Дмитрий Семёнов – Воины Хаоса наводят порядок (книга I) (страница 59)

– Мне не нравится этот Лепус Ригг, – признался Костик.

– Да! – поддержал его Батлер. – Какой-то он дёрганый, плюгавый и лупоглазый!

– Осторожничает, но чутья на магию у него нет, – констатировала Наумбия. – Когда он подходил, обратила внимание – весь увешан защитными амулетами, но половина из них не заряжены.

– То есть он суеверен? Это мысль! – оживился Кёрт. Через десять минут он предстал перед водянистыми очами усатого Лепуса.

– Мы готовы, – суровым голосом начал он, – но хочу предупредить о важном.

– Собственно? – нервно побарабанил пальцами по рукаву советник.

– Наша команда немногочисленна, потому что, по сути, мы проклятые, – обречённо поведал Олясин. Лепус Ригг нахмурился. – Силкин разве не сообщал? «Воинов Хаоса» так назвали из-за того, что мы чересчур хаотичные. С нами слишком опасно. Постоянно что-нибудь неожиданное случается…

– Например? – промямлил Ригг, машинально приглаживая усы.

– Ну… неожиданное, – объяснил Кэррот, поглядывая куда-то наверх. Внезапно лицо его исказилось. – В сторону! – дико заорал он.

Лепус Ригг шарахнулся от него, сгорбившись. Что-то свистнуло в воздухе, с тяжким чавканьем пало на землю. Побледневший советник вытаращил немигающие глаза. На лугу перед ним, глубоко уйдя в сырой грунт, лежала громоздкая, чёрная от сажи наковальня.

– Вот, – как бы не зная, что ещё тут сказать, всплеснул руками Олясин. На лице службиста читалась ожесточённая внутренняя борьба. Он ощупал защитные амулеты, огляделся и пробормотал:

– Вынужден согласиться! Нельзя рисковать координацией операции… Собственно, отправляйтесь немедленно, я же выдвинусь позже, с егерями.

– Так точно, – с готовностью ответил Кэррот. – Вон, там наши подходят уже. Сейчас же и выйдем на дело, чего время терять!

– Да, да! Так вот, – собрался с мыслями взволнованный Лепус. – На границе вас пустят, у нас оговорено. Оттуда до Йуйля идти три часа. Сбор у восточных ворот. Как дойдёте, свяжитесь с командором Гунтрамом. И помните, господа! Вы отправились туда добровольно, влекомые желанием принести мир, навести порядок и подарить людям Йуйля свободу! От Тарбагании.

На этой возвышенной ноте они и простились. Воины Хаоса, закинув за плечи походные ранцы, двинулись в сторону тарбаганской границы.

– Говорил, что сработает? – Кэррот щерился во весь рот.

– Знал бы ты, сколько сил нам с Наумбией стоило держать эту ковню в воздухе! – хриплым голосом отозвался Констанс.

Коренастый вояка с квадратной челюстью провёл по ним взглядом и хмыкнул.

– Что Охранка тут баламутит? Вторые уже за сегодня, – он вернул бумаги Кэрроту.

– Вторые по очерёдности, но не по мастерству! – назидательно поднял палец тот.

– Цирковому, что ль? – посмеиваясь, спросил долговязый пограничник с армейским арбалетом за спиной.

– В Тарбагании таким клоунам самое место, – хмуро заметил его коллега. – Ступайте, добровольцы… на той стороне вроде тихо. Если драпать обратно будете, кричите заранее, чтобы мы вас не постреляли.

Бойцы в синих мундирах отворили ворота, и Воины Хаоса вышли с пограничной заставы на узкую полоску нейтральной земли. За которой, по давнему заверению стажёра милиции Гондура Кряпина, кончалась цивилизация и начиналась дичь и анархия.

В сотне метров пред ними стоял покосившийся забор из кольев, когда-то очень давно покрашенных в цвета Тарбаганской Лиги – чёрный, зелёный и красный. За забором виднелся приземистый сруб с плоской крышей. К нему примыкала будка с кое-как закреплённым на ней полосатым флагом Тарбагании, перед будкой дорогу перегораживал корявый шлагбаум из гнилых досок. В окрестностях не было ни души.

Слегка недоумевая, они подошли ближе, и тут раздался негромкий голос.

– Э! Вам через границу надо? – с тарбаганским акцентом спросил он. На задней стороне будки отворилась скрипучая дверца, и наружу выбрался молодой человек своеобразного вида. Невысокий, полный, с румяными щёчками, на голове засаленная белая шапка. Одет он был в трико землистого цвета, к плечам которого бельевыми прищепками крепились игральные карты: жеманная дама треф на левом, ехидный валет червей на правом.

– Стильная форма, – отметил Кэррот.

– Что? А… да я это, повар вообще, это так, – целиком зарумянившись, произнёс тарбаганец. Костик наконец опознал в его головном уборе поварской колпак и уточнил:

– А у вас так всегда на границе?

– Нет, конечно, – совсем смутился парень, отводя глаза. – Я просто в карты продул, а мужики спать пошли после ночного. Сижу вот теперь…

– Бывает, – согласился Изваров. – Нам бы контроль пограничный пройти.

