Дмитрий Шатров – Ренард. Цепной пёс инквизиции (страница 9)
- Раздражения?! Да я в бешенстве!
От переизбытка чувств Дидье задохнулся, сжал пудовые кулачищи и принялся вышагивать вокруг проштрафившихся неофитов.
Юноши застыли соляными столбами и только глазами косили — старались как можно дольше держать его в поле зрения. Озверевший Дидье был похож на медведя, а того оставлять за спиной — затея глупая и крайне опасная. Прочие отроки хоть и притихли, но их лица выражали облегчение и интерес, у многих злорадный. Ещё бы, такое событие. Мало, что сейчас двух выскочек накажут, так ещё и показательно. Кому не понравится?
Тем временем старший наставник восстановил дыхание, собрался с мыслями и продолжил.
- Какого лешего, на каждом углу замка трындят о некоем высокородном? Ты случайно не знаешь? — заглянул он в глаза де Безьеру. — Или кто-то здесь претендует на особенное отношение?
- Я ничего такого не говорил, — встрепенулся Этьен, залившись краской негодования. — И на особенное отношение не претендую. Ваши подозрения незаслуженны и крайне оскорбительны для меня, сударь.
- Не заслужены? Тогда, почему мы об этом, вообще, разговариваем? А? — наклонился к нему Дидье и подставил ухо, чтобы лучше расслышать ответ. — Или ты считаешь, что я всё это придумал?
- Никак нет, старший наставник, не считаю. И в мыслях не было, — вытянулся в струнку Этьен и заиграл желваками.
Ряды новобранцев колыхнулись движением. Мимолётным — проявилось и стихло. То Аристид крадучись шмыгнул за спину соседа и спрятался там. Дурачок. Думал, его не заметят.
- Дуэлянт, — Дидье, не оборачиваясь, ткнул в него пальцем и поманил к себе. — Подь сюда!
Де Лотрок нехотя вышел из строя, сделал короткий шажок и остановился, внимательно изучая носки собственных сапог.
- Чего это ты сегодня такой нерешительный? — громыхнул Дидье и тут же задал второй вопрос. — Скажи-ка, это ты по собственному почину языком мелешь, или тебя попросил кто?
- По собственному, — буркнул Аристид себе под нос. — Никто не просил.
- Твоя несдержанность тебя же и сгубит, помяни моё слово, — смерил его взглядом Дидье, хотел ещё что-то сказать, но передумал и повернулся к Ренарду. — А ты, сдаётся мне, станешь большой занозой в моей волосатой заднице.
- Хочу вас успокоить, наставник, — скривился в отвращении де Креньян. — ваша задница меня нисколечко не интересует.
- Ма-а-алчать! — вызверился на него тот. — Не интересует его! А вот меня очень даже! Потому что драть за твои проступки станут меня! Ты чего вчера в общей трапезной учудил, лишенец? На кой товарища в тарелке топил?
Ренард хотел ответить, что гусь свинье не товарищ, но не успел. Обиженные неофиты не утерпели и решили подлить масла в огонь. Сводить личные счёты чужими руками действительно проще — и напрягаться не надо, и по роже в ответ не прилетит. Из толпы раздались возмущённые вопли.
- У меня до сих пор всё лицо горит! И голодным вдобавок остался, — воскликнул «утопленник» с трагическими интонациями в голосе. — Накажите его, ваша милость, чтоб неповадно было.
- А меня он плетью хлестал.
- И меня!
- И меня!
- И ещё нас из-за него выпороли!
- Да, каждому по десять плетей!
Дидье обернулся, словно его шершень ужалил. В ту самую, волосатую задницу.
- Отставить балаган! — гаркнул он, высверливая отроков яростным взглядом. — Кто сказал?!
Все тут же умолкли и, конечно, никто не признался. Когда таким тоном спрашивают, легче в штаны напрудить, потому как язык отнимается. Напрочь. Похоже, наставник это и сам осознал, умерил свой пыл и переспросил уже тише.
- Кто пострадал от рук сего отрока, шаг вперёд!
Новобранцы робко зашевелились и стали выходить по одному. Конопатый с багровой рожей. Дворянчик, с лица которого ещё не сошёл след от плети. Шестеро проигравших состязание деревенских… Пухлый похлопал-похлопал телячьими глазками, почесал в затылке и тоже присоединился. Последним вперёд шагнул де Лотрок. В смысле ещё раз шагнул, он уже и так стоял перед строем.
- Раз, два, три, четыре… десять. Мда, — протянул Дидье, пересчитав отроков. — А ты, паря, умеешь заводить друзей. И как ты собирался с ними справиться?
- Подумаешь, всего лишь десяток, — пренебрежительно отмахнулся Ренард. — Уж как-нибудь справлюсь.
Он держал себя так уверенно и говорил так спокойно, что на красном лице конопатого проступили белые пятна, а Пухлый передумал сводить счёты и медленно попятился назад в общий строй.
- Стоять! — рыкнул на него Дидье и внимательно посмотрел на Ренарда. — Ты, паря, или дюже умелый, или тупой, как полено, или отбитый наглухо. И я это со временем выясню.
