Дмитрий Романов – Церковь Света (страница 10)

– Тогда прошу за мной, уважаемые.

Грациозно скользнув мимо главы рода и откинув занавес в сторону, Гиссе вплыла в главный зал сквозь полумрак короткого коридора. Шесть пар глаз встретили ее, как и полагается, на своих местах. Дилка наигрывала простенькую мелодию, заставляя струны наполнять пространство весельем. Ольте и Вести, подтянув под себя ноги, разместились на диванчике. Асте, призывно улыбаясь входящим гостям, стоит посреди зала, спрятав руки за спину, тем самым подчеркивая объемную грудь. Ланка с Канси лежат на подушках на полу и делают вид, что удивлены гостям, отвлекшим их от игры в кзонг.

Молодцы! Гиссе испытала гордость за своих воспитанниц. Чтобы ни произошло, нельзя подавать видимости, что их вообще волнует хоть что-то за его пределами. Перешагнув порог, каждый должен почувствовать комфорт и радушие ее маленького мирка. Не важно, что гнетет гостя и неважны причины, подтолкнувшие его или ее прийти сюда. Если гость здесь, то ему и только ему рады, готовясь сделать все, чтобы он жил моментом, выбросив из головы тревоги и разочарования неласкового мира. Жаль только, что в обманчиво расслабленных позах девочек так явно просматривается напряжение, а эффект от лучезарных улыбок смазан тревогой, застывшей во взглядах.

Гиссе отшагнула чуть в сторону, давая гостям оценить внутреннее убранство и своих красавиц, в свою очередь привычно оценивая реакцию гостей. В глазах главы рода мелькнула хорошо знакомая похоть самца, что тут же сменилась веселой усмешкой после брошенного на жену взгляда. Дочь вытаращилась, уронив челюсть и буквально впитывала в себя все нюансы обстановки. Мальчик… Этот немного удивил. Ни смущения, свойственного подросткам, ни подавляемых желаний при взгляде на кудесниц телесных утех, одетых в полупрозрачные наряды, предназначенные для интриги и подчеркивания прелестей, но никак не их сокрытия. Любопытство во взгляде и не более того.

– Дом услад Гиссе приветствует гостей из рода Мерех. – она степенно и уверенно отдала должное традициям и сразу перешла к отрывистым командам. – Девочки, внимание! Дилка, следишь за самоходом гостей на заднем дворе у стойла. Встанешь у двери и если кто-то к нему полезет, то во весь голос зовешь наших гостей. Ольте, готовь ванную для уважаемой Амеле. Подготовь все для волос и тела. Асте, ты то же самое, но для юношей. Ланка, вот семь золотых – беги по лавкам и на рынок загляни. Покупай самое лучшее из снеди, сладостей и вина не забудь. Не смотри так – всем говоришь, что не для себя, а для наших гостей и на их деньги. Если отобрать захотят, то сильно не отбивайся. Канси, тебе двенадцать золотом – нужны мантии маговские из тех, что попроще. Огонь, Кулинар, Целитель, Рунник. Сейчас еще Воин придет – прикинь по фигурам на глаз. Зайдешь к портным и в лавку Потсо. Себя береги пуще золота и если заберут, то сразу назад. Вести, ты пока на подхвате. И переоденьтесь, гости не ищут услад.

Оглядев растерянные лица и внутренне вздохнув, повысила голос:

– Живо! – повернувшись к гостям, ладонью указала на лестницу. – Мы можем поговорить в моем кабинете, уважаемые.

Едва заняв свое место во главе вытянутого стола, Гиссе уже готовилась к вежливой беседе с аккуратным прощупыванием собеседников, но сделать этого ей не дали.

– Насколько все плохо?

Спокойный голос главы рода разметал все привычные тактики диалогов, подобно ветру, играющему сухими листьями по осени.

– На сколько все плохо, уважаемый гость? Настолько, что приходится выбирать между смертью от голода, меча или молнии.

Появление этих непонятных, неопрятных, вонючих пробужденных словно прорвало плотину. Гиссе даже не подозревала, насколько соскучилась по простому общению хоть с кем-то, кроме ожидающих от нее чуда девушек. С кем из горожан она в последний раз разговаривала? Даже не так. Кто из горожан за половину зимы хоть что-то с ней обсуждал, кроме грабительских цен на продукты? Тот ублюдок Огневик и вовсе не был заинтересован в диалоге – упивался своими низкими речами! Никто не хотел слушать о ее проблемах и заботах, да и не стала бы она говорить о подобном ни с кем. Кроме, может быть, Ванье, а с этими… Эти определенно не в ладах с Палан, а враг врага и на чужбине друг.

