Дмитрий Распопов – Фараон. Книга 4. Царь поневоле. Том 1 (страница 10)

Ремесленники, кто отвечал за дерево, ушли к себе, чтобы сделать деревянные части плуга, а кожевенники пошли изготавливать ярмо для волов, ведь это было в Египте основное тягловое животное. Тут я тоже не стал ничего придумывать и показал, как нужно сделать стандартное современное ярмо, которое просуществовало в неизменном виде множество веков. Так что нечего было умничать, можно просто взять готовое, испытанное веками. Так я и поступил.

Самым сложным, как я и думал, было изготовление бронзовых отвалов специальной формы и ножа к ним. Ковка бронзы была несколько специфичным делом, а сделать сразу целиковый отвал из простой заливочной формы стало той ещё проблемой. После нескольких неудачных попыток пришлось остановиться и, сев с мастерами за стол, придумывать, как его можно собрать из нескольких частей, раз единая заготовка слишком сложна в производстве. Тут у египтян, привычных к работе с металлом, быстро родились идеи, и мы стали последовательно пробовать одну за другой, пока наконец спустя три дня не получили то, что примерно подходило под мои требования. После получения первого образца отвала дело пошло лучше, и мы закончили как сборку, так и нож для него. Бронзовый клык был готов, его изготовить оказалось проще всего, поэтому к концу недели всё было уже готово. Всё это закрепить на самом плуге оказалось несложно, деревянные клинья, ремни и распорки со всем отлично справились.

Смотря на получившееся технологичное устройство, обогнавшее время на тысячу лет минимум, я понял, что просто так его взять и использовать нельзя. Столько времени общаясь с египтянами, я понял, что тут не обойтись без длительных ритуалов и жертвоприношений, чтобы в их представлении боги позволили использовать новый плуг в сельском хозяйстве и не прогневались на крестьян за то, что те изменили давно сложившиеся процессы. Раньше я об этом не знал, теперь же, если соблюду все нужные политесы, изобретение можно будет быстрее внедрить в хозяйство. Боги же не против, а с этим спорить никто не станет.

– Что ж, – я скрестил руки на груди и задумчиво сказал, видя, что ко мне приковано внимание всех ремесленников, – осталось спросить у богов, можем ли мы его использовать.

Как я и думал, в глазах всех людей появилось полное понимание правильности моих слов, это было именно то, чего они ждали от своего царя.

– Позовите Небуави, – приказал я, зная, что жрец вместе со своими помощниками занял выделенную ему комнату в казармах, поскольку его должность была приравнена к званию центуриона, которые также имели в казармах отдельные комнаты.

Жрец прибежал быстро, отведя его в сторону, я показал на плуг и попросил устроить так, чтобы боги были довольны новым инструментом, и побыстрей. Дважды его просить не требовалось, он заверил меня, что сегодня всё подготовит, и завтра же устроил все необходимые ритуалы. Так что использовать плуг мы смогли только на третий день, когда успокоенным жертвоприношением и одобрением жреца крестьянам вручили инструмент и показали, как им пользоваться.

Двое самых способных впрягли в новое ярмо двух волов, и затем мастера помогли им пристроить к нему плуг. Первые два шага были для всех необычны, но затем, видя, как бронзовый плуг легко режет и откидывает почву, я заметил в глазах людей знакомое выражение. Крестьяне, наблюдавшие издалека за этим действием, попадали на колени и стали молиться богам. Мастера же удивлённо переглядывались.

Конечно, не с первого раза всё получилось как надо, вскоре отлетела часть бронзового ножа, но это быстро починили, и за час работы крестьяне вспахали столько земли, на сколько им нынешними средствами требовался день.

Я же, убедившись, что всё работает, как было запланировано, а что ломалось, могло быть устранено мастерами, вернулся в кузню, поскольку нужно было вспомнить ещё два улучшения, которые позволят упростить жизнь крестьянам. После вспашки землю нужно было выровнять, а с этим лучше всего справится решётчатая борона с небольшими клыками. Ну и последнее из того, что было нужно, – это обмол зерна. В голове вертелись разные варианты, но я остановился на самом простейшем – гармане. Несколько шестигранных каменных блоков, которые тащили волы по уложенным на ровной поверхности снопам пшеницы, справятся с обмолом гораздо лучше, чем это делают сейчас женщины вручную.

С этими инструментами было ещё проще, ремесленники, используя заклёпки, быстро сделали борону, которую протестировали после умасливания богов. И крестьяне снова подумали, что всё это им ниспослали боги. Первичная обработка земли ускорилась даже не в разы, а в десятки раз, так что вспашка и подготовка новых земель пошла ускоренными темпами, особенно когда плугов и борон стало три.

