Дмитрий Распопов – В синем море, в белой пене (страница 1)
30 сребреников — 9. В синем море, в белой пене
Глава 1
Во дворце нас уже ждали, так что быстро провели к королю, который и правда выглядел не очень: возбуждённый вид, слезящиеся, красные от недосыпа глаза, и нервные движения рук. Пока мы с архиепископом ждали, когда он сможет нас принять, Энрике IV раз пять повторил одному из своих финансистов, чтобы деньги на военную кампанию выделялись только с его прямого распоряжения. Тот кивал, кланялся, всё подтверждал, но король его всё не отпускал, и заставлял клясться об этом на Библии. Всё это затягивалось, так что я даже начал зевать, но наконец король отпустил финансиста и повернулся к нам.
— Маркиз, вы вернулись! — радостно сказал он, обращаясь ко мне.
— Да, Ваше высочество, — низко поклонился я ему, — хотел лично проконтролировать, что серебряные рудники будут приносить прибыль, чтобы вы были довольны тем, что сдали их в аренду нам с компаньонами.
— Весьма похвально, — быстро сказал он, но его мысли были явно только о предстоящей войне, на что он сразу и переключился.
— Вам раньше приходилось сражаться? — поинтересовался он у меня.
— Только один раз, Ваше высочество, — ответил я, — я прикрывал спину герцогу Анжуйскому в битве при Сампьердарене.
Глаза короля расширились, и даже стоящий рядом со мной Каррильо де Акунья удивлённо посмотрел на меня.
— Когда это было? — удивился Энрике IV, — не слышал о таком сражении.
— В этом году, Ваше высочество, — ответил я, — французы и генуэзцы сражались против миланцев.
В отличие от короля, архиепископ явно был в курсе этого события, поскольку задумчиво заметил.
— Я не знал, что ты тоже участвовал в этой битве Иньиго. Насколько я слышал, миланцы были наголову разбиты?
— Потеряли только пехоту, ваше преосвященство, — я покачал головой, — к сожалению для Генуи, Роберто Сансеверино вовремя вывел конницу из-под удара.
Переведя взгляд с архиепископа на короля, я внезапно понял, что зря наверно об этом сказал. Глаза у Энрике IV заблестели ещё сильнее прежнего, и он даже тяжело задышал.
— Маркиз! — заявил он, — решено, вы тоже едите с нами, в качестве военного советника.
— Ваше высочество! — я так сильно удивился, что даже начал спорить, хотя с ним это было опасно делать, — я просто прикрывал спину герцогу, даже не участвовал в его военных советах! Я не знаю ни тактики, ни строя, как я могу быть вашим советником в этом деле, да ещё и военным? У вас наверняка есть более опытные военачальники для этого!
— С нами поедут архиепископ, твой отец, граф Альба-де-Листе, граф Паредес-де-Нава и второй адмирал Кастилии, — заявил он, — но с ними я прошлый раз потерпел поражение в Гранаде, так что мне определённо потребуется свежий взгляд на вещи, а вы уже доказали в той истории с маркизом де Вильена, что хорошо понимаете политику нашего королевства.
Я скосил взгляд на Каррильо де Акунья, который лишь тяжело вздохнул, что значило, дальше спорить с королём мне и правда не стоило.
— Хорошо, Ваше высочество, — низко поклонился я Энрике, — как прикажете, я всецело в вашем распоряжении.
Энрике довольно покивал и ответил.
— Возвращайтесь во дворец, займите любые покои по своему выбору, мне очень нравится, как вы обставили всё в замке, являясь его алькайдом, уж точно лучше, чем это делал Хуан Пачеко.
Заслуги в этом моей лично было ровно ноль, всем ведь занимался сеньор Альваро, но он был моим вассалом, а я формально алькайдом, так что мне лишь осталось поклониться королю и подтвердить, что я всегда буду рядом, когда ему это потребуется.
Отпустив нас, он занялся другими дворянами, ожидавшими встречи с ним, а мы с архиепископом отошли в сторону.
— В отличие от короля, — заметил мне тихо Каррильо де Акунья, — я разделяю твои опасения в целесообразности твоего присутствия на военных советах, так что готовься, что тебя там будут все слегка ненавидеть, как наглого выскочку.
— Военный совет всегда был с одним и тем же составом? — понял я.
— До сегодняшнего дня, — кивнул он с лёгкой улыбкой, — и это право, рода зарабатывали десятилетиями верной службой короне.
— Могли бы и помочь мне, — моё настроение сразу ухудшилось от таких новостей, — сказать королю, что я слишком не зрел для этого.
