Дмитрий Шимохин – Восхождение язычника 2 (страница 37)

Ну все, я надел шлем, готов, и выбежал во двор.

А там были расставлены пустые бочки, которые срочно заполнялись водой суетящимся десятком солдат. Повсюду слышались крики десятников, распределяющих солдат по периметру стены.

До меня никому дела нет, так что место я себе выберу сам. И выбрал справа от ворот, там как раз было пространство. Поднявшись по каменной лестнице, я выглянул из-за зубца крепостной стены.

А там, не подходя к крепости, собралось почти все войско персов. Ну да, действительно, после моего приглашения-то. Разглядывая их, я не увидел ни лестниц, ни тарана, и как же они собрались нас штурмовать?

Также было видно, что они разожгли костры, это еще зачем? Но это я не успел обдумать, как со стороны персов прозвучал сигнал, и полетели стрелы.

Было страшно видеть, как туча стрел сорвалась и полетела в нашу сторону.

— Стрелы, — разнеслось со всех сторон, предупреждая об опасности. А я не стал дожидаться итога и юркнул за зубец, пригнувшись, еще и щит сверху разместил. И не зря, пару раз в него чувствительно прилетело, а одна стрела даже пробила.

Спрятавшись за зубцом, я не мог разглядеть, что происходит снаружи, но прекрасно видел, как во двор крепости с неба сыплются смертельные гостинцы. Народ во дворе прижался к стенам и так же прикрывался щитами сверху, как и я.

Кто-то из солдат молился громко и неистово, кто-то ругался, вспоминая говно и другие особенности человеческого тела, и его самые интересные места. Да еще и персы что-то орали, и все эти звуки смешивались.

Атака стрелами стихала, да, они летели в нашу сторону, но уже не такими грозными тучами.

А главное, персы начали стрелять и огненными стрелами, их было немного, но все же.

Я обратил внимание, что огненные стрелы начали попадать в деревянные постройки, и солдатам во дворе приходилось активно двигать ногами и заливать водой места попаданий, дабы не допустить пожара в крепости.

В каждом десятке солдат двое были с луками, и они по возможности старались вести ответный огонь.

Убрав щит, я рискнул выглянуть из-за зубца, половину войска персы отвели обратно в лагерь, и крепость продолжали обстреливать около двух сотен лучников.

Огненными стрелами палили всего лишь шесть лучников, у них были заготовлены стрелы, наконечники которых были обернуты каким-то тряпьем, они макали их в чан, возможно, там была смола или масло горючее, а после уже поджигали на костре и неслись вперед буквально на десять шагов, уже оттуда стреляли в крепость. Возле костров ромейцам не удавалось их подстрелить, хотя, я видел, попытки были.

Остальные же персы, порядка четырехсот воинов, приближались к крепости, часть из них раскручивала над головами веревки с петлями, и они двигались не только к воротам, а ко всем стенам, то есть их атака будет по всему периметру крепости.

Ну, в принципе, логично, высота стен небольшая, и забросить аркан на зубец вполне реально, а дальше и забраться по веревке в крепость.

Но больше всего меня беспокоили огненные стрелы, не хотелось, чтобы эти гады сожгли мне лекарскую. Деньги и книги я, конечно, припрятал в тайничок, в котором им ничего не грозит, но все же там было много моих вещей.

Так что пришлось пробираться к нашему лучнику, путаясь под ногами у солдат, которые рубили петли веревок, зацепившихся за зубцы. Пока пробирался, я смог окинуть взглядом стену крепости, и, судя по всему, мы отбиваем штурм.

— Мне нужен лук, — я фактически проорал, приблизившись к лучнику, и требовательно протянул руку.

— Зачем? — он удивленно воскликнул, но не спешил передать мне свой лук.

— Тех стрелков смогу, — и я указал в сторону костров.

— Так там расстояние далековато, не пробить доспехи, — озадаченно ответил солдат, но все же протянул мне свой лук, а следом и стрелу.

Я же покрутил его в руках и потрогал тетиву, похож на мой, тот, что я купил себе здесь, но качеством похуже, да и тетива так себе.

Взяв в руки стрелу, я наполнил ее силой ветра и высунулся из-за зубца. Выстрел, и я спускаю тетиву, немного корректируя ее полет. Есть попадание, стрела пробивает грудину вражеского лучника, и он валится.

— Вот это да, — удивленно протянул стоящий рядом со мной лучник, а я вновь протянул к нему руку, в которую он незамедлительно вложил новую стрелу.

И еще пять выстрелов, три трупа и трое раненых, которые даже не помышляли вести огонь, а с криками и стонами поплелись в лагерь.

— Вот, держи, — я протянул лук обратно.

— Ты просто мастерски стреляешь, — признался мне солдат.

— Повезло, — протянул я. А сам прошелся взглядом по стенам на западной стороне, двум персам удалось взобраться, но их уже добивали. Я вновь выглянул наружу, отряд персов откатывался от наших стен.

