Дмитрий Ра – Орканутый. Том 1 (страница 13)

– Я не собирался их лечить, – соврал я, пытаясь говорить уверенно. – Это позор.

– А зачем согласился пойти к знахарке?

– Не твое дело, – сорвалось с языка. Теперь понятно, что рыжий и папочка все понимали, но спецом отправили меня позориться.

Рыжий пожал плечами.

– Ты говоришь со мной плохо, брат. Жаль, мне ты всегда отказывал в клут-кане. Почему согласился с Джумараком?

Брат? Этот хрен – мой брат? Какая прелесть. А почему я не рыжий совсем? Не знаю, как работает оркское смешение кровей, но что-то подозрительно… Видать, мамка-то налево ходила. Я ничего не ответил. Просто старался не отвести испытывающего взгляда. Иванушка явно до меня докопаться хочет.

– Не ответишь? – вздохнул он. – Опять непочтителен к младшему брату. Нужно было просто убить Джумарака. Он же не имел права напасть первым, а ты мог. Почему ты этого не сделал?

А вот это – подозрительная информация. Получается, что здесь есть некоторое неравенство и выражается оно в праве нанести первый удар. И как понять, кто тут с железными яйцами, а кто с золотыми?

– Ты понял, что он специально тебя травил, да? – оскалился рыжий. – Знал, что достаточно дернуться в его сторону, и сдохнешь? Ты всегда был такой. Слишком осторожный.

Нихера я не понял, но спасибо за инфу. Оказывается, не такой уж и умный ты, тихушник. А вообще, этот апельсин начинает меня бесить. Даже как-то охладел от впечатлений к недавним событиям. Я потянулся за спину, к рукоятке меча…

Брат напрягся, как змея, готовая сорваться с места. Вот ведь прыткий какой.

Я почесал плечо. Ух, мне кажется, сейчас было близко. Так, значит, у меня яйца золотые, а у него не очень? Но похоже, что я не успел бы даже вытащить свое оружие. Больно уж прыткий зеленый. Вот как выпотрошил пидОРКа, тот даже пискнуть не успел.

– Не повезло, Край, – буркнул один из зевак. – Не хочет он сегодня тебе язык подрезать.

Имя-то какое неоркское. Ну по-любому подкидыш с запиской «назовите моего сынишку Краюшкой» или бастард. Рыжий расслабился, нагло усмехнулся и, развернувшись, ушел.

Ну вот, в первый день попаданства я завел себе двух врагов, одного папу, жену, кучу детей и аппетитную полуорчиху.

Дергано улыбаясь и охеревая от насыщенности событий в единицу времени и навечно покалеченной психики, я отправился в сторону своего дома-шатра. Куда идти, мне подсказала Кая. Пора проверить, так ли глубока заячья… хм-м-м… орочья нора.

Когда я смог найти свой шатер, уже стемнело. Выглядел он вполне добротно по меркам спившихся бомжей в концлагере гоблинов. Ну, крыша кривоватая, симметрия хромает, зато, если судить по размерам, основания дома держатся на костях мамонта или дракона.

Жрать хотелось очень сильно, да и поспать бы не помешало. Со вчерашнего дня не спал. Свое сушеное мясо я давно схавал, и этого явно было недостаточно для моих габаритов. В нос ударил приятный запах жареного мяса. И исходил он из шатра. Вздохнув, я подошел поближе и замер на месте, прислушиваясь. В доме была только моя гром-жена. Стучала утварью, как подобает хозяйке очка или кто они там.

Я огляделся. По опустевшему под ночь лагерю ходили только дозорные с факелами. Вот сейчас – лучшая возможность свалить. Нахер этот хрум-кун, нахер гром-жену, вкусную еду и бедра сексуальной Каи.

Бззззд!!!

Я дернулся и взвизгнул – так неожиданно ворвался в мои уши этот адский звук, исходящий из шатра.

– ТРАЙЛ!!! – обрадованно баснуло из дома. – ЭТО ТЫ?!

Ёпт, не может быть! Невозможно! Как же я так спалился-то… И этот звук… неужели…

– Заходи, Трайл! Жрать будешь!

В полном смирении я откинул входной навес и вошел в свой новый дом. Глаза заслезились, в нос ударил дичайший смрад. Ну конечно. Черт! Это так смешно, что хочется плакать. Моя гром-баба бзднула! Чертов пердеж станет причиной моей вероятной кончины в ближайшем времени!

