Дмитрий Шатров – Ренард. Щенок с острыми зубами (страница 30)

Памятуя наказ ведуньи вырасти и стать сильным, Ренард много тренировался. Самостоятельно, на заднем дворе. А к Аиму убегал при любой возможности, о лешаке правда не рассказал ничего — не хотел кузнеца делать причастным. Да и тётка Клодина велела держать язык за зубами. В кузне Ренард от души махал молотом, качал мехи, тягал железо. В те дни, когда работы особой не было, Аим его учил всяким премудростям. Как пешему одолеть всадника и как конному не попасть на такую уловку, как выйти с ножом против меченосца и куда лучше ударить латного воина. Много рассказал и показал такого, чему Ренарда не научил отец. Эх, чуток бы пораньше...

За новыми делами-заботами как-то незаметно притупилась боль потери, да и зеленоглазая девочка уже не так занимала мысли, хоть совсем их и не покинула. Жизнь в который раз успокоилась и потекла новым руслом. Иные себя никак не проявляли, камень оберега оставались холодными, о Вейлире и его подручных никто слыхом не слыхивал. Так прошёл конец осени и почти вся зима.

Регулярный физический труд сделал своё дело, Ренард раздался в плечах, вытянулся и оброс мышцами, пусть пока не стальными, но очень близко к тому. Его движения приобрели плавность и ловкость, и он уже не походил на угловатого подростка каким был недавно и выглядел старше своих четырнадцати лет. Почти пятнадцати уже.

Отец бы порадовался, если бы вообще замечал сына.

Время шло, зима уходила. Снег потихонечку становился грязным и ноздреватым, солнце уже припекало, срывая с сосулек капель, повеяло весной. В один из таких дней Ренард собрался к Аиму, чтобы провести время в обычных занятиях, но сложилось иначе. У дверей кузни топтались трое пресвятых братьев в чёрных рясах и с белыми крестами на рукавах. Ничего хорошего это не предвещало.

Глава 13

У Ренарда возникло необоримое желание смотаться от греха подальше, но Аим его такому не учил. Да и негоже оставлять товарища без поддержки, совесть потом заест. Поэтому молодой де Креньян отогнал малодушные мысли и даже ускорил шаг. На подходе он успел рассмотреть чернорясых и не встретил ни одного знакомого лица. Приехали новые? Скорее всего. Местные-то к отцу частенько захаживали, и Ренард их всех знал наперечёт, некоторых даже по имени.

Он уже почти дошёл, когда дорогу заступил дюжий храмовник, двое других встали у него за спиной.

- Ты кто таков и чего здесь забыл? — пророкотал церковник, окинув отрока неприязненным взглядом.

- Мне Аим нужен, — не спасовал Ренард и, обогнув орденцев, направился к кузне.

Собирался направиться, но в его грудь упёрлась широкая ладонь.

- Не положено, — увесисто бросил благочестивый брат. — Уходи, подобру-поздорову.

Связываться с храмовниками — себе дороже, но горячая кровь ударила Ренарду в буйную голову. Не привык он, чтобы его вот так останавливали на его же земле. Да и служителей господа в последнее время сильно не жаловал.

- Мне. Нужен. Аим. — процедил де Креньян, выделяя каждое слово. — И я его увижу, положено это тобой или нет. Руку убрал!

Но церковник не послушался, с недоброй усмешкой качнул головой и потянул из-за пояса ритуальный топор. Ренард отшагнул, подобрался и положил руку на эфес меча.

Вот сейчас и посмотрим, кому — подобру, а кому — поздорову. Интересно, сразу втроём нападут, или один на один биться станем?

Вопрос так и остался неразрешённым, потому что до стычки дело так и не дошло. Дверь кузни распахнулась, на улицу выглянул орденский сержант. Как раз из числа местных.

- Что за шум, а драки нету? — спросил он оглядываясь.

- Да вот, брат Рул, отрок дюже дерзкий попался, — ответствовал первый храмовник, не сводя с Ренарда злобного взгляда. — Хочу проучить, чтобы впредь неповадно было на воинов Храма тявкать.

- Остынь, брат Рюдель, не надо никого учить, — сержант сделал знак его сотоварищам, чтобы те успокоились. — Это младший де Креньян, я его знаю. Отрок действительно боевой, но чтит Господа нашего и недоброго не замышляет. А тебе, Ренард, я бы посоветовал не хвататься за клинок почём зря. Опрометчиво это, да и отец не одобрит. Ты чего-то хотел?

Ренард удивился, что сержант знал его по имени, но виду не подал и ответил на последний вопрос.

- Я к Аиму пришёл, а тут эти… — кивнул он разом на кузню и на святых братьев.

- Ну, раз пришёл, заходи, — радушно пригласил сержант и посторонился, освобождая проход. — Я тебя как раз полномочному примасу представлю и с дознавателем из Пуату познакомлю.

Ситуация приняла неожиданный оборот, но отступать было поздно, и хоть знакомиться Ренард ни с кем не хотел, пришлось принять приглашение. Уж больно пристально на него смотрел сержант и остальные храмовники.

