Дмитрий Сергеев – Доломитовое ущелье (страница 20)

Время до вылета было — летчики только собирались в столовую. Олег вспомнил: нужно повидать мальчика Колю Иванова. Дом его оказался рядом с милицией, в центре поселка. Встречная женщина объяснила:

— Как раз в том доме, где следователь Чипизубов живет. Только Чипизубовы с улицы, а Ивановы за стенкой — окна во двор.

Взрослых никого не было. Калитку открыла девочка лет восьми.

— Колька! Колька! К тебе дяденька. Я сейчас позову его, — предупредила она гостя и убежала за угол сарая.

Приход Олега внес сумятицу в тихую мальчишескую жизнь.

— Колька! — кричала девочка, — к те… — Она внезапно замолчала, будто ей зажали рот.

— Я вот тебе побазлаю! — услышал Олег грозный шепот.

— К тебе дяденька, — тихо сообщила девочка.

— Сами видим. Это, наверно, опять из-за фотографии, — произнес еще один мальчишеский голос.

— Теперь начнется, — с мрачной безнадежностью прошептал первый мальчик.

— Беги, дуй через заплот. Я скажу, тебя нет.

— А, все равно теперь. Куда я денусь?

— Беги к Петьке Чапаю. После придумаем.

Олегу все было слышно. Смешные ребячьи тайны. В этом возрасте игры не обходятся без тайн и без необходимости скрываться. Слышно было, как Колька махнул через забор. Из-за сарая появились девочка и мальчик.

— Вам, дядя, Кольку? — спросил мальчик, глядя себе под ноги.

— Колю Иванова, ученика шестого класса, — нарочито строгим голосом уточнил Савотов.

— Его нет, — мрачно сообщил мальчик, не поднимая глаз.

— Где-то он есть?

— Я не знаю, где он.

— Друг, а не знаешь. У Пети Чапая, — сказал Олег.

— У Чапая, — смешно сморщив нос подтвердила девочка.

— Не у Чапая, — соврал мальчик и за спиной погрозил девочке кулаком.

— Хорошо, я сам найду его, — в шутку сказал Олег, и не спеша — время еще было — направился на аэродром.

Даже по сравнению с Байдуном, Чата выглядела дикой и затерянной. С воздуха видно было, какой это маленький поселок, какая непролазная глушь вокруг него и какие громады-горы окружают его.

Олег смотрел в круглое окошко. Совсем близко за бортом висело неподвижное колесо шасси. Навстречу стремительно падала посадочная полоса, обозначенная по краям белыми флажками. Несколько человек толпилось у закраины летного поля. Савотову не верилось, что там среди них может находиться Полесова.

На Олега никто не обратил внимания. Сразу начали выгружать ящики с консервами, перетаскивать на склад. Все одеты почти одинаково: в энцефалитки, телогрейки, сапоги или грубые рабочие ботинки. Олег в своих туфельках и легком плаще почувствовал себя чужаком. На него поглядывали, но особого любопытства никто не проявлял — прилетел так прилетел, стало быть, нужно.

В складе каждый ящик должен стоять на своем месте. Где именно, известно одному человеку: командный голос слышен из склада.

— Это туда, налево ставь. Вниз, вниз. Ящики, на которых рюмочки нарисованы, сюда, на среднюю полку — это приборы.

Олег заглянул в открытую дверь и узнал Тухлебова. Тяжелая фигура завхоза была необыкновенно подвижной. Защитные штаны так плотно обтягивали его сзади, что делалось боязно за их целость. Увидав Савотова, Игорь Святозарович широко и радостно улыбнулся. Через гору наваленных на полу спальных мешков шагнул навстречу Олегу и подал руку.

— Приветствую. Извини. Занят. Минутку подожди.

Олег поставил чемодан.

Вертолет снова загудел и, махая лопастями, покатился к центру поля. Ветер, поднятый винтами, залетал в склад.

