Дмитрий Самышев – Наброски для продолжения и расширения le petit (страница 4)
– Петр Аркадьевич проверил на собственной шкуре, точнее голове, китайскую систему рукопашного боя.
Лермонтов
– У нас хорошие новости: есть плов на баране и компот из сухофруктов.
Султанов
– Так вели подавать!
Лермонтов
– Молодой Саникидзе уже греет на кухне, Ваше Благородие!
Султанов, глядя на Малыша.
– А тебе сколько годков?
Малыш
– Семнадцать.
Султанов
– И-иии, с юнцом размером с цыпленка справиться не смог!
Дорохов
– А я тебя предупреждал! Намекал: не суйся в воду, не зная броду!
Султанов
– Что уж говорить! Сам виноват!
Лермонтов
– Петр Аркадьевич! Как же это произошло?
Султанов
– Да-аааа! Бес попутал! Да подумал разыграть Вы меня решили. Ну, думаю, щас как схвачу Малыша вашего за хвост, прямо так и схватился было, а он фьють…
Дорохов не сдержался, засмеялся и все тоже. Сквозь смех говорит, а смех душит.
– С-хва-аа-тиил-сяяя с у-уугл-ооомм.
Малыш
– Эх, лед бы приложить!
В это время дверь открылась. Заходит Саникидзе, оглядывает всю компанию и спрашивает.
– Плов подавать?
Лермонтов
– У нас лед есть?
Саникидзе
– Всегда держим по Вашему указанию на случай барышень шампанского!
(в сторону тихо)
-Только что-то ни одной не было…
Лермонтов
– Так неси скорей! Не видишь: человека спасать надо, лоб себе расшиб!
Опять смех. Султанов тоже.
Саникидзе убегает.
Султанов сквозь смех со слезами.
– Миш! Да не надо! Загонял парня.
Лермонтов подходит. Отодвигает руки Малыша с кружкой. Смотрит на огромную шишку.
– Вот это шишка! Да тебя, Аркадьич, сам бог велел за Шамилем послать! Это ж с какой силой надо было броситься!
Опять всеобщий приступ смеха.
Султанов
– Миша, кончай шутить! Живот болит!
Прибегает Саникидзе. Лермонтов берет большой кусок льда. Аккуратно прикладывает к шишке Петра Аркадьевича, тот театрально постанывает.
Лермонтов
– А пойдемте на кухню! Каждый наложит себе сколько захочет!
Султанов
– Я за!
Дорохов
– Малыш, не против?
Малыш
– Только за!
Идут на кухню. Санкидзе тащит кадку с компотом.
Лермонтов
– Христофор! Себе тоже бери!
Саникидзе
– Благодарствуй, барин!
Лермонтов
– Сколько раз просил не называть меня барином!
Саникидзе открыл крышку казана и раздает тарелки с вилками. Достает укрытый в полотенце каравай.
– Хорошо, Михал Юрьич, каравай ломать будете или порезать?
Все уже едят и кивают головами – мол, ломать. Черпают из кадки деревянным ковшом и наливают в деревянные кружки компот. Запивают и хвалят плов, компот, хлеб.
Лермонтов
– А пирожные какие делает – объеденье!