Дмитрий Романофф – Корпорожея 1 (страница 7)

Она смотрит на Настю.

— У тебя есть неделя и если ты не успеешь, то останешься такой навсегда, каждый день старея ещё быстрее.

Хранительница исчезает, оставляя после себя лёгкое свечение.

***

Вечером Настя сидит за своим столом и перебирает сухие травы. Старые пальцы плохо слушаются, но она работает аккуратно. Клава сидит рядом, положив голову на её руку, и трётся о морщинистую кожу. Подходит Максим и кладёт руку ей на плечо.

— Мы найдём её, — говорит он уверенным голосом. — Я с тобой!

Настя не поднимает головы.

— Нет, — отвечает она. — Ты тоже постарел и тебе нужен отдых, поэтому ты остаёшься здесь.

— Без тебя мне не нужен отдых, — резко отвечает он. — Я не отпущу тебя одну!

В дверях появляются Вера и Ленка. Вера сжимает в руке маленький оберег, Ленка обычную тряпку, которую забыла выбросить.

— Мы все едем тебя спасать, — говорит Вера уверенным голосом. — Ты должна знать, что не одна!

— Я знаю одно заброшенное место, — кивает и говорит Ленка. — Дом на краю города на Пустынной улице. Говорят, там пропадают люди. Часы на стене в этом месте показывают одно и то же время уже двадцать лет. Там холодно даже летом.

— Это опасно, — спокойно говорит Настя, поднимая на неё свои глаза.

— А мы не ищем лёгких путей, — отвечает Ленка.

Кузя сидит на стуле с лопатой в руках.

— Тогда собираемся, — говорит он. — Завтра на рассвете. Берём с собой амулеты, зелья и тёплую одежда. Вера, ты остаёшься здесь с Клавой и будешь держать защиту офиса. Ленка пойдёт с нами, чтобы показывать дорогу. Максим возьмёт рюкзак. Настя тоже должна пойти с нами, без неё ничего не получится.

Настя кивает и начинает собираться.

***

Ночью Настя стоит у окна своей маленькой квартиры и в отражении стекла видит старую сутулую женщину с седыми волосами. Она проводит рукой по лицу, щеке и губам, но не узнаёт.

— Это я? — шепчет она. — Не может быть!

В комнату бесшумно входит Максим и обнимает её сзади, прижимаясь щекой к её седым волосам.

— Ты всё такая же красивая, — говорит он.

Настя горько усмехается.

— Не ври, — говорит она. — Я знаю, как выгляжу. Это ужасно!

— Я не вру, — отвечает он. — Вижу тебя настоящую, а не оболочку. Твои глаза не изменились и я чувствую тебя, даже когда ты грустишь. Это всё та же ты, Настя, и я тебя люблю!

Она поворачивает и смотрит на него, готовая вот-вот разрыдаться.

— Ты не боишься, что я умру раньше тебя? — спрашивает она.

— Боюсь, конечно, — честно отвечает он. — Поэтому, я сделаю всё, чтобы ты жила и снова стала молодой не для меня, а для себя. И мы будем вместе бегать по болоту, варить зелья и смеяться.

Он наклоняется и целует её в лоб. Настя закрывает глаза и прижимает к нему. За окном, на фоне огромной жёлтой луны, появляется силуэт женщины в сером платье с пустыми глазами. Это опять пришла Полуночница. Она смотрит на Настю и на её бледном лице виднеется странная, пугающая улыбка.

Её тихий ледяной голос звучит в голове Насти:

— Ищи меня, ведьма, но помни, что чем ближе ты будешь, тем быстрее будешь стареть. Каждый шаг будет отнимать у тебя год, а каждый вздох месяц и когда ты найдёшь меня, то уже не сможешь вернуться, рассыпавшись в прах у моих ног.

Настя открывает глаза, отстраняется от Максима и подходит к окну. Её старые, морщинистые руки ложатся на холодную поверхность.

— Найду, — отвечает она ей в темноту. — Я вернусь, но не такой, как сейчас, а снова такой, какой была. Ты не сможешь меня остановить!

Силуэт Полуночницы усмехается, качает головой и растворяется в лунном свете. Настя остаётся стоять у окна, сжимая кулаки. Максим подходит и встаёт рядом с ней. Клава поднимает голову, смотрит в окно и тихонько квакает. Битва за Настину молодость начинается.

