Дмитрий Ра – Орканутый. Том 1 (страница 12)

– У меня есть де… – не смог я договорить, почувствовав, как остатки воздуха покидают легкие через все имеющиеся в моем зеленом организме дыры.

– Осталось целых э-э-э семь, да. Потерять на войне только пятерых. Даже Обохуха воспитала тринадцать воинов. Осталось трое! Слышать, Трайл? Моя каста проигрывает Обохуха! Слишком мало умирать!

Ёбушки-воробушки, вот это материнский инстинкт! Вот это логика! Нарожать, чтобы быстрее отправить на смерть… В случае войны – китайцам на заметку.

– И э-э-э, – не унималось ОНО, – говорят, Обохуха одного сына сама убить. Подстроила все так, словно он в бою пал! А ты?! Ты взять и жить! Оу-у-у!

Я напряг все свои силы. Руки вдавились в «нежненькое» женское мясо.

– О-у-у-у, – томно выдохнула особь голосом Сильвестра Сталлоне. – Мне нравится…

О нет! Ей нравится? Я же убить ее хочу!

Все это время Кая смотрела на нас со спокойной улыбкой. Ну да, ну да. Думает, милые бранятся – только тешатся. Спаси меня, курица нетасканая! Ебни скорее табуретом по голове этому чудовищу! Плесни кислотой в лицо! Не знаю, вколи лошадиный транквилизатор. Заколдуй! Спасите, умираю!!!

Меня начали покидать силы. Да, в этом любовном поединке я однозначно проигрывал. И даже поменяться телами не могу или дезориентировать – жижи не хватает. Да и хватило бы – слишком палевно.

Из последних сил выгнув шею назад я вдарил женушке лбом по выпирающей челюсти. Лбом. По челюсти. При этом, скорее всего, сверкнуло в глазах только у меня.

Чудовище, слава Асмодею, выпустило меня из объятий, отступило на шаг и качнуло головой, словно отгоняя назойливую муху.

– О-х-х, хорошо, – довольно скривилась она. – Вижу – скучал. На позор пойти ради меня.

«Сгинь, ебанутая», – матерился я про себя, но, задыхаясь, сказал другое:

– Тебе чего надо, жена?

Бухнувшись на лавку, я тяжело дышал. Все тело ныло. Жена же была свежа и готова к новым объятиям.

– Тебя надо! – гаркнула она. – Мне говорят, что ты пришел! Почему не дома?! Детей надо делать! Что тут делаешь? Приходуешь ее?

Кая вздрогнула, испуганно пискнув. Чудовище посмотрело на красавицу оценивающим взглядом и, видимо, не разглядев в ней конкурентки, заржало. Шатер затрясся.

– Хотя что тут приходовать-то?!

Девушка-полуорк опустила голову, поджав губы. Мне даже стало её жалко. Кая сама не понимает, насколько она привлекательна за пределами лагеря зеленых свиней и идиотов. Наверное, с самого рождения находилась в этом обществе и не знает других устоев. Настоящий «гадкий утенок».

– Ну, так идем? – перестав издеваться над Каей, спросила «настоящая красотка».

– У меня еще дела, жена! – решил я вылезти «из-под каблука». – Подождешь! Твоя э-м-м… красота никуда не денется. Наделаем сразу сотню детей.

От этой мысли на моей зеленой коже проступили капли пота.

– Хорошо! Жду на ночь! – пёрнуло существо отверстием, похожим на рот и анус тираннозавра одновременно. – Надеюсь, ты не знахарничать сюда придти? Потом позора сильный.

– Конечно, нет. Есть одно средство… – начал я выдумывать на ходу и запнулся. В голову ничего не лезло.

К счастью, возлюбленная супруга домыслила за меня.

– О-о-о-о! – заблестели у нее глаза. – Знаю, знаю! Взбодрить малыша хочешь?! Вижу, что думать обо мне. Хороший мазь, да. Ну ладно.

Рыгнув напоследок, перекаченная слониха вышла из шатра, оставив меня в полном недоумении. Во-первых, откуда она знает, как и что бодрит? Не похоже, что у нас до этого был подобный опыт. Любовника завела, шалава? Во-вторых, это у меня-то малыш? За анаконду стало очень обидно. Понижаю его в ранге до питона.

– Ах, какая женщина, – завистливыми глазами проводила гору мяса зеленокожая фотомодель с четвертым размером груди и осиной талией. – Как же тебе повезло, Трайл. Сильные воины с такой получатся.

Сказать бы ей, кто тут привлекательный, но не хочу пока давать козырей. Пусть думает, что я делаю одолжение страшилище, когда наступит время развязывать эти завязочки, не позволяющие вывалиться широким грудям. Интересно, какого цвета у нее соски?

Да, я нервничаю! А когда нервничаю, зашкаливает тестостерон. Отвалите, боги-критики.

Шатер я покинул под вечер, полностью опустошив шаакле Каи. Да, звучит это очень страстно, но на практике у меня теперь просто ничего не болело, хотя выглядел я все еще как кусок окровавленного мяса. Пришлось даже немного раскрыть раны. Кровило, но ничего страшного.

Перетерев все «за» и «против», я пошел ва-банк. Мне нужны приспешники, и Кае выпала честь стать первым из них. Как раз подходит – вся такая несчастная и обиженная на жизнь и Орду.

