Дмитрий Салонин – Почти как в кино (страница 8)
– Ну… давай тогда что-ли на воду ее спускать?
Упершись руками в корму, мы что было сил толкнули лодку. Доски отчаянно затрещали, хрустнули, и «Прогресс» подозрительно легко скатился в воду. Скатился – и тут же накренился на левый борт. Я подошел к кромке берега и заглянул внутрь: лодка быстро наполнялась водой.
– Корыто дырявое! – Эмоционально изрек Алан и сплюнул.
– Мда… проблемка, – задумчиво пробормотал я, оценивая масштабы течи. Собственно, все обозримое пространство внутри «моторки» представляло собой одну большую течь: видимо за годы простоя коррозия полностью «съела» тонкое двухмиллиметровое днище.
– Полное дерьмо, – заключил я. – Слушай, как думаешь, катер сильно от легковушки отличается в плане управления?
– А что? – Хмуро отозвался Константиныч.
– Вон ту хреновину завести сможешь? Белую, с мигалкой?
– Заводят только баб и вшей, – улыбнулся друг. – А технику, тем более такую шикарную – запускают!
Метрах в пятидесяти от медленно уходящего на дно «Прогресса» весело покачивался у причала мощный катер Государственной инспекции по маломерным судам. Я плохо разбираюсь в моделях катеров, но выглядело ГИМСовское судно весьма внушительно, а родная эмблема спасательного ведомства и оранжево-синие полосы на борту приятно радовали глаз. К тому же, у спасателей в катере наверняка куча полезного хлама! Оставив Алана на «шухере», я шустро вбежал по деревянному трапу. На палубе меня ждало разочарование: кто-то уже побывал тут до нас и немного похозяйничал. Крышка ящика с аварийной укладкой сорвана, самой укладки и след простыл. Вокруг ящика разбросана разная служебная документация, окурки и несколько пустых пивных бутылок. Прежних владельцев судна на борту не оказалось.
– Чисто! – Крикнул я. Константиныч поднялся на палубу, хмыкнул при виде пивных бутылок, и скрылся в рубке.
– Не, ну чисто теоретически… щас запустим!.. – Бодро заключил он, высунувшись оттуда с довольной физиономией. – Пять минут, Турецкий!
Я облокотился на поручень и задумался, глядя на спокойное течение могучего Енисея. Отсюда, с лодочной станции казалось, будто в городе ничего не поменялось: те же дома, те же горы вокруг, тот же бесконечный поток машин вдалеке, на Октябрьском мосту. Ясное небо, приятный запах речной воды, кажется даже костерком откуда-то тянет. Красота! Вот только посреди всей этой красоты я, до сегодняшнего дня абсолютно законопослушный и порядочный гражданин, совершенно спокойно угоняю ведомственный катер. Да еще и не один, а с товарищем. Группа лиц, получается. По предварительному сговору. Самое смешное, что никаких угрызений совести по этому криминальному поводу я не испытывал. С того момента, как над городом в первый раз завыли сирены, я вообще не ощущал ничего, кроме странной опустошенности и слишком уж мрачной решимости. Интересно, а что будет, когда ракеты все-таки прилетят? Да и прилетят ли?
– Гусары, приготовиться к отбытию! – Радостно сообщил Алан, и я почувствовал, как под ногами уверенно заурчал мощный двигатель. Катер резко дернулся, но тут же замер.
– Отдать швартовы, етить твою мать! Диман, трос отцепи, уплывем вместе с причалом!..
Опомнившись, я рванул на нос и не без усилий скинул швартовой конец. Катер еще раз дернулся и плавно начал сдавать назад.
В рубке, уверенно держась за штурвал, светился от гордости Алан. На голове у него материализовалась форменная фуражка Государственного инспектора, в зубах дымилась сигарета. ГИМСовское судно под его управлением вальяжно развернулось и, набирая скорость, устремилось в сторону Октябрьского моста.
– Куда путь держим, товарищ капитан? – Весело поинтересовался я.
– Щас дойдем до русла Качи, и попробуем свалить по ней! Понятно, что до моей дачи не дотянем, река там слегка не располагает к судоходству! Но до Емельяново или чуть дальше – не проблема, думаю!..
