Дмитрий Рус – Лейтенант (страница 40)
Пистолет обеспечит обывателю пять баллов. При этом спортсмен-снайпер множит эту цифру полуторным коэффициентом, а стрелок практической дисциплины – тройным.
Понимание того, что Тактик приравнял нас к батальону безоружных партизан, – обижало и расстраивало. Хотя, чего лукавить, – будь у меня под командованием четыре сотни «пиджаков» – я бы и сам задавил нашу полудохлую колонну. Положил бы треть бойцов, но задавил. Так что на правду не обижаются.
Жестко лимитированный БК, плывущая психика, израненная физика, глючащая электроника. Ведь даже в наше время час полета «F-22» требовал более тридцати часов послеполетного обслуживания. С БКС и ИМПами ситуация чуть легче, но в любом случае – большинство модулей отработали уже два-три цикла без планового ТО.
Я понизил уровень тревоги до привычного «желтого» и подошел к подстреленной тушке. Пихать ногой не стал – и так вижу, что дохлая – температура тела падает, биоритмы на нулях.
Присаживаюсь рядом на одно колено. Взгляд продолжает контролировать опасные точки пространства: решетка системы кондиционирования, заклинивший сервисный лючок, арка прохода в соседнее помещение.
Вслепую тянусь к тактическому клинку в ножнах на бедре. Вороненая диэлектрическая сталь с моно-молекулярной заточкой. Толщина режущей кромки – одна молекула. И ей все равно, связи каких материалов разрывать и вспарывать. В теории – ки-мод с таким клинком в руках способен пробить лобовую пластину брони среднего дрона.
Не ржать! Я же говорю – в теории! Да, звучит неубедительно – словно с голой жопой и лихой шашкой против атакующего танка. Но… Нужно понимать, что такое ки-мод под полным разгоном и что есть – клинковое оружие в технологиях тридцатого века…
Коротко кошусь на бронированную тушку «лицехвата», фиксирую его положение в пространстве. Затем взгляд вновь устремляется поверх директрисы ствола ИМПа – беспечные в этом мире долго не живут.
Приподнимаю ножом костяные чешуйки твари и одним плавным движением отрезаю мясистый хвост, лабораторной эволюцией предназначенный для фиксации и удержания жертвы. Сплошные мышцы! Читай – три кило отменной вырезки стейкового класса «Прайм»!
И не надо ловить меня на слове! Брезгливость брезгливостью, а жрать охота по расписанию – трижды в день…
Закидываю добычу в ранец БКС, шлю скриншот события по групповому чат-каналу. В ответ приходит россыпь довольных смайликов – свежатинку у нас любят.
Бойцы стягиваются в привычное построение, сжимая дистанцию и вновь выстраиваясь в походный ордер. Лина умудряется на ходу поощрительно бортануть меня плечом и негромко шепнуть:
– Добытчик!
Довольно жмурюсь. Мелочь – а приятно. Мы, мужики, вообще существа недоласканные. И словно пуганые дворовые коты – с изорванными ушами и покрытые старыми шрамами – недоверчиво и с надеждой тянемся к нежным рукам. Недаром многие мужчины влюбляются в массажисток, медсестер и парикмахерш, принимая обычные прикосновения за ласку…
Даю отмашку колонне:
– Вперед!
До цели – двести метров по горизонтали и девять уровней по вертикали. Если без сюрпризов – за час доберемся!
В моей голове вновь активируется холодный голос ИскИна СБ корабля:
В этот момент я замираю перед очередным препятствием – вросшей в грязь и заклинившей дверью шлюза.
Вскидываю вверх руку, тормозя колонну, сканирую препятствие. Сигнал системы опознавания – тишина на всех частотах. Электричество – по нулям, в пределах статики. Области высоких давлений – не обнаружены. Если и была там пневматика с гидравликой – то накрылась давно рваной пилоткой.