– Зачем открывать? – спросила жена, наблюдая за моими попытками закрепить входную тряпку и пустить в дом свежий воздух.

– Воздух хочу! – рявкнул я как можно увереннее.

На глаза навернулись слезы от вони и жопы, в которую я залез по своей собственной тупости. Ладно, хватит ныть. Еще появится возможность свалить. Не в шатре же они потребности свои… свои…

О нет, нет!

В углу было ведро размером с ванную. А в ведре…

Ну, в ведре – то, от чего я стал заикаться. Там сдохли остатки моей психики. Утонули в говне. Я шизофренически улыбнулся и бухнулся на ближайшую скамью.

– Ты че? – буркнула моя прекрасная жена.

Я посмотрел на нее заплывшими глазами. Ну, в принципе, если развернуть эту тушу боком и представить, что ухо – это единственный глаз, то можно заметить схожесть с красавцем Стасом Барецким.

– Жрать?

– А то, – улыбнулся я и пустил слюну.

Ну а что, войду в роль оголодавшего орка-психопата.

Бабища кивнула, сунула лапу в дымящийся котел и вытащила недоваренную свиную голову. Белесые глаза, желтые зубы, заваленный язык. Ням-ням.

– Хы-ы-ы-ы, – вырвалось у меня.

Странно, аппетит, похоже, утонул в том же ведре, что и психика.

– Жрать на, – заявила моя прелесть и, жахнув деликатес в немытую несколько столетий тарелку, жестом пригласила поближе к столу. – Праздник, ба. Рад?

– Рад ли я? – спросил я, пододвигаясь.

– Ну!

– Пиздец как рад, лапонька моя.

Глава 7. Свиной аппетит

Я не могу это есть! И дело не в том, что свиная башка выглядит отвратно —мясо и в Африке мясо, – а в том, как ее приготовили и подали. В голове мелькнула сцена из «Хоббит, или Туда и Обратно», где грязные тролли удобряли похлебку собственными соплями. Вот моя голубушка очень смахивает на одного из них. Да и не на краю же я голодной смерти. В желудке еще не успело перевариться вяленое мясо… конфискованное у таких же орков. Хотя ладно, вряд ли там что-то осталось после всех рвотных приключений.

Я сглотнул. Хорошо хоть детишек с нами нет. Может, бабушке сплавили на праздник. Хряк знает, как тут всё заведено. Может, бульон такой наваристый не просто так.

– Чо не жрать? – уселась жена рядом со мной.

Ее блюдом оказались свиные ножки. Со смачным похрюкиванием и почавкиванием она обгрызала их, словно крылышки из KFC. О, мать мою за ухо, они еще и недоваренные. Вон сукровица капает. С наплывом первобытного ужаса я взглянул в глаза полувареного хряка. Услужливое воображение заставило свинячий глаз подмигнуть мне.

– У-у-у-у, – взвыл я, подавляя тошнотворный позыв.

– Чо выть? – не отставала жена. – Жри!

– Живот чет прихватило, – почти не соврал я.

– Чо? – рыгнув, изрек мой приятный собеседник очередную орочью мудрость.

– Пузо бо-бо. Болит. Живот.

Орчиха, больше похожая на троллиху, быстро заморгала глазами. Вот так и знал, что на животик жаловаться у них не принято. И что теперь делать?

– Давай бить голова, – размахнулась обгрызенной костью моя суженая. – Если голова болеть, живот неважно.

– Стой-стой, – замотал я в ужасе головой. – Активированный уголь лучше дай.

– Э?

– Да вот же он, – показал я пальцем в ближайшую кучу тряпья.

– Э?

– Сейчас, лапонька, покажу, – ласково сказал я, вставая из-за стола.

Пока любовь всей моей жизни рассматривала непонятное явление в куче грязного белья, я выбрал из кухонной утвари железный казан, присмотренный уже давно. Лишь бы сработало.

БАМ!!!

Тяжеленная сковорода завибрировала в моей руке, словно я треснул не по женскому затылку, а по скале.

– О-о-о, – замычала орчиха, потянулась рукой к макушке и… почесала её. – Чо…

БАМ!!!