Дмитрий Рой – Последний танец (страница 3)

– Не волнуйся, – добавил он, заметив её напряжение. – Я не работаю на императора. Наоборот, держусь от его людей подальше.

– И почему мне следует тебе верить?

Вместо ответа Северин достал флейту – простую деревянную, потёртую от долгого использования. Поднёс к губам и заиграл тихую мелодию. С первых же нот по коже Искры побежали мурашки. В воздухе похолодало, на траве выступил иней.

Музыка льда. Не разрушительная, как чума, но настоящая.

Искра выхватила кинжал:

– Ты один из них! Из тех, кто насылает чуму!

– Нет. – Северин опустил флейту. Иней на траве тут же растаял. – Я владею музыкой льда, это правда. Но чума – не наша работа. Это извращение истинной магии, как если бы кто-то использовал Огненный Танец для поджогов и убийств.

Искра не убрала оружие, но любопытство взяло верх:

– Откуда у тебя эта сила?

– Оттуда же, откуда у тебя твоя. – Северин грустно улыбнулся. – Мой дед был последним Мастером Ледяной Музыки при дворе. Когда император начал охоту на магических артистов, дед успел научить меня основам. Прежде чем его казнили вместе с огненными танцовщицами.

– Музыкантов льда тоже казнили?

– Всех, кроме одного. – Лицо Северина потемнело. – Лорд-канцлер Морозов, главный советник императора. Говорят, именно он нашёл способ превратить музыку льда в оружие. Именно он создал чуму.

Искра медленно опустила кинжал. История начинала складываться в тревожную картину.

– Ты направляешься в Ледяную Цитадель, – произнесла она. Это был не вопрос.

Северин кивнул:

– Как и ты, полагаю. Кто-то разослал письма всем выжившим носителям старых искусств. Обещал ответы.

– Покажи своё письмо.

Он достал из-за пазухи свёрток, идентичный её собственному. Та же печать со снежинкой и нотой, тот же загадочный текст. Только обращение другое: «Тому, кто играет со льдом».

– Это может быть ловушка, – заметила Искра.

– Возможно. – Северин спрятал письмо. – Но что нам терять? Чума наступает, император охотится за нами, а мы – последние, кто помнит истинные искусства. Если есть хоть малейший шанс остановить безумие…

Он не договорил, но Искра понимала. Они оба были загнаны в угол. Оба потеряли всё из-за страха императора перед магией.

– Почему ты рассказываешь мне это? – спросила она. – Мы только встретились.

– Потому что старые книги говорят: Огонь и Лёд должны танцевать вместе, чтобы поддерживать равновесие мира. – Северин смотрел на неё серьёзно. – Пять лет назад это равновесие нарушили. Результат мы видим – вечная зима наступает с севера, пожирая земли.

Искра вспомнила слова мадам Росарио о партнёре для полного танца. Неужели судьба так явно подбрасывает ей знаки?

– Допустим, я поверю тебе, – медленно произнесла она. – Что ты предлагаешь?

– Путешествовать вместе. Безопаснее и… – он замялся, – может, по дороге сможем вспомнить, как наши искусства работают в паре. Древние танцы и мелодии почти забыты.

Прежде чем Искра успела ответить, откуда-то издалека донёсся вой. Долгий, протяжный, совершенно не похожий на волчий.

– Ледяные гончие, – побледнел Северин. – Императорские ищейки. Они взяли твой след.

– Как быстро они нас найдут?

– К рассвету будут здесь. – Он вскочил на ноги. – Нужно уходить. Сейчас.

Искра не стала спорить. Они быстро собрали вещи и двинулись на север, в глубь леса. Луна выглянула из-за туч, освещая дорогу призрачным светом.

– Ледяные гончие не устают и не сбиваются со следа, – на ходу объяснял Северин. – Творения лорда Морозова. Полуживые твари изо льда и злой воли.

– Можем мы их остановить?

– Ты – возможно. Огонь против льда. Но их обычно шестеро в своре, и за ними всегда следуют всадники.

Они бежали между деревьев, перепрыгивая через корни и камни. Вой раздался снова – ближе. Искра чувствовала, как просыпается огонь внутри, отзываясь на опасность.

Лес внезапно расступился. Они выскочили к обрыву над бурной рекой. Поток мчался далеко внизу, разбиваясь о камни.

– Тупик, – выдохнула Искра.

– Не совсем. – Северин указал на старый верёвочный мост, переброшенный через ущелье. – Но он не выдержит гончих.

План созрел мгновенно.

– Переходи первым, – приказала Искра. – Я задержу их.

– Ты с ума сошла? В одиночку против своры?

– У нас нет выбора. Иди!

Северин хотел возразить, но вой раздался совсем близко. Кусты на опушке леса зашевелились.

– Будь осторожна, – бросил он и побежал к мосту.

Первая гончая выскочила из леса через мгновение. Тварь размером с телёнка, сотканная из голубоватого льда и тумана. Глаза – две ледяные искры, полные голодной злобы. За ней показались остальные.

Искра глубоко вздохнула и начала танцевать.

Это был не целительный танец, как утром. Это был Агни-тандава – танец разрушения, которому бабушка учила её тайком, заставив поклясться использовать только в крайнем случае.

Первое движение – и огонь взвился вокруг неё защитным кольцом. Второе – и пламенные плети хлестнули по земле. Гончие взвыли и отпрянули, но не отступили.

«Они сильнее, чем я думала».

Искра ускорила темп. Огонь становился ярче, жарче. Передняя гончая прыгнула, целя в горло. Искра изогнулась, уходя от атаки, и ударила ладонью в ледяной бок твари. Существо взвизгнуло и рассыпалось талой водой.

Пятеро оставшихся атаковали одновременно.

Танец превратился в смертельную игру. Искра кружилась между ледяными телами, оставляя огненные следы. Ещё одна гончая пала, потом третья. Но силы таяли – утренний танец всё ещё давал о себе знать.

– Искра! – крикнул Северин с середины моста. – Скорее!

Она рискнула оглянуться. На опушке леса появились всадники в чёрных плащах. Десяток, не меньше.

Времени на изящный танец больше не было. Искра собрала весь оставшийся огонь и выпустила его единым потоком. Взрыв отбросил гончих и опалил первые ряды деревьев. Не дожидаясь, пока враги опомнятся, она бросилась к мосту.

Доски скрипели и качались под ногами. Внизу ревела река. Искра не смотрела вниз, сосредоточившись на спине Северина впереди.

Свист рассёк воздух. Арбалетный болт пролетел в дюйме от её головы.

– Пригнись! – заорал Северин.

Новый залп. Болты впивались в доски, рвали верёвки. Мост закачался сильнее.

Они добрались до середины, когда сзади раздался грохот. Искра обернулась – уцелевшие гончие прыгнули на мост, не обращая внимания на приказы всадников.

– Он не выдержит! – крикнул Северин.

Словно в подтверждение его слов, одна из главных верёвок лопнула. Мост накренился.

– Беги!

Они рванули к противоположному берегу. Доски трещали под тяжестью гончих. Ещё одна верёвка не выдержала.

Десять шагов до берега. Пять. Три.