Глава 7. Заброшенный дом

Серое, низкое небо над Пустынной улицей. Моросит дождь. Время здесь действительно теряет смысл. По обе стороны дороги стоят старые, покосившиеся дома с забитыми досками окнами. В конце улицы возвышается трёхэтажный особняк из красного кирпича, покрытый копотью и сажей. Над его крышей кружат чёрные птицы, провожая каждого, кто осмеливается подойти.

Машина Максима останавливается у обочины. Тишина. Из машины выходит Настя в тёплом платке, опираясь на палку, ща ней идут Максим, Кузя и Ленка. Настя выглядит лет на пятьдесят пять, но держится прямо и в её глазах горит всё тот же болотный огонь.

— Вот он, — говорит Ленка, показывая на особняк. — Дом на Пустынной. Я сюда в шестнадцать лет забрела, когда от скуки бродила по окраинам. Часы на стене показывают без пятнадцати шесть вот уже двадцать лет.

Кузя, стоявший впереди, принюхивается и морщится.

— Время здесь остановилось, — говорит он. — Чувствуете?

Максим берёт Настю за руку.

— Ты останешься здесь, — говорит он. — Мы сходим без тебя на разведку!

— Нет, — отвечает Настя. — Я иду с вами!

Она делает шаг вперёд и в тот же миг её лицо становится старше ещё на несколько лет. Кузя хватает её за руку.

— Стой! — кричит он. — Хранительница же предупреждала, что каждый шаг к Полуночнице отнимает время. Ты войдёшь в дом, превратишься в старуху за минуту и рассыплешься раньше, чем доберёшься до её комнаты.

Настя мягко, но твёрдо высвобождает руку.

— Значит, у меня есть минута, — говорит она.

Пока Настя, Максим, Кузя и Ленка стоят перед домом на Пустынной, в офисе «Строй Инвест» происходит нечто странное. Вера осталась за старшую, Клава сидит в кадке, лениво моргая, но её золотистые глаза то и дело следят за дверью. Сотрудники Костя, Сергей и пара менеджеров делают вид, что работают, но то и дело смотрят на пустое место Насти.

— Ну что, — говорит Костя, подходя к кулеру, — Корпорожея пропала с боссом вместе. Видели, как она в последнее время выглядит? В старуху превратилась!

Сергей хмыкает.

— Может, он её бросит и тогда она вовсе без работы останется. Подумаешь, секретарша с жабой.

Вера слышит их разговор и подходит, скрещивая руки на груди.

— А вы не хотели бы заняться делом вместо того, чтобы языками чесать? — спрашивает она холодно.

Костя пожимает плечами.

— Мы ничего плохого не сказали. Просто интересно. Все видели, как она постарела за месяц. Может, она больна чем-то заразным? Не может же работа так изматывать!

— Может, вам пора к врачу? — отвечает Вера, хмуря брови. — Настя наш лучший сотрудник и если я услышу ещё одну сплетню, то лично доложу Максиму Сергеевичу.

Костя и Сергей переглядываются и расходятся, но Вера знает, что они не успокоятся.

— Держись там, Настя, — шепчет она, гладя Клаву. — Мы здесь порядок пока наведём.

Клава квакнула в знак одобрения, как бы обещая, что проследит за порядком.

Через час в приёмную входит строгая женщина в дорогом костюме с идеальной укладкой и представляется: «Ирина Валерьевна из корпоративного аудита, проверка по жалобе сотрудников».

Вера бледнеет, потому что знает, никакой жалобы нет. Это Костя с Сергеем устроили, пока Насти нет. Ирина Валерьевна требует показать болото в конференц-зале и объяснить, почему в офисе лягушки и пауки.

— Настя в командировке, — говорит Вера, опуская взгляд в пол.

— Очень вовремя, — усмехается аудитор. — Тогда будем разбираться без неё.

***

А на Пустынной улице дверь особняка скрипит и открывается сама собой, словно приглашая всех войти. Внутри царит полумрак, пахнет сыростью, старыми обоями и чем-то гнилым, как от забытых в вазе цветов. На стене, прямо напротив входа, висят большие часы с маятником про которые говорила Ленка. Стрелки на них застыли на без пятнадцати шесть.