптимально было бы отрезать себе руку – тем более что подобный опыт у меня уже имелся[2]. Но увы, сейчас это сделать оказалось просто нечем… «Бритва» меня не резала, а запасного ножа в числе моих трофеев не оказалось. Отстрелить руку по локоть из автомата – это был, конечно, вариант, вот только я серьезно опасался, что в таком состоянии просто вырублюсь от боли и кровопотери, и меня банально сожрут вернувшиеся слепые псы, которые обиженно подвывали в кустах, следя за мной и явно ожидая, пока я без сознания рухну на землю.

Потому оставалось лишь тащиться к бару, волоча за собой тяжелый золотой слиток в форме собаки, которая при жизни наверняка была раза в три легче.

Удивительное место, конечно, Чернобыльская Зона…

Бегала по ней псина, пусть мутант, а по идее, скорее, живой ходячий труп. Но здесь это явление уже обыденное, изумляющее лишь новичков-«отмычек», которые только-только приперлись на зараженные земли из-за кордона.

Интересно другое.

Вот у меня кольцо на пальце. Дотронулся я им до плотоядной дохлятины – и она уже не кусок мяса, а дорогущий металл. И трансформация эта произошла за счет энергии, высосанной кольцом из моего тела!

Ну не обалдеть ли? Любой ученый голову сломает на тему, как такое возможно, – и ни фига ни до чего не додумается. Поскольку нет в нашем мире объяснения эдакому феномену. Потому либо принимай, сталкер, все чудеса Зоны такими, какие они есть, – или просто подохни от удивления, сломав себе мозг…

Такими размышлениями я развлекал себя на ходу, чтоб не вырубиться от усталости, пока не увидел приземистое здание, явно созданное из навоза мутантов и кривых палок. Причем навоза было заметно больше.

Подобные бары постоянно возникают по всей Зоне – и так же быстро пропадают. Любители легкой наживы создают здесь торговые точки по принципу «и так сойдет», особо не вкладываясь в дизайн и интерьер. Лишь бы крыша над головой была да некое подобие прилавка, на котором сталкер сможет разложить свою добычу из артефактов, которые на Большой земле сто`ят как чугунный мост, а тут – раз в двадцать меньше.

Так называемые арты, обладающие различными удивительными и необъяснимыми свойствами, вообще местные ловцы удачи чаще меняют на оружие, снарягу, патроны, еду и чистую воду, нежели на деньги, особой цены в Зоне не имеющие. А барыга потом через своих знакомых из охраны кордона переправит те артефакты в ближайший город, где так называемые арт-дилеры тут же продадут их за неимоверные деньги богатеям, охочим до сувениров из Зоны…

Впрочем, хозяев баров можно понять. Их заведения очень часто сгорают, будучи подожженными пьяными посетителями. Также бары регулярно разносят в процессе разборок местные банды, красиво именуемые «группировками». Либо их банально может снести с лица земли очередной Выброс, если ему вдруг что-то не понравится в новодельной постройке. Этот ураган аномальной энергии, вырвавшийся из недр разрушенного Четвертого энергоблока, стирает с лица Зоны любые сооружения из материалов, которые появились на зараженных землях уже после печально известной аварии. Порой и десятка гвоздей, завезенных с Большой земли, достаточно, чтоб на месте бара после Выброса осталось ровное место.

Ну и какой смысл вкладываться в строение, если ему все равно жить недолго? Правильно, никакого.

…Над дверью бара, сколоченной из кривых досок, было гвоздем крупно нацарапано название заведения: «У Владислава», под которым красовалась вторая надпись, помельче: «Лучшие стейки и котлеты во всей Зоне!»

Странно…

Обычно даже самые захудалые заведения такого плана местные барыги стараются называть звучно, в духе Зоны: «1000 бэр», «Восемь зиверт», «Тридцать грэй». Так себе, по-моему, идея называть бары смертельными дозами ионизирующего излучения, но тут уж владельцам виднее. Да и традиция, куда деваться.

Один, говорят, вообще назвал свою едальню «Обед под лучом» – явно намекая на «смерть под лучом», когда человек, хапнув запредельную дозу, погибает на месте. Но тут просчитался барыга, наказала его Зона: Выброс снес его заведение буквально на следующий день, оставив посреди пустого места слабо фосфоресцирующую статую, очень похожую на владельца бара. Рассмотреть получше этот памятник ни у кого не получилось – при попытке к нему приблизиться дозиметры начинали зашкаливать, а получить реальную смерть под лучом, взамен рассмотрев странную и жуткую аномалию, так никто и не захотел. Так что, может, скромное «У Владислава» было довольно неплохим решением: когда меньше нарываешься – соответственно, меньше и вероятность, что нарвешься…

Внутри заведения всё было стандартно: столы, грубо сколоченные из патронных ящиков, вместо лавок и стульев – ожидаемо те самые патронные ящики. Барная стойка – вообще верх оригинальности. Спилили огромный дуб, которые редко мутируют до фатальной кривизны, обтесали топорами со всех сторон, положили на землю – и вокруг этой «стойки», по ходу, бар и построили. Смысл понятен: чем дешевле – тем лучше, лишь бы бармену было куда кружки ставить и сталкерам где артефакты раскладывать на продажу.

В общем, не оригинальный был этот бар.

В отличие от его хозяина…

За стойкой деловито протирал пивную кружку крупный мужик, телосложением от любого другого громилы не отличающийся. Единственное: из широкого воротника его клетчатой рубахи торчали две мускулистые шеи примерно полуметровой длины, оканчивающиеся двумя головами, очень разными с виду. Первая заросшая бородой, усами и густой черной шевелюрой до состояния лохматого шара с глазами. А вторая – полностью лысая и щекастая, смахивающая на кожаный воздушный шарик с внимательными глазами, лишенными ресниц. Тот случай, когда одна голова хорошо, а две – лучше бы ну его нафиг…

Когда я вошел, волосатая голова продолжала внимательно следить за процессом протирки кружки, зато лысая уставилась на меня пронизывающе-проницательным взглядом.