«Нет, сиськи тут ни при чем!» – мысленно утешал я себя.

В общем, я договорился с ней сбежать, как только появится такая возможность. О планах захватить власть в лагере всеми гнусными методами я промолчал, решив выдавать инфу порциями, а то мало ли. Девушка была удивлена моему подходу к жизни, но сотня в красноречии – это вам не воробью теребонькать.

 К счастью или к сожалению, осадный лагерь – это лишь один из орочьих кланов, которых тысячи. Единого правления нет. Это и мешает им захватить власть на Варгароне и сделать его рассадником зеленых истуканов из Warhammer 40 000. Междоусобица тоже в норме вещей. Но что-то мне подсказывает, что им не дают объединиться и стравливают друг с другом совсем иные силы. И неудивительно. Отдавать мир макакам, приоркно срущим на пороге своего дома – сомнительное удовольствие.

Я ехидно улыбнулся. Только что у меня созрел гениальный план: в своих масштабах развития сделать орков тупыми рабами более цивилизованных рас. Прочистим им мозги от всякой шелухи типа чести, свободы и достоинства, разрешим убивать друг друга, дадим еды вкусной, баб пострашнее – и всё, раса рабов-тяжеловесов готова, можно строить свои пирамиды

Дело осталось за малым: удовлетворить гром-бабу и убить голыми руками бывалого оркского вояку. Всего-то..

– Че лыба давить? – спросил проходящий мимо незнакомый орк. – Хочешь, в рыло дам?

Да вы издеваетесь?

На этот раз я придержал язык и осмотрелся по сторонам. Множество довольных глаз вперились в нас. Смотрят, как я отреагирую. Так-с, похоже, я начинаю понимать. Меня провоцируют на каждом шагу? И почему? У меня на морде, что ли, написано: «Хочу захватить мир, пни меня»? Или кто-то плетет свои оркские интриги против Трайла? Странная фигня творится. Интриги среди свиней – дело страшное.

И вот как теперь быть? Позорнуться и свалить или сразу в морду дать? Я вздохнул, пробуждая накопившуюся злость. Такой уж я – не промолчу, даже если сильно захочу. Не стерплю, даже если надо. Может, мне орком остаться? Тонкие интрижки при эльфийском дворе мне дадутся непросто со своим характером. Ладно, попробую сказать потактичнее. Так сказать, попрактикуюсь перед большой игрой при дворах.

– Пошел нахуй, долбоёб, – выплюнул злобный язык.

Хы.

– Э-э-э? – удивился коренастый орк с большим пидорским кольцом в правом ухе.

– Отойди от него, Шуга, – снова спас меня голос рыжего. – У него завтра клут-кан.

– Трайл – колдун, – сощурил глаза быковатый Шуга, – ведунство плетет. Запретная магия.

Рыжий ухмыльнулся. Я ожидал каких-то умных слов от него, но нет. Все произошло слишком быстро. Вместо ответа он вспорол дебилу брюхо. Просто вытащил кинжал, воткнул в пузо, полоснул вдоль и несколько раз провернул, раскрывая рану. Кишки с дерьмом повалились на землю, ударив мне в нос едким запахом кислухи.

Я отпрыгнул в сторону, хлопая глазами и зажимая рукой рот. Блевать нельзя, блевать нельзя! Ноги стали подкашиваться, и я ущипнул себя за ляжку. Сердце било по ребрам. Ебанутые! Они все тут ебанутые!!!

Шуга еще успел что-то пробулькать и потянулся за топором. Он еще жив! Ох, как же это, наверное, больно.

– Пшел вон, дык-дык, – злобно сказал рыжий полудохлому орку и облизнул лезвие кинжала.

Рвота подступила к моему горлу. Слава Асмодею, что в желудке давно ничего не было. Рыжий долбоёб облизнул кинжал, испачканный в чужом дерьме! Я-то, проклятие на мою анаконду, думал, что он – единственный разумный в этом лагере! Беру свои слова обратно.

Да и вообще! Так можно было?! Какого черта я не вспорол пузо Джумараку при первой встрече?

Разрезанный орк тяжело шагнул к рыжему. Оставшимся потрохам в пузе это не понравилось, и они решили покинуть теплую норку. Брызнула черная кровища. Из пуза вывалились органы, не подлежащие идентификации. Перед тем как издохнуть, здоровяк взвыл, ступил еще раз и, запутавшись в собственных кишках, упал мордой в грязь.

Ой, ептыть, кто бы ни выпендривался о своей попаданческой крутизне, в реальной жизни все намного паршивее. Я читал книжки, и там все просто, из разряда: «Я полоснул его по животу, и он умер». Пидоры, кто так написал! На самом деле это – полная жопа!

В глазах темнеет. Ох, меня мутит…

– Трайл! – как ни в чем ни бывало обратился ко мне рыжий и, обтерев кинжал о драные штаны дохлого орка, сунул его за пояс. – А что с твоим лицом? Почему твои раны не залечили?

Что? Тебя только это волнует? Ты вообще нормальный, мужик? Я посмотрел по сторонам, стараясь ничем не выдавать тремор рук. Повсюду слоняются орки, но лишь несколько глазеют на происходящее. И один из них, сука, зевает! Перед ним только что нарисовалась такая унылая картина, что это потянуло организм на сон.

А этот рыжий хрен с разочарованием спрашивает, не залечил ли я раны.