Дмитрий Самохин – Поймать молнию (страница 42)
– Я подумаю об этом. Если решу сменить управляющего своим поместьем, то обязательно свяжусь с вами.
– Договорились, господин Пастораль. Тогда удачного вам дня и хорошего настроения, – пожелал Вольф Сириус и разорвал соединение.
«Для целой картинки не хватало лишь визита храмовников. Тогда будет полный комплект», – раздраженно подумал Игнац Пастораль.
– Подготовьте мне машину, Карл. Мы едем в академию.
– Будет исполнено, – сказал Ирбис и вышел из кабинета.
Одно дело – сидеть в оппозиции, критиковать правительство, но ни за что не отвечать, всегда знать, что и как правильно делать, подвергать все резкой критике, рассуждать, как надо правильно руководить и где допущены ошибки…. И совсем другое – самому за все отвечать, самому разрабатывать правильные методики управления. И ведь всегда найдутся те, кто будет его критиковать, кто скажет, что он все делает неправильно и во вред стране, кто встанет к нему в оппозицию. Этот процесс вечен, как и сама природа. Нужна ли ему эта головная боль?
Игнац Пастораль выбрал из списка контактов имя Антона Марвина, руководителя проекта «Дети Дракона», и нажал кнопку вызова.
– Все готово для проведения испытаний на Боровере? – задал он самый главный вопрос.
Глава 2
«Дети Дракона»
Полигоном это местечко можно было назвать с большой натяжкой. Оно не было предназначено для проведения каких-либо испытаний или учебных поединков, которые здесь регулярно проводились среди меченых. Маленький городок на полторы тысячи жителей под названием Боровер находился на противоположной стороне планеты. Здесь занимались разведением скота и сельским хозяйством, работали заводы и фабрики. Люди трудились от звонка и до звонка, не подозревая о другой, яркой, неоновой жизни, присущей столице. Именно поэтому Игнац Пастораль выбрал это место для тренировочной базы «Меченых лиц». Он выкупил один из производственных комплексов завода «Бороверский металлург» и перестроил его под свои нужды. Вокруг вырос серьезный охранный периметр с контрольно-пропускным пунктом, где постоянно дежурили до зубов вооруженные солдаты из числа меченых. Местные жители ворчали, что город захватила оружейная корпорация и скоро они все взлетят на воздух, потому что за высоким бетонным забором с колючей проволокой производят испытания нового сверхмощного оружия.
Когда Игнацу Пасторалю пересказали эти слухи, он усмехнулся. Наивные провинциалы, у них не хватало воображения представить истинное положение дел. Все, на что они способны, – пугать друг друга чудо-оружием, которое рано или поздно выйдет из-под контроля и разнесет все вокруг.
Сегодня на полигоне Боровер должны были пройти полевые испытания первой партии «Детей Дракона». Двенадцать выращенных искусственно бойцов сойдутся в битве с мечеными и покажут, на что способны.
Накануне вечером позвонил Антон Марвин и сообщил, что к испытаниям все готово. Бойцы направлены на полигон в сопровождении группы научных сотрудников и двух отрядов охраны из меченых. Рано утром Игнац Пастораль в сопровождении Карла Ирбиса и шести телохранителей вылетел в сторону Боровера. Спустя два часа они прибыли на место. Личный неболет Пастораля плавно опустился на площадку, находящуюся на территории завода, двери открылись, на улицу скользнули вооруженные меченые и рассредоточились вокруг аппарата, обеспечивая безопасность хозяину.
Игнац Пастораль выбрался из флаера и направился навстречу Антону Марвину, который стоял в окружении трех незнакомых мужчин в белых халатах и десятка солдат из числа меченых.
– Приветствую вас, господин Пастораль, – первым поздоровался Марвин.
– И я рад вас видеть, Антон Степанович. Как хорошо, что этот день настал. Ведите меня поскорее. Я хочу все видеть своими глазами.
Марвин поклонился и направился к воротам, ведущим в бывший металлургический цех, а ныне тренировочную площадку, которую называли «гладиаторской ареной». Здесь тренировались меченые и проходили испытания. Здесь они проливали пот и кровь. Многие закончили здесь свои жалкие жизни, так и не справившись с нагрузками. Жалкие человеческие отбросы, мусор, которого на каждой планете сотни тысяч. Пастораль никогда не будет испытывать дефицита в солдатах, главное – вовремя плати деньги, чтобы эти продажные шкуры не повернули свое оружие против тебя.
Антон Марвин провел высокого гостя в почетную ложу, специально для него оборудованную. Мягкие, удобные кресла, стол с напитками и закусками, два экрана на стене, на которые выводилась крупным планом картинка с гладиаторской арены. Сама же арена располагалась прямо под ложей. Большое поле с бетонным полом, заваленное отходами заводского производства.
– Можете начинать, – распорядился Пастораль.
Антон Марвин отдал соответствующее распоряжение по рации, и в противоположных концах арены открылись ворота. На полигон вышли бойцы, которым предстояло показать сегодня все, чему они обучены и на что способны. Три десятка меченых против двенадцати драконидов. Силы явно неравны, но и уровень противников разный.
Игнац Пастораль впился хищным взглядом в появившихся на полигоне драконидов. Двенадцать человек, по виду самые настоящие уголовники, по которым плачут урановые рудники. Отъявленные головорезы, которых на улицах Модены не пропустил бы ни один полицейский патруль.