Первый штурм отбит, и вроде без потерь.

Но, как выяснилось позже, потери были, четверо убитых с нашей стороны. Один свалился со стены в суматохе и сломал шею. Двоих прикончили стрелы, а еще одного зарубил перс, взобравшийся на стену. И еще пятеро раненых. Но там в основном были раны от стрел, так что залатал я их достаточно быстро.

И они снова вернулись в строй.

Но в любом случае нас стало меньше на четыре человека. И если завтра они подготовят лестницы и таран, потери явно будут больше.

Бойцы радовались отбитому нападению и готовились к завтрашнему штурму, у меня же настроение было поганое, так что я просто завалился спать в лекарской. Да и спалось тяжело, несколько раз просыпался и прислушивался к окружающему, не идут ли персы на ночной штурм, но все было тихо, и я вновь погружался в тревожный сон.

С утра настроение было скверным, а взгляд на лагерь персов радужных красок не добавлял. Они вовсю готовились, вязали лестницы, приволокли ствол дерева и мастерили из него таран.

Если вчера была легкая репетиция, то сегодня все будет по-взрослому.

А еще и Амон предупредил:

— Ты как услышишь, что в рог протрубят три раза, бросай все и отходи к башне, это будет значить всеобщий отход. В башне запремся и оттуда будем отражать атаку.

И после обеда началось, у персов прозвучал сигнал, и они пошли в атаку, наши продублировали. А на верху башни уже не было никакого дымавого сигнала, там разместили десяток лучников. А что, удобно, весь двор и стены простреливаются, там же расположился и Амон с рогом, готовый подать сигнал.

В первую очередь крепость так же накрыли тучи стрел, не давая высунуться.

Но в один момент стрелы перестали литься сплошным потоком. Я же призвал силу жизни и наполнил себя, при этом не переставая себя подпитывать.

Шаг в сторону из-за зубца, чтобы осмотреть, что происходит за стенами, но весь вид мне перекрывает поднявшийся по лестнице перс, уже собравшийся спрыгнуть.

Ну куда ты, пупсик, без спросу-то лезешь? Удар щитом в наглую бородатую морду отправляет его полетать.

Он даже мне что-то прокричать успел, но мой взгляд наткнулся на отряд персов, что подтаскивали таран к воротам, из-за стены в них кидали камнями, но они умело прикрывались щитами.

«Бум», — раздался удар по воротам.

Сука, приходится хорошо высунуться из-за зубца, так, что по шлему даже стрела чиркнула. Первым делом хватаю и откидываю лестницу, благо на ней никого не было, так что это удается с легкостью сделать.

Сила ветра вырывается из меня, даже пришлось бросить топор рядом, чтобы не мешал. Секунда концентрации, а крики и шум, которые льются со всех сторон, сильно мешают. Но все же у меня получилось, и с моей руки срывается воздушная коса, удар почти горизонтальный, направлен вниз, на таран. И его располовинивает, а потоки ветра раскидывают персов в разные стороны. Две половинки тарана падают на дорогу. Слышны крики, полные боли, но наслаждаться картиной мне не удаётся. Рядом вновь пролетает стрела, и мне даже кажется, что ее оперение задело наносник на шлеме, так что приходится убраться обратно.

А персы лезли из всех щелей, в прямом и переносном смысле. И дрались ожесточенно, пытаясь закрепиться на стене. В один момент их напор усилился до такого, что мне казалось, мы не удержим стену и вот-вот прозвучит сигнал к отступлению.

Короткий взгляд по сторонам, и я вижу, как мой сосед добивает перса копьем, а сзади на него прыгает с парапета другой и валит.

Рвусь вперед, замах, и лезвие топора пробивает шлем перса, ставя точку в их борьбе. Я не успеваю помочь подняться солдату, ведь слышу сзади еле понятную на греческом речь перса:

— Вы все сдохнете.

Разворот, там стоит и щерится перс, а из-за стены лезет уже новый.

Что же вам дома, уродам таким, не сиделось, сидели бы пили, барашка бы жарили, или что вы там едите?

Шаг вперед, ближе к парапету, и принимаю его меч на щит. И удар с ноги стопой в живот сносит перса со стены во внутренний двор. Высота хоть и небольшая, но он в доспехах, и ему мало не покажется, а дежурный десяток его с удовольствием прикончит.

Новый же враг спрыгнул с парапета и не сводил с меня взгляда. Здоровая скотина. С меня ростом, но в плечах куда шире.

Он делает шаг, но вскрикивает от боли, а из его плеча высовывается наконечник копья.

По сторонам надо смотреть, красавчик, по сторонам. Я ведь здесь не один.

Взмах топора, и я почти перерубаю ему шею. Оружие падает из его рук, и он пытается зажать рану. Толчок щитом, и он летит вниз к предыдущему. А солдат, который сзади ударил его копьем, еле успевает его выдернуть.