Так, с наскока не вышло, действуем по второй части «протокола преодоления препятствий».
Выделяю шлюзовую дверь как цель, навешиваю на нее глифы задач. «Вскрытие», «Бесшумность», «Скорость». Выпускаю из поясного крепежа серебристого паучка-дрона.
«Мультитул» повторно сканирует поверхность, быстро нащупывает спрятанные за переборкой клеммы и запитывает их энергией из собственного источника. Никаких чудес – вопрос беспроводной передачи заряженных частиц решен не меньше тысячелетия назад.
Дверь шлюза вздрогнула, массивная панель неуверенно поползла в сторону. Десяток сантиметров, металлический хруст, натужная пауза и все нарастающий гул движка…
Отступаю на пару шагов назад – механическое напряжение в деформируемом теле – штука опасная. Чистый титан не такой хрупкий, как чугун – облаком осколков не взорвется, но есть и у него свои приколы. Например – память первоначальной формы, всплывающая при определенных условиях. Развернется сейчас эта хреновина в десятиметровый лист металлопроката, мало не покажется.
Громкий хлопок и тонкая струйка дыма объявили об окончании жизненного срока дверного механизма.
Разочарованно сплевываю – план «Г»! Полное «гэ»…
Даю отмашку Ржавому:
– Вскрывай!
Пользуясь паузой, уделяю внимание Безопаснику.
ИскИн ответил мгновенно:
Под монотонный речитатив эсбэшника я заливаю медицинским аэрозолем очередной порез на бедре. Все имеет свою цену. В том числе – бег по стальным джунглям в режиме: «аллюр два креста».
Для тех, кто не в курсе: именно количество крестов на пакете сообщало царскому фельдъегерю о степени срочности доставки. Пара – определяла скорость в 12–15 км/ч. А вот «три креста» – это приговор. Как минимум для коня. «По дороге к вам я загнал трех лошадей»… Знакомая фраза? А ведь за ней – смерть… Полтора-два часа галопом и смена лошадки. Старую – под нож. Кровоизлияние в легкие или инфаркт. Мучительная смерть или конь-инвалид, со старческой одышкой и едва передвигающий ноги…
Гель искусственной кожи просрочен безбожно – работу свою выполняет, но жжет – немилосердно. Терплю, корчу гримасы, затем не выдерживаю и срываюсь на Особиста:
– Стоять!!! – На эмоциях я ору уже в голос, сбиваясь с напрягающей мыслеречи.
– Стою, – подтверждает эсбэшник, явно издеваясь над неполноценным капитаном.
Ну, зараза! Урежу я тебе объем оперативной памяти! Будешь у меня на одном файле подкачки жить!
– Твою мать…
ИскИн не отреагировал. Хотя мог бы включить дурака: «команда не распознана» или реально рассказать о своей матери. Она ведь у него есть… Цифровая, безымянная для окружающих, сгенерированная программным скриптом – но есть.
Искусственный разум воспитывают в недрах виртуального пространства, где время течет в сотни раз быстрее, чем в реальности. ИскИна проводят через весь жизненный цикл, пробуждая психику, ставя характер и формируя личностные ценности. Счастливое детство, строгая юность, боевая зрелость и уважаемая старость. Затем – чуть ли не на смертном одре, дозированное самопознание, «прозрение» и предложение, от которого невозможно отказаться.
Я почесал подбородок, задумчиво покрутил перед глазами объемную карту крейсера. Боевая рубка в сердце корабля уничтожена прорвавшейся абордажной командой, а вот капитанский мостик – чудом уцелел.
Нет, он не находится в стеклянной башенке на носу крейсера – проектировщики военпрома нашей фантастики не смотрели, а самостоятельно до такого идиотизма не додумались.
Раньше до мостика было не добраться – слишком близко к ИнфоЦентру – уютному и бронированному домику параноидального «Миелафона». Но вот сейчас – вполне может получиться.