– А, щас сварганю! – парень метнулся в будку и, погремев там канцелярскими принадлежностями, вернулся с большой деревянной печатью. Поплевал на синюю краску, веером прижал бумаги Воинов Хаоса к обшарпанной стене и лихо проштамповал.

– До вас утром человек двадцать прошло, я уже навострился! – горделиво объявил он. Батлер с сомнением осмотрел синий прямоугольник с надписью «Штамп»:

– И это всё?

– Вроде бы. Доброго пути! Только в Йуйле опять беспорядки, будьте там осторожны.

– Спасибо, мы постараемся, – вежливо кивнула ему Наумбия Шноррел. Они прошли в глубину Тарбагании ещё пару десятков шагов, как повар окликнул их:

– Э, в картишки раскинуть не желаете? А то скучно сейчас…

– На обратном пути – с удовольствием! – помахал ему рукой Кэррот.

Разъезженный тракт вёл их дальше на запад. Изгибаясь дугой, дорога ползла по низине; кое-где из-под грязи проступала раскисшая древняя гать. Пару раз они перешли небольшие ручьи по широким мостам из брёвен. Слева, за бескрайними зарослями выцветших за зиму камышей, к горизонту тянулось озеро Лимно. На его стальной глади виднелись скорлупки рыбацких лодок. Справа дол поднимался к замершим на горизонте Крульским горам, тысячелетия назад сточенным наступлением ледника. Над всем этим висело плотное покрывало слоистых облаков, слабо светящихся изнутри. Встречный ветер был тёплым.

Впереди на холмах темнел лес, и дорога вела Воинов Хаоса прямо к нему.

– Вот где вся контрабанда идёт – через этот тростник! – разглагольствовал на ходу Олясин, которому за последние двадцать минут надоело молчать. – На заставе слыхал, будто воду они патрулируют, но тут целого флота не хватит, плыви не хочу!

– Может, поэтому ваши хотят этот город присоединить, – предположил хозяйственный гном. – Враз граница спрямится… О! Слыхал? Я стихами заговорил!

– Ведь была здесь… – рассуждала идущая за ними Фириэль. – Иль нет… Какой век то был? Знакомое чудится…

Кэррот прислушался к оживлённому диалогу Костика и Наумбии. Не видевшись пару недель, они успели соскучиться и теперь наслаждались общением; впрочем, их разговоры Олясину были неинтересны, потому что речь шла о книгах. В наследной волшебнице Изваров обрёл идеальную собеседницу для обсуждения прочитанного, и всю зиму в национальном парке Чебухтуй они только и делали, что горбились над потрёпанными гримуарами да зловещими инкунабулами. Но ладно профессиональная магическая литература; с какой страстью они относились к художественной!

Констанс безудержно любил чтение и ещё будучи стажёром милиции в перерывах между дежурствами прочёл уйму разной беллетристики. Назубок знал прославленную «Жестокую галактику», от корки до корки прочитал эпос о похождениях грозной воительницы Дарьи Нифферштайн и её многочисленных отпрысков. С головой погружался в преисполненный социальной философии «Пикник озабоченных». Вчитывался в культовую «Повесть о хлебе» Эльфанта Грина, «Самогонию» Парамона Вишневского, «Безумные арабески» Алика Хазредова, «Чонк» восточного мудреца Си Чжуандра и, конечно, «Сопливые мямли» Фурия Выгоняя. А вчера, томясь духом в казарме пограничной заставы, Констанс завершил чтение четвёртой части восемнадцатого тома «Победы мага над ещё более сильными древними богами драконов тьмы» Кика Полумова и теперь пылко делился впечатлениями. Наумбия, в свою очередь, настоятельно рекомендовала ему ознакомиться с двенадцатью томами разъяснений к написанному, недавно отпечатанными в столичной типографии. Говорят, по прочтении этих книг изложенная в основной серии история начинала играть совсем новыми красками.

Кёрт Олясин пытался отвлечь их своим наблюдением: они шли уже час, а в дороге никто им не встретился. Ни подвод, ни отрядов, ни отдельных путников. Край был пуст, не считая рыбаков на горизонте.

– Может, дороги закрыты… гости и жители Йуйля решают судьбу своего города, – невпопад отозвался Изваров, возвращаясь к обсуждению торжественного момента, когда Безликий Герой невероятным усилием извлекает из Провала Изнанки могущественный Оловянный Меч.

– Кэррот, я тут подумал, – ворчливым тоном завёл Батлер Броки. – Мне шлем нужен. Вы-то дылды все, и беречь вам особенно нечего… а я ниже вас ростом, меня всяк норовит шваркнуть чем-нибудь по макухе!

– Нужен – взял бы да приобрёл, – утомлённо ответил Олясин.

– У меня закончились деньги! Как ты не понимаешь! Я всегда отдаю карточные долги, всё ушло, а шлем нужен для дела…

– Вот обратно пойдём, на границе останешься с поваром пульки расписывать. Шлем себе из кастрюли сам сделаешь! Если карта, конечно, попрёт…

Батлер вовсю брызгал негодованием, когда его мягко прервал Гудж.

– Кто живёт в этом городе? – серьёзно спросил Кёрта он.

– Ну… какие-нибудь горожане. Йуйльцы, йуйльчане…