- Воля ваша, старший наставник, — пожал плечами де Креньян. — Выясняйте, кто же вам запретит.
- Теперь, что касается вас, убогих, — старший наставник глянул на жалобщиков. — Вам досталось, потому что вы никчёмные бездари. Слабые, неловкие и бестолковые. И мне надоело слушать ваше нытьё! Одному еды не хватает, у второго — право рождения, третий устал и хочет домой. Вам самим от себя не противно? Мне противно, и я это намерен исправить. Слушай мою команду! Благородные — направо, простолюдины — налево! Да чтоб вас Семеро драли! Брис, Реми, разберитесь!
Проклятье было адресовано деревенским. Те рванули сразу во всех направлениях. Кто просто не знал, где право, где лево; кто знал, но не понял относительно кого; а кто просто создавал суету.
Когда сержанты восстановили порядок, Дидье поставил задачи, подкрепляя короткие фразы весомыми жестами:
- Вы — на ристалище. Вы — чистить конюшни.
- Мы чистить конюшни? — изумился Аристид.
- Заткнись, дуэлянт. И чтобы там всё блестело, как у кота яйца. Леджер, проследи.
Послышались сдавленные смешки, на лицах деревенских появились довольные ухмылки. А как не ухмыльнуться, когда вельможных господ отправили навоз перекидывать, а из черни сейчас будут делать рыцарей?
Ренард усмехнулся в ответ. Глупцы просто не знают, что их ждёт.
***
- Господи Триединый, сколько же здесь дерьма! — поражённо воскликнул один из молодых дворян
- А как ты хотел? — весело хохотнул Леджер. — Боевым скакунам силы нужны, оттого они жрут вдвое от обычной скотины. Ну и срут, конечно, немало.
Стойла сейчас пустовали — жеребцов угнали на выпас. И слава богу, что угнали. К обычной-то лошади входить — занятие небезопасное, а у здоровенных зверюг, мало что нрав непокладистый, так их ещё и обучают специально. Влепит такая скотина копытом, и поминай как звали. Или пол лица откусит, тоже приятного мало.
- А если мы до вечера не управимся? — спросил де Креньян, впечатлившись объёмом работы.
- Ничего страшного, — успокоил его сержант, — завтра доделаете.
- Это же не должно быть слишком сложно? — задумчиво протянул де Безьер, с интересом разглядывая лопату. — Простолюдины же как-то справляются. Что ты по этому поводу думаешь, Ренард?
Ренард не думал, он знал совершенно точно. И с какой стороны брать лопату, и как навоз в тачку грузить, и как высыпать, не запачкав сапог. Ему не раз приходилось убирать за лошадьми, когда Люка напивался вдрызг. Так что он хоть желанием не горел, но и не переживал особо. А вот остальные дворяне явно пребывали в растрёпанных чувствах.
- Нашёл кого спросить! Для де Креньяна чистить конюшни — обычное дело, — встрял в разговор Аристид, не позволив Ренарду ответить. — И ты что, всерьёз собираешься этим заниматься? Побойся бога, Этьен! Даже мне, дворянину в девятом поколении, это зазорно, а уж с твоей родословной….
- Аристид, — едва заметно поморщился де Безьер, — прекрати уже трогать моих родственников. Во-первых, мне неприятно, а во-вторых, это плохо заканчивается.
- Прости, я из лучших побуждений, — пробормотал де Лотрок.
- Из-за твоих лучших побуждений мы здесь и оказались, — попенял ему Ренард. — У тебя язык, как помело. Только раньше ты себе неприятности находил, а теперь сразу всем.
- Уж не хочешь ли ты сказать, что я виноват во всём этом? — вскинулся в ответ Аристид. — А не из-за тебя ли наставник разгневался? Последним-то он на тебя орал.
- Меня бы он просто выпорол, или ещё чего придумал. А твоя кичливость привела нас сюда. Будем теперь дерьмо собирать…
- Полноте, господа, прекратите ссориться, — остановил распалившихся врагов рассудительный де Безьер. — Давайте уже приступать. Работа сама себя не сделает, не будем растягивать удовольствие.
- И не подумаю, — категорично заявил де Лотрок и скрестил на груди руки. — Благородному не пристало.
- Дело твоё, — равнодушно пожал плечами Этьен. — Заставить мы тебя не можем, но когда старший наставник переведёт тебя в челядь, боюсь, уборка конюшен станет твоим основным занятием.
Аристид побледнел и крепко задумался, такой вариант ему в голову не приходил. А ведь с Дидье станется. Он вполне мог такое устроить. Де Лотрок постоял так минуту, да и переменил решение — пошёл за лопатой. А де Креньян уже подгонял тачку к дальнему стойлу…
Кстати, Ренард, как в воду смотрел, до вечера они не управились. И на ужин пришли с опозданием. Уставшие, чумазые, злые. Впрочем, простолюдины выглядели не лучше, разве что меньше воняли.
***
Конюшнями дело не закончилось. Отроки не успели вздохнуть, как Леджер поставил новую задачу. Вернее, не поставил — передал. Старший наставник оказался тем ещё выдумщиком. Но как водится, нет худа без добра, заодно познакомились с окрестностями и открыли для себя много нового.