– Шесть сотен золотых – большие деньги. – задумчиво обронил Комед Мерех, но взгляд его стал недобрым. – Дом не купит никто, даже если продать захочешь, а продашь, так далеко уйти не дадут. Двадцать золотых не помогут – все на еду спустишь, а если Светлым платежа не сделать, то на шахтах отрабатывать поставят. Дом за бесценок уйдет, знаем… Города меняются, а ублюдки все так же…

Он осекся и поджав губы, закрыл глаза. В кабинете установилась тишина. Немного кольнуло чувство вины за то, что дала чувствам волю и вывалила свои проблемы на посторонних. Что они смогут сделать? Зачем вообще взваливать такое на тех, кто ей ничем не обязан? Желая хоть как-то искупить содеянное, Гиссе достала из верхнего ящика коробку любимых конфет, к которым не могла заставить себя прикоснуться, пока ее люди недоедают. Неприкосновенный запас… Протянув коробку мальчишке с улыбкой наблюдала его восторг от лакомства. Как он закатил глаза и замычал от блаженства, пробуя первый небольшой коричневый шарик с начинкой.

– Гиссе, я предлагаю тебе вступить в род Мерех прямо сейчас.

– Что?

Спокойный голос Юли и суть ее предложения оказались настолько неожиданными для каждого из присутствующих, что даже магесса рода Мерех замолчала от осознания собственной инициативы. Впрочем, она быстро нашлась и продолжила:

– Муж все правильно сказал – торговцы раньше середины весны до Маина не доберутся, а до этого времени дожить вам Палан не дадут. Если даже случится чудо, то ни один караванщик не рискнет взять тебя на борт.

От Гиссе не укрылось то, как младший из Мерех медленно вернул очередную конфету в коробку, как его глаза остекленели и какой Юли бросила на него взгляд, прежде чем возобновить свою речь. На него! Не на главу рода, в изумлении вскинувшего брови и также задумчиво уставившегося на замершего мальчишку.

– Мы все знаем, что Дома услад обладают особым статусом и по сути являются как бы заведениями, в которых заинтересован, прежде всего, род, на чьей земле они стоят. Суды, Светлые и сам Светлейший никогда не примут сторону Дома услад в споре с благородными – это почти внутреннее дело благословленного рода. А вот провернуть такое против сильного рода – уже совсем другое дело. В крайнем случае мы просто вывезем всех вас вместе с собой, ну а долги Светлым еще раньше выплатим. Хозяйкой Дома ты уже не будешь, но место в роду займешь достойное.

– Какое место? – сбитая с толку Гиссе, честно попыталась оценить перспективы.

– На самом деле действительно весьма важное место. Наш род лишь недавно обрел силу, но всего открыть сейчас не могу – это тайна Света! – ошарашив ее в очередной раз, магесса продолжила. – Нам нужен внутренний управляющий делами рода. Нам нужен тот, кто может научить жить в новом для нас обществе и предостеречь об опасностях этого общества. Не вижу никаких преград, почему бы тебе не занять это место. К тому же по ряду причин мы не можем подобрать жен и мужей своим детям. Пока не можем, а мой старший уже испробовал женской ласки и ему нужно подобрать фавориток. Таких, которые не вызнают и не вынесут за порог тайны рода. Дочь… ее первая близость с мужчиной стала болезненной и для тела, и для разума. Для нее тоже нужно подобрать кого-то, кто не отвратит ее от мужских ласк окончательно. Еще, я не всегда могу позволить себе исполнить супружеский долг и моему мужу может потребоваться покладистая девица на это время. В общем-то, возможно, нам обоим она может понадобиться. Всегда было интересно как это…

К концу речи ее приятный голос обрел задумчивые нотки с едва уловимыми крупицами мечтательности. Гиссе по достоинству оценила расширившиеся глаза главы рода. Что же, похоже, день откровений сегодня не только у нее.

– Твой подход сравним с укладом многих столичных семей, уважаемая Юли. Благородных…, но вы не благородные. Вы не можете иметь слуг рода. Не можете даровать своего герба как защиту. Сейчас моих людей хоть как-то защищает положение девиц Дома услад, но если я войду в род Мерех, то Дома не станет. Это будет собственность рода со всеми его долгами. Мои девушки станут обычными безродными, но надолго ли? Сколько времени уйдет у взбешенных благородных, чтобы начать выписывать им палки? Я лично вырастила из них нежные цветы, радующие мир красотой и умением приносить удовольствие. Они не вынесут наказаний! Кто их защитит?

– Забота о своих делает тебе честь, уважаемая Гиссе. Моя жена все уже сказала – многие внутренние и внешние дела будут за тобой. Выбирай НУЖНЫХ родовичей и если подойдут моему роду, то будут приняты во внешний круг. Твои спутницы остались верны несмотря ни на что и их верность также делает им честь. Сочтешь, что их можно принять – приму! – Комед нехорошо усмехнулся. – С недавних пор род Мерех весьма недоволен самоуправством благородных в общем и их отношением к беззащитным, в частности. Удивительный день, не правда ли?

– И что? – Гиссе расслабленно откинулась на спинку кресла. – Просто примите шлюху с Гнойки? Такие пятна на репутации обойдутся вам…