Дмитрий Шанин – Жарка в сердце (страница 3)

– Я знаю, – силы мои иссякли и тело буквально рухнуло на кровать.

– Дим, послушай меня, – строгим и спокойным тоном проговорил товарищ, – мне сейчас вот эти твои истерики вообще ни к чему. Хоть тебе почти сорок лет, но от моего годовалого сына отличаешься только тем, что он пьет молоко, а не водку. Но в остальном все тоже самое. Какую-то плохую новость услышал и все, – Егор вскинул руки, – погнал барагозить. Какого хрена ты вообще звонишь с больничного телефона, когда у тебя свой сотовый есть? – друг кивнул в сторону тумбы возле кровати. – Короче, Дим, я пока еще одного ребенка заводить не планирую, поэтому не стоит себя так вести. Ты ведь не Бенджамин Баттон.

– Ладно, да, – после небольшой паузы сказал я. – Был не прав. Извини.

– Мне твои извинения не нужны. Просто вести себя надо нормально, – проговорил Егор и выпил рюмку водки, – нам же всем трудно.

– Сам-то Жура знает?

– Нет. Он в коме с момента приезда, – прозвучало это словно приговор.

– Мать твою…

– Маша знает.

Спрашивать о ее состоянии было бы глупо, поэтому мы сидели в тишине.

– Как там другие жены?

– Лиза, узнав о Юре уехала к маме с детьми. Алиса после опознания тела Шпиля упала в обморок. Нашатырь, крики, слезы и безвылазное сидение дома. Так и живем, – выдержав некоторую паузу Егор продолжил, – короче, ты тут пока полежи, подумай обо всем этом. Перевари, скажем так, полученную информацию. Через пару дней заеду, проведаю тебя и если все нормально будет, съездим кое-куда.

– Договорились, – коротко закончил я.

Стыда не было. Было странное смешанное чувство, словно я подвел своего друга. У него жена с ребенком, а я здесь концерты устраиваю. Вдобавок хамлю ни в чем неповинной Насте. Конечно, подобное поведение можно оправдать потерей близких людей, препаратами и восстановлением организма, но имеют ли эти оправдания хоть какой-то смысл? Не думаю. Егор ведь тоже потерял друзей и ничего. Все нормально. Хотя он все равно другой. Он более рациональный что ли. “Случилось и случилось, какая разница? Могу ли я на это как-то повлиять или что-то изменить? Нет. А если не могу, то какой смысл от нервотрепки. Забыть все плохое, запомнить все хорошее и двинуться дальше. Вот и все.” – именно так мне говорил Егор, когда я переживал разрыв отношений, которые длились девять лет.

Глава II. Встреча старых друзей

Утром я поговорил с врачом и отказался от всех лекарственных препаратов, которые могли хоть как-то воздействовать на мозг и его функционирование. Конечно, мне сказали о том, что в таком случае боль усилится и восстановление займет больше времени, однако мне было все равно. Контролировать самого себя было важнее.

Спустя два дня после моего отказа приехал Егор. Мы с ним поговорили и пришли к выводу, что мозги у меня стали работать лучше. Речь стала более связанной, мысли теперь не путались и паузы во время моих ответов больше не наблюдались. В целом, этого хватило для того, чтобы напарник посадил меня на пассажирское сиденье и двинулся в сторону заброшенного гаража возле порта.

Из-за реки рядом внутри было сыро и прохладно. Я недолго рассматривал внутренности заброшенного помещения, потому что все внимание в результате осмотра привлек один человек, прикованный наручниками к стулу. Это был Саня. Выглядел он паршиво, честно говоря. Сбросил килограмм десять, на месте левого глаза красовалась черная повязка, как у пирата, а все тело было в ссадинах и побоях.

– Все-таки выжил…

– Да, Сань, я тоже удивлен. В следующий раз вгоню нож поглубже, будь уверен.

– Да-да, Дим, конечно, в следующий раз не буду с тобой нянчиться и предлагать перейти на нашу сторону, пока ты бежишь, молясь своему мелкому Богу, чтоб я тебя не пристрелил, как курицу из револьвера, – он попытался сложить пальцы в форме пистолета, – в следующий раз я просто буду нажимать на курок, последовательно отстреливая тебе печень, легкие, селезенку и сердце, – на его лице появилась гримаса, выражавшая полное отвращение к собеседнику.

– Забавно, ведь именно в таком порядке ты тогда и стрелял, – я попытался сделать схожее выражение лица, – видимо, Бог оказался вовсе не мелким. Ну или ты так и не стал достаточно большим, чтобы научиться стрелять из снайперских винтовок.

– Подумай об этом на досуге, ублюдок, – прошипел бывший напарник.

– Нет, Сань, – ехидная улыбка на моем лице образовалась сама собой, – я лучше после этого всего приеду в больницу, поем и хорошенько посплю в теплой койке. Но это все ладно, Сань, это все пустяки. Ты мне вот что скажи, – я немного подошел к нему, – кто-то из ваших смог уйти? Просто мы с Егором немного разошлись в подсчетах. Мне кажется, что вас было еще двое, а он говорит, что больше никого они не убивали и не находили. Вот кто из нас прав?