Твою ж дивизию! А дружище-то у меня не пальцем деланный. В принципе, мне не раз приходилось в этом убеждаться и раньше, но идея с Качей действительно была шикарна. Сейчас начало лета, обычно мелководная речушка заметно поднялась благодаря талым водам, и катер запросто по ней пройдет! Я залез в висевший на стенке рубки планшет с документами, порылся в нем и достал что-то похожее на навигационную карту. Не уверен, что это была именно она, но тут вроде бы и Енисей указан, и Кача, и цифры какие-то непонятные…
– Глянь, может тут что полезное есть?.. – Я протянул другу карту, но тот лишь вяло отмахнулся:
– Инструкции после крушения листать будем! Кстати…
– Чего?
– Тут же вроде мигалка имеется?
– Алан, тебе лет сколько?
– Имеется или нет?
– Ладно, ладно. Наслаждайся моментом.
Я нашел на панели привычный блок сигнального громкоговорящего устройства, точно такой же, как в пожарных машинах, и щелкнул одним из рычажков. Выглянул из рубки, посмотрел на проблесковые огни. Работают. Весело так, задорно. Показал товарищу большой палец, тот удовлетворенно кивнул. Под блоком СГУ размещалась радиостанция. А ведь, наверное, неплохо будет послушать, что творится в эфире? Я отцепил тангенту и повернул вправо регулятор громкости. Радиостанция тихо зашипела, но на частоте ГИМСа царило гробовое молчание. Может у пожарных поинтересней? Вбив знакомую частоту, я тут же услышал интенсивный радиообмен, и по спине пробежал неприятный холодок.
Очень странные дела творились сейчас в эфире. Еще ни разу, никто и никогда не возвращал технику и личный состав в подразделения прямо с пожара. Это противоречило не только всем существующим инструкциям, но и просто здравому смыслу. Логика подсказывала, что раз кто-то из руководства решился на такой серьезный шаг – грядет полный абзац.
– Муть какая-то, Диман, – недоуменно прокричал Алан. – Это они сейчас что, на пожар забили и машины в части отправили?
– Похоже на то! Поворот не пролюби, вон мост уже!
Заложив крутую дугу, катер свернул вправо перед Виноградовским пешеходным мостом и оказался в русле Качи. Воды в реке действительно прибавилось, ее уровень доходил почти до кованных ограждений набережной. За окнами пролетел Дворец Пионеров, а вдоль реки, по улице Качинской, тянулась вереница эвакуационных автобусов.
– Держись, Диман, ускоряемся! – Сообщил Алан, и я поспешно вцепился в первый попавшийся поручень.
Двигатель взревел на полную мощность, и ГИМСовский катер, как ошпаренный, рванул по реке. Вдали показалась недавно отстроенная многоуровневая развязка на улице Брянской. Еще немного… еще совсем чуть-чуть, и мы свалим! Только бы техника не подвела!..
Глава 5
Савельев и Алан,
пгт. Емельяново,
15 июня, понедельник, 11:10.
– Все! Приплыли, блин!.. – Алан с досадой стукнул кулаком по приборной панели. Двигатель несколько раз чихнул, утробно взревел на прощание, и заглох. Катер медленно дрейфовал вдоль берега, заросшего кустарником и мелкими деревьями, за которыми виднелись частные дома. Скованный пробками город остался позади, но не так далеко, как хотелось бы.
– Добро пожаловать в Емельяново, – я вышел на палубу и осмотрелся. В районе поселка река сильно мельчала, а дальше, насколько мне было известно, вообще становилась непригодной для какого-либо судоходства. Нужно было срочно искать место для схода на берег. В подтверждение моих мыслей, по дну катера что-то грохнуло.
– Константиныч, давай-ка к берегу попробуем подрулить. Дальше совсем мелко будет! – крикнул я в рубку. Ничего не ответив, Алан налег на штурвал. Катер немного повел носом в сторону, но из-за встречного течения скорость быстро падала. Еще немного – и нас начнет сносить обратно.
– Да не идет она, Диман!.. Хотя…, – Алан резко крутанул штурвал вправо, корма же наоборот поползла влево, нацелившись прямо на небольшой стихийный пляж, усеянный продуктами жизнедеятельности отдыхающих. А ведь точно! Ну Константиныч, ну мозг!..
– Нормально, нормально! Еще крутани, до упора! – Координировал я действия товарища. – Вообще хорошо идем… у тебя по физике пятерка, что ли, была?..