Гул удалился, слышно стало приглушенный рокот реки. Рабочие перетаскали ящики. Игорь Святозарович с Олегом остались одни. Выяснилось, правда, что Тухлебов запомнил только лицо Савотова, а кто он, забыл, принял его за нового геолога.

— Я журналист, — напомнил Олег и взялся за свой чемодан.

— Э-э, куда же вы? Думаете, я встречаю одних геологов. Ко мне, ко мне в гости. Или вы еще кого-нибудь знаете здесь?

— Кроме вас и Полесовой, никого.

— Вот и отлично. Идемте в мою халупу. Зоя Анатольевна позавчера ушла со своим отрядом в горы.

— Далеко? — спросил Олег разочарованно.

— Километров тридцать.

— М-да, — неопределенно произнес Олег. Он не представлял, много это или мало: километры здесь имели свою меру.

— Я приехал не в поселке сидеть. Хочу побывать в отрядах.

— Самое милое дело, — охотно поддержал Тухлебов. — Здесь на базе одну только возню с тряпками да с бумагами увидите. Геологи — там, — показал он в сторону гор. — Завтра к Полесовой пойдет каюр Николаев, повезет продукты. Для вас самое подходящее дело.

Тухлебов запер склад.

— Идемте ко мне.

В пустой комнате стояли две раскладушки с раскинутыми вдоль них спальными мешками, железная печка, алюминиевый чайник, коричневый от накипевшего на нем пролитого кофе; на окне сковорода с присохшей тушенкой и эмалированные кружки. Бревенчатые стены золотились от натеков смолы. За окном коричневыми и синими глыбами стояли горы. Олег все никак не мог привыкнуть, что горы здесь всюду, и с радостным удивлением смотрел на них. Вечерний свет наполнял комнату.

— Я в бухгалтерию, — сказал Игорь Святозарович. — Располагайся на любой кровати. Небось, с дороги устал.

Олег остался один, окруженный прозрачным светом и тишиной. Он вдруг почувствовал, что в самом деле необыкновенно устал за этот суматошный и неправдоподобно длинный день — в Байдун самолет вылетал в четыре утра.

Снял полуботинки и лег на раскладушку.

— Журналист, собирается писать о геологах, — сквозь сон услыхал Олег голос Тухлебова.

Открыл глаза: увидел за окном розовый снег — горы, окрашенные закатом, занимали больше половины окна.

В комнате сидел незнакомый геолог, пил чай из кружки. Геолог был в майке, по его груди катились градины пота.

— Журналист, стало быть, — приветствовал он Савотова.

Олег сел. Заметил в углу новую раскладушку и спальный мешок в чехле.

— Это вам, — сказал Тухлебов, — вы на Володиной кровати спали.

— О, черт, как нехорошо получилось — я же в одежде, — смутился Олег.

— Ничего, — успокоил Володя. — Налить чайку погуще?

— Сей миг будет готов ужин, — сказал Тухлебов. Он тоже был в майке, и спина его блестела от пота. Игорь Святозарович стоял у печки, ложкой перемешивал на сковороде макароны. Запах мясной тушенки переполнял комнату.

«Часа два спал», — подумал Олег и удивился, что совсем не выспался. Не хотелось ни есть, ни пить. Если бы он не занимал чужую кровать, упал бы на мешок и снова уснул. Глаза слипались, он протер их кулаками.

— Можно умыться. Вот мыло и полотенце, вода в бачке на крыльце, — предложил Володя.

Солнца не было видно, только заря полыхала над горами. Звенящая тишина стояла вокруг. Вода в бачке была холодная, как из проруби.

Олег умылся и с наслаждением почувствовал прилив бодрости.

Ужин был по-спартански прост, но рассчитан, по крайней мере, на трех геркулесов: ели макароны с тушенкой и пили густой, почти черный чай, бросая в кружки целые глыбы сахара. И все казалось необыкновенно вкусным.

— Когда с базы? — спросил Тухлебов у Володи.

— Да хоть бы завтра к вечеру удалось.

— Стоит ли вечером выходить? Лучше послезавтра чуть свет.