Вооруженные шпагами и ножами, цепями и молотами, они оказались против краснолицых, довольных жизнью солдат. Меченые смотрели на драконидов нагло, вызывающе. Они привыкли к сражениям с человеческим отребьем. Вот и сейчас не считали людей на другом конце поля серьезным противником. Они были уверены в своей победе настолько, что уже видели себя за праздничным столом за кувшином молодого вина. Переговаривались между собой, обсуждая, что и как будут делать вечером, строили планы на будущее.
Наивные, глупые людишки. Если все пойдет так, как задумал Игнац Пастораль, то никто из них не уйдет с этого полигона живым. Они всего лишь статисты, расходный материал, корм для его цепных псов, для его молодых драконидов.
Игнац Пастораль в нетерпении подался вперед. И в этот момент все началось. Меченым надоело стоять без дела. Они рассыпались по полигону в разные стороны и стали окружать застывших неподвижно драконидов.
– Обратите внимание, господин Пастораль, в первой партии я хотел бы особо выделить вот эту шестерку.
Антон Марвин показал на экран, на котором появились шесть портретов драконидов.
– Мы не даем имена своим подопечным. Только прозвища и кодовые номера. Итак, представляю вам Пса.
На экране показался огромный мужчина, обнаженный по пояс, покрытый густой шерстью. Даже лицо его заросло, только череп сверкал голой кожей.
– Свирепый человек. На симуляторах он показал наивысшие результаты.
Да, этот Пес впечатлял. Не человек, а зверь. Он был одет в простые полотняные штаны черного цвета, подпоясанные веревкой, ноги босые. Он не мог спокойно стоять на месте, раскачивался из стороны в сторону, словно танцевал.
– Второй драконид. Мы называем его Кувалда. Прелесть, а не человек. Обратите внимание на его руки.
Игнац Пастораль тут же посмотрел, куда указал Марвин. Большой человек в джинсовых штанах и куртке с засученными рукавами, хищное квадратное небритое лицо, маленькие булавочные глазки и руки, страшные руки. Он не имел пальцев. Вместо них раздутые кисти – бойки, покрытые, словно коростой, панцирем.
– Очень опасный человек. Способен руками пробивать бетонные стены.
– А что вы сделали с его пальцами? – спросил Игнац Пастораль.
– Они мешали, – коротко ответил Антон Марвин.
На экране укрупнилось новое лицо. Интеллигентного вида молодой человек в костюме и очках с насмешливым взглядом. Нахальный тип. На шее – толстая стальная цепь.
– Мы зовем его Интеллигент. Прозвище, согласитесь, напрашивается само. Он превосходно владеет шпагой и словом. Еще двое. Одного мы зовем Змей. Очень скользкий тип.
На экране появился худой высокий человек в белых легких штанах и футболке, из-под которой выглядывали мускулистые руки, покрытые татуировками с изображениями змей. У него было абсолютно незапоминающееся, простое лицо, словно и нет его вовсе.
– Другого зовем Альбинос. Но тут все понятно без слов. И последний наш фаворит. Мы его зовем просто Мечник. Он в совершенстве сражается двумя мечами. Остальных представлять не буду. Они не обладают такой индивидуальностью.
Марвин умолк, а на арене разгорелась битва.
Только Игнац Пастораль назвал бы это действие по-другому – мясорубка. Уверенные в своей победе меченые бросились на двенадцать уголовников с намерением покончить с ними в четверть часа. И тут же столкнулись с тем, чему не могли найти объяснения. Так волна набегает на песчаный пляж, но разбивается о гранитные скалы, которых не должно быть, но которые появились словно по волшебству. В первые же минуты битвы меченые потеряли пять бойцов, в то время как дракониды не пролили и капли крови на бетонный пол полигона.
Игнац Пастораль внимательно следил за шестеркой, на которую указал Антон Марвин. Занимательные ребята. Их работа заставляла бешено стучать сердце. Неужели его цель так близка, скоро он сможет взять власть в свои руки и раздавит ненавистного ему президента Кречетова и всех его подвывал.
Пес – бешеный нравом, за ним не успевал никто. Трое меченых окружили его и пытались дотянуться до него шпагами, но он ловко уклонялся от любого выпада, в то же время стремительно атакуя. Бросок вперед, прыжок назад. Его лицо преобразилось, это было хорошо видно на большом экране. Челюсть чуть выдвинулась вперед, сверху высунулись два клыка, по форме больше напоминающих кинжалы, которые спустились до подбородка. И хоть звуки не доносились до ложи, но Игнац Пастораль был уверен, что Пес рычал, как настоящий зверь. Клинок в его руках мелькал как сумасшедший, не давая меченым никаких шансов. И вот свершилось. Он прыгнул вперед, выбил шпагу из рук одного бойца, ударил правой рукой в грудь второго, сокрушив грудную клетку, и упал на третьего, раскрыв пасть. Клыки-кинжалы вонзились в шею меченого, вырывая кусок мяса. Кровь брызнула фонтаном, и мертвое тело упало под ноги Псу. Но этого ему было недостаточно. Он схватил несчастного, поднял над головой и с легкостью разорвал, словно это и не человеческое тело, а кусок мягкого хлеба.