– Пытаешься спокойно вести диалог, словно ничего и не было? Плохой коп, хороший коп? – он попеременно смотрел на меня и Егора – Интересная методика, но от нее уже давным-давно все отказались.

– Мне повторить вопрос?

– Да сколь угодно. Все равно я тебе не отвечу.

– Уверен?

– А что ты сделаешь? У нас с тобой одна школа, Дим, – Саня попытался развести руками, но у него это плохо получилось из-за наручников, – нас учили добивать своих же раненых, чтоб те не попали в плен. Я уже не жилец, ведь вы меня отсюда не выпустите, а сдавать вам парней в мои планы не входило.

– Ну вот видишь, Сань, – я подошел и положил ему руку на плечо, – а говоришь, что методика моя не работает. Егор, тебе еще что-то нужно?

– Думаю нет, – Егор отрицательно покачал головой, – главное, что их было двое и они были связаны с Саньком и Майклом, а после этого их сначала найдут технологии, ну а потом и мы. Спасибо, Дима. Спасибо, Саня. Я снаружи подожду.

– Точно не останешься?

– Не хочу заляпать кофту.

– Ладно, тогда я постараюсь побыстрее.

Егор кивнул и неспешно закрыл скрипящую входную дверь. Теперь, когда мы остались одни, я мог дать волю всем накопившимся эмоциям. Только делать это нужно было постепенно, иначе Саня загнется раньше времени, он ведь и без того уже не жилец.

– Может, сразу пулю в лоб?

– Нет, это слишком большая честь для тебя. Ты Журу оставил без ног, – я загнул первый палец, – теперь, скорее всего, всю жизнь будет в инвалидном кресле ездить. Шпиля твои ребята гранатами в мелкий фарш превратили, – я загнул второй палец. – Неужели он должен был истечь кровью, чтобы умереть? Может, это ему нужно было пулю в лоб? Только Юре повезло. Его Миша в спину сразу застрелил. Да и то, не самая славная смерть. Завалили словно больную лошадь, чтоб ей в глаза перед смертью не смотреть, – я загнул третий палец. – Как-то, Саня, вы не по-людски с нами обошлись. Не по чести парни умерли, – я загнул четвертый палец. – Не так они должны были умереть, – я загнул пятый палец и с отдушиной ударил Санька в морду. – А семьи их? Об этом ты не подумал? – из его сломанного носа заструилась кровь. – Если б вдруг выбрался из пустыни, а потом кого-то из жен на улице встретил? Как в глаза бы смотрел? Да, хотя ты бы даже смотреть не стал. Развернулся бы и ушел. Потому что страшно тебе бы стало с ними взглядами пересечься. Духа у тебя нет, чтоб за свои поступки отвечать, раз ты нас предал. Сколько ж тебе предложили, чтоб ты по кривой дорожке пошел? – мои руки уже было принялись его душить, однако мозг вовремя осознал, что это будет слишком простая смерть. – Хотя нет, не отвечай. Не надо, – продолжил я свой монолог, пока Саня жадно глотал воздух. – Все равно дружбу не могу в деньгах измерять, и никогда бы не подумал, что ты когда-то начнешь это делать. Но все мы люди, все мы ошибаемся. Понимаешь, Сань, вот и ты ошибся, а за такие ошибки необходимо понести самое тяжелое наказание.

Дверь снова заскрипела. Это был Егор. Я немного отошел назад, ведь было ясно, что его цель сидит на стуле, и тут понеслась. Костяшки моего товарища уже были в крови. Видимо, Егор не хотел брать еще один грех на душу и решил все отыграть на бетонной стенке, но желание отомстить все же одержало победу. Он прихватил с собой монтировку и нож из машины, которому сразу нашел предназначение.

– Егор, стой! Егор не надо! Не надо!

Но Егору было плевать на мольбы Санька. Измученный и прикованный, он сразу понял, что сейчас ему сначала переломают все конечности, затем потребуют имена его подельников, после этого вырвут язык за ненадобностью, и только потом выбьют зубы. В конце концов останется труп с вскрытым брюхом и раздолбанной черепушкой. А может, Егор придумает что-то еще для бывшего друга.

Он спокойно посмотрел на меня перед тем как начать, а я просто кивнул и закрыл дверь, а то вдруг что.

Спустя три часа мы вышли на улицу. Странно, но вокруг была тишина. Судя по всему, звукоизоляция в гараже как минимум присутствовала. Первым делом мы окунулись в ледяную реку, чтобы хоть как-то смыть кровавое месиво с рук и лица. Кофту Егор все же заляпал, однако это не было большой проблемой. Напарник, как оказалось, взял в эту поездку два комплекта сменной одежды, поэтому все старые вещи отправились в черный пакет и на сжигание. Вообще-то, мы еще один черный пакет кое с чем кое-куда отправили, но это уже совсем другая история.

– Слышал что-то об этих парнях? – я спрашивал у Егора, потому что у меня не самая точная память на имена.