Он шагнул внутрь и поразился, сколько в маленькой кузне скопилось народу. Ещё три воина Храма, такие же большие и хмурые как те, что остались на улице, отец-инквизитор в белой рясе и ещё один в серой с чёрным крестом на спине. Аим с независимым видом спокойно стоял у верстака, но, очевидно, гостям он не радовался. Ренард встретился с ним взглядом, заметил, как кузнец едва заметно дёрнул бровью и понял, что тот хочет его предупредить. Не понял только о чём. Переспрашивать при церковниках даже дурак не стал бы, и Ренард решил не подавать виду. Понадеялся выяснить позже. Если, конечно, подвернётся случай.

Пока они с кузнецом переглядывались, в мастерскую втиснулся сержант и стало совсем тесно.

- Хочу представить вам достойнейшего отрока. Ренард де Креньян, прошу любить и жаловать, — объявил нового посетителя брат Рул.

Присутствующих он представлять не посчитал нужным. Впрочем, этого и не требовалось, тут и так ясно, кто есть кто.

Храмовники из охраны одарили Ренарда одинаково тяжёлыми взглядами, он же в ответ премило улыбнулся. Ему и в самом деле стало смешно. Ренард представил себе, что будет, если дело дойдёт до нешуточной заварушки. С Аимом ни эти трое не сладят, ни те, что на улице, ни все вместе. Но делиться знанием он не спешил. Пусть братья пребывают в уверенности в своих силах. Мало ли как там дальше обернётся.

Священника в белом одеянии Ренард узнал со спины. Отец Бонифас. Главный инквизитор Восточных Пределов. Его-то каким ветром сюда занесло? Полномочный примас внимательно разглядывал предмет, который держал в руках, и почтительный поклон благородного отрока оставил без малейшего внимания. Рядом с преподобным стоял клирик в сером. Очевидно, отец-дознаватель. Ренард с такими уже сталкивался как-то, и как раз в Пуату-де-Шаране. Впрочем, тот случай он хотел бы забыть, слишком уж неприятными были воспоминания. Трагические события в таверне «Пьяный баран» не так давно перестали сниться в кошмарах. Серому Ренард лишь коротко кивнул в спину и тут же ощутил тепло амулета. А когда поднял голову, у него дрогнули ноги в коленях.

В глаза внимательно смотрел дознаватель с лицом хищной птицы и повадками ядовитой змеи. Тот самый. Из страшного сна.

- Как же, как же, помню. Достойнейший отрок. Отрада родителям, верный слуга короля, и почитатель Господа нашего, — лучезарно улыбнулся серорясый, но его взгляд оставался холодным. — Опять в гуще событий, молодой де Креньян? Как же так у тебя получается? Не расскажешь?

Услышав лестную характеристику от собрата по вере, полномочный примас обернулся и с интересом уставился на Ренарда. И тот, наконец, смог рассмотреть, что именно привлекло внимание клириков. Кинжал из упавшей звезды, точная копия которого висела у де Креньяна на поясе. Любой бы заметил, стоило только опустить взгляд. Ренард невольно поёжился, мгновенно почувствовав себя неуютно.

«Так вот, о чём хотел предупредить Аим», — мелькнула запоздалая мысль.

- И частенько ты сюда захаживаешь, достойный отрок? — задал следующий вопрос дознаватель.

- Случается, — как можно безразличнее ответил Ренард.

- Что можешь сказать, о рекомом Аиме? — не успокаивался серорясый. — Не замечал ли за ним чего-нибудь необычного? Странного?

- Плохого ничего не скажу. Заказы отдаёт вовремя, цену не ломит, работает справно. А странного? — Ренард сделал вид, что задумался. — Нет, не замечал. Кузнец, как кузнец.

Он понимал, что дознаватель узнает, что он здесь бывает чаще, чем дома, но это же ничего не доказывает. Так или иначе, откровенничать не возникало никакого желания. Видел уже, чем заканчиваются такие откровение. Всего один раз, но и этого хватило надолго. Главное, что он святому отцу не соврал. Был? Был. Замечал? Не замечал. Всё.

Но церковник не собирался прекращать разговор. Даже не разговор уже, а форменное дознание. Пока ещё без пристрастия.

- Что имеешь сказать по этому поводу?

С последними словами он извлёк из рукава статуэтку Гоббана и сунул её Ренарду под нос. Тот равнодушно мазнул по ней взглядом и пожал плечами.

- Безделушка какая-то. Наверное, принёс кто-то на подковы перековать, она и завалилась куда-то.

- Безделуш-ш-шка?! — мгновенно взвинтился дознаватель, уподобившись серому аспиду. — Да тут налицо махровая ерес-с-сь. Культ ложного бога. А ты не пособник ли часом?

- Остынь, брат Лотарь, — остановил его полномочный примас. — Откуда, по-твоему, сей отрок может знать, что ты держишь в руке? Его объяснение, кстати, вполне правдоподобно. Статуэтка могла и завалиться. И принести её могли безо всякого злого умысла.

Дознаватель заворчал, как побитый пёс, но не стал вступать в спор со старшим по рангу. Ренард же обрадовался, что от него наконец-то отстали и, осторожно поправил пояс, незаметно заводя небесный кинжал за спину. Чем тут же привлёк внимание брата Лотаря снова.