Дмитрий Рус – Лейтенант (страница 39)
Жидкую линию боевого строя и невысокую плотность огня техносы компенсировали невероятной точностью и запредельной синхронизацией. Первая торпеда, в которую уперлись десятки лазерных лучей и плазменных струй, продержалась с четверть минуты. Скорость, маневр, щиты – все это дарило драгоценные секунды, позволяя торпедной стае углубляться под зонтик ПКО и сближаться с целью.
Подрыв самоликвидатора! Минус одна…
Лазерные спицы смещаются, нащупывая и беря на сопровождение вторую цель. Сверкание щитов, парящий след, срезанные куски обшивки. Торпеда семафорит о критичных повреждениях, сходит с генерального курса и атакует запасную цель.
Все, на этом возможности противоминного калибра техносов иссякли. Остальные торпеды сработали штатно: вошли в скопления инопланетного мусора, где и подорвались, зажигая крохотные звезды, испаряя миллионы тонн металла и некие проценты от мощностей сетевого разума Роя.
Мстить за содеянное было некому – эсминец к тому времени уже сверкал вспышками вторичных взрывов и медленно разваливался на части.
Хотя…
Привычную тишину системы нарушали два шумных борта, назойливо орущих во всех диапазонах.
Вот к ним и рванулись остатки москитного флота Роя. Короткая яростная схватка, череда фигур высшего пилотажа, ослепительные вспышки энергетического оружия…
Три минуты боя, удовлетворительный размен «два на два», и ближний космос вновь окутался уютной тишиной.
Прощай, Макарка… Если тебе повезло – то погиб ты окончательной смертью. Ну а если выжил и вылазишь сейчас с довольной рожей из капсулы воскрешения… То сотри с лица улыбку и бойся! Я приду за тобой! С неудобными вопросами и старым напильником в руках. Ты не поверишь, как много страданий может причинить одна ржавая железка…
Да, я буду выть вместе с тобой! Сжигать свою душу злобой – больно и чревато. Но предательство и удар в спину – должны быть наказаны! Да и мне определенно нужна прививка от излишней доверчивости.
Гибель «Миелафона» подтвердил ИскИн Особого отдела. Избавившись от вышестоящего разума, он первым делом сменил себе личностную матрицу. Вместо чувственного, с придыханием, женского голоса, на свет появился новый образ – мужской баритон, – холодный, безэмоциональный, профессионально отстраненный.
Вот реально – я даже не хочу задумываться, какие отношения связывали эту пару покалеченных временем ИскИнов. Вертикаль власти? Психологическое доминирование? Кристаллические чувства?
Да ну его к черту… Своих забот по самые брови!
Медкапсула! Нам срочно нужна капсула! И я ведь без мажорских претензий – не требую наворотов планетарного масштаба. Дорогущую «Длань Асклепия Мк.7» – оставьте для Новой Рублевки, если, конечно, она существует в мире будущего. Мне же хватит простейшего кевларового гроба-эвакуатора – расходного «юнита поля боя»! Стабилизировать состояние раненых и погрузить их в стазис – большего не прошу!
Онемевшие от нагрузки ноги начинает потряхивать судорогами. Закрепленное за моей спиной тело Балтики весит далеко за сотню. Пора меняться… Время трудовых подвигов еще не пришло – не стоит ради неведомых понтов подрывать собственную боеспособность.
Останавливаюсь, поднимаю сжатую в кулак руку. Сиплю пересохшим горлом:
– Смена…
Группа облегченно замирает. Перегруз, ранения, откат фарм-бустеров и волчий темп движения – «сто шагом, сто бегом» – вымотал всех. Ки-моды способны на многое, но у всего есть цена.
Здесь вам не кино – где пистолету не требуется перезарядка, где простреленную руку обвязывают тряпкой и больше не замечают, где десяток врагов лупит по тебе из автоматов и все в молоко – лишь красивые искры рикошетов и звон лопающегося стекла.
Здесь реальность. Не «вирт» голимый, не наркотический сон, а обычная жизнь, со всей ее грязью, кровью и потом.
Хочешь понять, каково нам сейчас? Да легко! Рюкзак на плечи и бегом – в холодную сырую ночь! Не идти! Рысью, салага, рысью! В спальный рабочий район бегом, я сказал! Подвернул ногу? Тугая фиксирующая повязка, норматив – сорок секунд! Три таблетки анальгина и снова в галоп!
Не хрипеть, не закатывать глаза! Смотри вокруг, крути башкой на триста шестьдесят! Вспышка слева! Бум! Ну, а направо кто смотреть будет? Рассадил глупую башку, о неприметный столб? Хватит пластыря. Не ныть! Да, кровит прилично, но это кожа головы плюс адреналин, – всегда хлещет пугающе.
Вперед, ботан! Утри морду ладонью, сплюнь и бегом! Что? Какая полночь? Да мы только начали! Слушай сюда: радиус круга равен семи. Какова его площадь? Не снижать темп – мозг и ноги это разные группы мышц! Хер тебе, а не Интернет! И калькулятор не дам! Что? Около ста пятидесяти? Ну, раз «около», то поздравляю. Твой модуль снабжения «почти» добрался – промахнулся всего на четыре мили и утоп в болоте. Жратвы сегодня не будет!
