Дмитрий Самышев – Наброски для продолжения и расширения le petit (страница 6)
– Мы с Петром Аркадьевичем люди простые – нам одного раза хватило!
Петр Аркадьевич крякнул подтверждающим звуком.
Дорохов продолжил
– А вот ты, Миша, прости Господи, еще та болтушка!
Лермонтов встает из-за стола, все напрягаются, но он резко двигается к двери, на пороге которой нарисовался щегольски одетый мужчина.
Лермонтов
– Гриша! А я ума не приложу, кто бы это мог быть! Да еще с секретным делом!
Мужчина не замечает Малыша, вставшего в темный угол.
– Миша, дружище! Я смотрю, вся компания в сборе!
Лермонтов
– Какими судьбами? Я думал. друг Гагарин, ты останешься на строительстве картины свои рисовать!
Гагарин
– Да понимаешь, какое дело, Граббе рассказал Головину, что Ермолов передал с тобой весточку и послал за ней к тебе Петра Аркадьевича. Ну, и учитывая то, что он больше писем не пишет, просил передать ему ее содержание.
Лермонтов
– Дружба дружбой, Гриш! Прости! Но я дал слово Алексей Петровичу передать послание только Граббе или его специально доверенным по этому делу людям.
Гагарин
– И что прикажешь мне делать?
Лермонтов
– Так заодно и сопроводишь Петра Аркадьевича до Ставрополя! Ты же наверняка не один, с сопровождающими.
Гагарин
– Вот жизнь! Думал, хоть пару денечков отдохнуть, мамзелей Верзилиных порисовать…
Достает из походного планшета блокнот, раскрывает его и показывает набросок.
Гагарин
– Вот только что твоего парнишку Христофора набросал! У тебя как? Пишется? Стихи , проза?
Лермонтов
– Очень похож! Да нет, танцы да гулянья. Максимум – эпиграммы!
Гагарин
– Ну, спасибо хоть накормили -плов отменный!
Обращается к Султанову.
– Ну что, Петр Аркадьевич, время не ждет! Надо выдвигаться!
Султанов
– Надо так надо…
Прощаются.
Гагарин
– Свидимся еще, Михаил Юрьевич, Руфин Иванович! Не провожайте – страсть как проводов не люблю!
Султанов ворчливо.
– Куда денемся. Свидимся, конечно.
Выходят из дома.
Малыш
– Кажется, Михаил Юрьевич, ты понял свою задачу?
Лемонтов
– Да, понял! Как сказала Столыпину Марья Ивановна – тише воды, ниже травы…
Малыш
– У меня слух натренированный! Помню, она ответила – смотрите у меня!
А если серьезно, то подчиниться цели не так просто – привычки подвести могут! Посмотрим на Ваше поведение на сегодняшнем вечере…
Лермонтов
– Наверное, Вы-то обучены тому, как от них избавляться!
Малыш
– Очень просто – займитесь выслеживанием самого себя! Поставьте для себя задачу работать над словом, не только печатным, но и устным. Так сказать, займитесь настройкой своего главного инструмента с точки зрения осуществления нашего плана!
Дорохов
– Слушай, Миша, слушай, глядишь, на дипломатическую работу возьмут!
Малыш (с иронией)
– Так я и готовлю посланника турецкого султана!
Лермонтов
– А давайте уже сегодня начнем вживаться в роли! Я в турка наряжусь, у Малыша и так костюм восточного стражника, а тебя, Руфин Иванович, в слугу нарядим, как идея?
Малыш
– С одним условием, Михаил Юрьевич!
Лермонтов
Каким?
Малыш (саркастическим тоном)
– Вы будете самым простым, добрым, ласковым турком, султаном по виду, а не по нраву. Читающим женщинам стихи из 1000 и 1 ночи, восхваляющие их достоинства. Отныне Ваша роль душки – дамского угодника, покорного ихней воли – даже робкого! Теперь Вы будете на танцах стоять в сторонке – танцевать, только если они сами соизволят, еще вином не увлекающимся, что называется совсем. Шаржи в любом виде, как в художественном, так и словесном, под запретом. Будут просить, провоцировать, говорите: я сегодня турок, а не сочинитель!
Лермонтов
– Слушаю и повинуюсь!
Дорохов
– Чудеса!