Гарман же протестировать по очевидным причинам не удалось: сезон сбора урожая ещё не наступил, но никто из собравшихся ни секунды не сомневался, что всё это будет работать ровно так, как я и сказал, поскольку первые два примера моих разработок вовсю трудились на полях.

Я же, закончив с первостепенными делами, приступил к более сложной задаче, обеспечить поля и казармы водой, причём второе было важнее. Количество нечистот от двадцатитысячной армии легионеров превышало все мыслимые пределы, я никогда не думал, что человек может столько ср…ь. Поэтому сейчас уборка дерьма с территории поместья была, как ни странно, самой большой моей проблемой.

Глава 6

Как завещал вождь мирового пролетариата, наложницам, чья очередь была возлечь со мной сегодня ночью, я сказал, что ушёл к Рехмиру, Рехмиру же сказал, что ушёл к наложницам, а сам заперся с мастерами в кузне и всю ночь просидел там с главами ремесленных семейств, чтобы определить, какими текущими технологиями мы могли бы закрыть проблему транспортировки воды. Поражённые самим фактом того, что сидят за одним столом с царём, они сначала вели себя скованно, но затем мои вопросы растормошили их, и дальше они хоть и выражали полное почтение к моему титулу и статусу, но хотя бы стали говорить по делу. Очевидными кандидатами для транспортировки нечистот были трубы из свинца или керамики. Свинец дорог, но для изготовления из него труб требовался минимум как усилий, так и топлива, а вот глина была рядом, бесплатна и в огромных количествах, проблема только в том, что требовались формы для труб, надёжные стыки и какая-никакая герметичность, а самое главное, обжиг при высокой температуре, для чего топлива требовалось гораздо больше, чем для производства свинцовых труб.

Поразмыслив с мастерами, решили попробовать оба варианта, чтобы понять, что будет проще и дешевле. Самих же туалетов я решил сделать несколько, разного размера и комфорта. Для легионеров, огромный, каменный, с большим количеством отделений и минимальным комфортом, затем для жителей деревни и слуг поместья, разделённый на «М» и «Ж» половины. Отдельный для рабов, чтобы тоже не гадили где попало, ну и последний, с одним сиденьем, зато максимального комфорта я запланировал сделать лично для себя, с выходом туда прямо из дома. Предлагать подобное для дам я из-за норм приличия не стал, если захотят себе такие удобства, можно будет потом всегда организовать дополнительно. А то эти вечно воняющие тумбы с ночными горшками в них меня откровенно раздражали, а потому, если всё равно придётся делать туалеты, почему не организовать приличный для себя любимого?

Когда вопрос с трубами и строениями был решён, возник следующий: как поднимать воду наверх из Нила? Поставить людей возле архимедовых винтов, конечно, было можно, но это сильно непрактично. Поэтому я нарисовал норию – мельничное деревянное колесо с глубокими ёмкостями по бокам, а также деревянные зубчатые передачи из простых кругов со вбитыми в них колышками. Никаких цепей, приводов, всё строго архаично и функционально. Поскольку главным движителем будет течение реки, требовалось нижнебойное водяное колесо подливного типа. Форму его лопаток я помнил лишь приблизительно, но это всё легко устранялось большим количеством помощников, которые после плуга и бороны готовы были делать со мной вообще всё что угодно.

Нарисовав и объяснив, как это будет работать, я также сказал, что, установив ещё одно такое же, мы наконец запустим водяную мельницу для помола зерна. Мастера пока не понимали как, но вера в меня была настолько сильна, что решили пока с этим не торопиться, а начать строительство самих туалетов, а также труб к ним на пробу, какие из них будет нам в дальнейшем проще и лучше использовать. Закончив ночные посиделки, я позвал зевавшего Хопи и, простившись со всеми, отправился в дом. Пока я дошёл до дверей, солнце несмело осветило горизонт, и стало понятно, что я просидел всю ночь напролёт. Но ни малейшего сожаления в этом не было, настроение сделалось просто превосходным от того, сколько пользы будет от моих нововведений хотя бы для моего поместья.

С этими мыслями я и упал на кровать, уснув, едва успев снять с себя одежду и калиги.

***

Проснулся я под шум человеческих голосов и бубнёж, который тут же прекратился, стоило мне открыть глаза и пошевелиться. Рабы, нагоняющие свежий воздух опахалами, стали работать усерднее, а охрана заткнулась и замерла на своих местах.