Не стоять, в галоп! Видишь, вон там – кучка гопоты? В замес, быстро! Вбей их в асфальт! И не сцы, бинта и анальгина взяли по двойной боевой норме: «овер до хрена». Больше сожрешь – меньше нести. И береги мелкие кости – таблеткой сломанные пальцы не лечатся, а у нас еще вся ночь впереди. В бой, салага!
Представил? Вник? Тогда поймешь, каково нам сейчас…
За плечами звонко щелкают магнитные замки – Лина разблокировала крепежные захваты БКС и аккуратно укладывает Балтику на палубу.
Рядом устало присаживается Ник. Зрачки бот-мастера мечутся хаотично и асинхронно. Выглядит это пугающе, но привычно. Внешний эффект от параллельной работы с тремя информационными слоями: реал окружающего мира, дополнительная реальность боевых интерфейсов, виртуальное пространство импланта.
Разум Ника разбит на сегментные потоки: он безостановочно мониторит состояние подруги, управляет двойкой дронов, перемещается в хаосе коридоров и несет часть боевой нагрузки «соединения на марше».
Контролируемая шизофрения. Не зря срок контракта бот-мастеров на десяток лет короче «стандартного-пехотного», а множитель зарплатного коэффициента вызывает зависть у тыловых крыс и недоумение у отдела бухгалтерии…
Ник напяливает на себя сбрую внешней подвески, смахивает со лба испарину и кивает нам с Линой:
– Крепите! – хрипит он пересохшим горлом.
Несмотря на стопроцентную влажность и раздражающую капель с потолка – у всей команды постоянное обезвоживание. Организм работает в запредельном режиме: печень фильтрует фарму и токсины, дыхание учащено на двадцать циклов в минуту, кровь разжижена, сердце тарабанит под сто девяносто. Все это требует чистой «Аш-Два-О» в кошмарных количествах. Влагоуловители фляг не справляются, а пить «подножную нефильтрованную» – откровенно страшно. Поймаешь росток или спору какой-нибудь гадости – будешь потом реветь на очке белугой и гадить шипастыми розами…
Вновь рвемся по коридору. Срисованное мной в астрале скопление душ – все ближе. На всякий случай отвожу дронов в тыловое охранение, а сам выдвигаюсь вперед – на острие куцей колонны.
Ки-модификация позволяет передвигаться как в кино или компьютерной игрушке. Приклад ИМПа прижат к плечу, ствол оружия как продолжение взгляда – хищно шарит в секторе своей ответственности.
Прицельная метка не скачет даже на бегу – имплант стабилизирует оружие в моих руках, гася дрожь и вибрации десятками нервных импульсов.
Двенадцать километров в час. Слишком быстро для рейда по чужой территории и слишком медленно для группы эвакуации раненых.
Под ногами все суше – ледяной ручей на глазах проходит всю эволюционную цепочку.
Окружающая среда все ближе к «условно идеальной», индекс обитаемости уверенно ползет вверх. Фосфоресцирующие растения, бурный синтез кислорода, съедобная органика, комфортная температура. Хм, реально неплохо…
Снижаю скорость бега перед очередным поворотом. Рысящая за спиной колонна дрессированно повторяет маневр, переходя на шаг, увеличивая дистанцию отрыва и давая мне свободу маневра на случай боевой ситуации.
Стрейфую из-за угла. Ствол мечется по открывшемуся помещению, ощупывая пространство по наиболее рациональной траектории.
Опасность!
На рефлексах вбиваю короткую очередь в рванувшуюся ко мне тень. Маркеры целеуказания опаздывают, вспыхивая над уже пораженной целью, словно красочное голографическое надгробие.
Вчитываюсь в текстовку, настороженно хмурюсь. Долю секунды борюсь с собственной жабой, затем перекидываю флажок боепитания на второй магазин и всаживаю в цель контрольную пятерку бронебойных боллов.
Ну да, я – ксенофоб. Еще с детства. Имел неосторожность посмотреть однажды фильм «Чужой» – впечатлился от души. С тех пор брезгливо ненавижу все, что хоть отдаленно напоминает членистоногого «лицехвата».
Кстати, представляю себе зачистку нашего информационного пространства в случае реального контакта с инопланетянами. Не толерантная у нас масскультура. Что фильмы, что книги. К войне с чужаками человечество морально готово! Ярлыки расклеены, мифология создана, информационные и поведенческие закладки успешно внедрены в разум населения.
За моей спиной напряженная тишина – ребята четко отработали протокол «красной» тревоги. Хотя индексы их боеготовности не радуют, а общую мощь нашего подразделения тактический ИскИн оценил в жалкие 384 балла.
Для понимания системы: за условную единицу принят неподготовленный и безоружный человек. Палка в руках даст ему «+1», короткий клинок: «+2». Интуитивно можно понять – чел с ножом равен троим безоружным. Валят они друг друга с равной долей вероятности.