— Король после той истории с племянником, пока мало кого хочет слушать, — покачал головой архиепископ, — даже более того, по не подтверждённым слухам, он готовит указ, о признании Хуаны — принцессой Астурийской.
— А значит и своей наследницей, — вдохнул я, — мне нужно поговорить с Альфонсо, чтобы он принял это спокойно.
— Будь пожалуйста осторожнее в своих словах, — снова мой собеседник понизил голос, — Альфонсо нашёптывают сейчас на ухо многие, чтобы он пошёл против короля.
Я, прекрасно зная, что так оно в итоге и будет, за что принц и поплатится своей жизнью, лишь поклонился Каррильо де Акунья, чтобы он не видел выражения озабоченности на моём лице.
— Да, и не уходи далеко из замка, если не хочешь потом впопыхах ехать обратно, — дал мне он явно дельный совет, основанный на собственном опыте, и мы с ним расстались. Он направился к себе, а я пошёл искать сеньора Альваро, который приехал сюда с нами, поскольку хотел сразу выделить мне покои для проживания во дворце.
— Иньиго! — радостный девичий вопль был слышен наверно во всём дворце, — ты вернулся!
— Изабелла! — голос супруги Гонсало Чакона, который я тоже узнал, был строг, — нельзя кричать так громко, так не подобает вести себя инфанте.
Повернувшись, я и правда увидел приближающихся ко мне Изабеллу и её сопровождающую.
— Инфанта, сеньора Клара, — я поклонился обоим.
— Маркиз, — тепло улыбнулась мне Клара Альварнаэс, — рады вас видеть.
— Это взаимно, сеньора Клара, — ответил я с улыбкой, и вернул взгляд на Изабеллу.
— Как у вас дела, инфанта?
Та взглянула прежде, чем ответить мне, на свою сопровождающую, и та вздохнула.
— Хорошо, поговорите с маркизом в своих покоях, я буду присутствовать при разговоре, чтобы не пошли ненужные слухи, — ответила она.
Изабелла радостно кивнула, и едва не потащила меня за собой, постоянно оглядываясь и ворча, чтобы я быстрее шевелил ногами и только когда вы вошли в её новые комнаты, которые очень сильно отличались, как по комфорту, так и по площади в лучшую сторону, она преобразилась, став знакомой мне юной девочкой.
— Иньиго! Сделай что-нибудь! — начала она сразу с просьбы, — мне запрещают приглашать учителей, гулять и кататься на лошади.
Я поджал губы.
— Дай угадаю, запрещает королева? — спросил я.
На что она кивнула.
— Эта…португалка, — она покачала головой, — запрещает мне вообще что-то делать! Я тут так от скуки с ума сойду!
— Обучение Альфонсо тоже под таким же запретом? — поинтересовался я.
— Да, он тоже мучается от безделья, — подтвердила Изабелла.
Я повернулся к сеньоре Кларе.
— К сожалению всё так, как говорит инфанта, сеньор Иньиго, — подтвердила грустно женщина, — Гонсало уже что только не пытался сделать, но везде одни королевские запреты. Даже сеньор Альваро говорит нам, что ничего не может сделать.
— Хорошо, попробую что-то сделать до своего отъезда, — я понял серьёзность проблемы.
— Ты опять уезжаешь? — глаза Изабеллы расширились, — но ты только приехал, и мы даже с тобой ни разу не увиделись!
— Скажите это королю, инфанта, — вздохнул я, — это его идея.
Лицо Изабеллы сразу сделалось кислым, поскольку спорить с братом было себе дороже, он был слишком непредсказуем в своих решениях.
— Хотя бы куда? — поинтересовалась она у меня.
— Куда ездят все мужчины? — я специально как смог, из-за мешающего мне горба, выпрямился и подбоченился.
— На войну с Арагоном? — изумилась догадливая инфанта, — но ты же граф Аликанте и вассал короля Хуана II.
— Вот и прослежу, чтобы всё прошло желательно без кровопролития, — вздохнул я, поскольку у самого даже ни одной идеи не было, как и что я там смогу сделать и решил разбираться по ходу дела.
— Так что насчёт нас с Альфонсо? — Изабелла посмотрела на меня жалобным взглядом.
— Я хотел отдохнуть, поскольку только пару часов как слез c коня, — я посмотрел на неё суровым взглядом.
— А для своей будущей жены? — она молитвенно сложила ладони лодочкой.
— Вы выйдите замуж за Фердинанда Арагонского, — твёрдо ответил я и под её злое шипение вышел из комнаты, во второй попытке найти сеньора Альваро.