Дмитрий Ра – Орканутый. Том 1 (страница 11)

– Не-а, – оскалился я.

– Ты испытываешь меня, сын вождя Трайл?

– О да, – хмыкнул я. – Я испытываю размер твоих буферов. Нечасто такое встретишь. Особенно настоящие.

– Ч… что? Буферов?

Я специально старался не заглядывать в ее огромное декольте. Пусть думает, что я – странный волшебник с кучей ненормированных заклинаний.

– Буфера – это глубина души, – профессорским тоном объяснил я. – Они показывают степень твоего возвышения над другими. Ты – особенная, Кая. Я это вижу.

Как хорошо, что мой лексикон подкреплен килотоннами компьютерных игр, сериальчиков и книжек! Услышав цитаты из них в этом мире, тебя в лучшем случае посчитают очень умным, в худшем – сумасшедшим, но никак не задротом.

– Я никогда о таком не слышала, – подозрительно сказала Кая. – Зачем ты выдумываешь такие слова?

О, а она умна. Ну, по сравнению со своими зелеными сородичами.

– А еще я могу помочь тебе отсюда выбраться, – улыбнулся я оркской гримасой.

Она попыталась сохранить безразличное выражение лица, но мои прокаченные красноречие и харизму так просто не обмануть. Я проиграл сотни часов в L.A. Noire и знаю. как разоблачить ложь по дерганью розовых щечек и вздернутым бровям.

Как оказалось, я попал в цель. Каю тут держат рабыней, у которой прав чуть больше, чем у барашка в загоне. Спасает ее только знахарство. Да и трудов-то – с умным видом кидать в котелок всякую дрянь, что не убьет орка. Если станет весело или хорошо, значит, отвар хорош, а знахарь талантлив. От насилия Каю спасал ее внешний вид: уж больно она смахивала на зеленокожего человека. Похоже, орки парятся за честь и достоинство только друг перед другом, а где-нибудь в лесу, без свидетелей, можно и кабанчика насадить…

– Ты умрешь, – пожала плечами Кая. – Джумарака многие знают. Он сильный, а ты отказался от оружия. Не думай, что он согласится расстаться со своим. Ты сам выбрал условия, и для него нет бесчестья сражаться по ним.

– Да-да. Так яд у тебя есть? – спросил я, пытаясь казаться крутым, хотя зубы выдавали отчаянную барабанную дробь. – Прохладно тут у вас.

Блин, может, не заметила? Вот лыбится что-то. Черт, значит, заметила.

Делая непонятные пассы руками над моей головой, Кая неожиданно сказала:

– Мы встречались пару раз, Трайл. Ты был другим.

– Каким? – стучал я зубами. Раз уж спалился, дам волю нервяку. – Тупым, грязным, срущим на дороге?

– Ну, ты стал другим…

На этих словах обычно начинается секс.

– Еще умнее и…

– Ой, перестань, – махнул я рукой, чувствуя, как моя зеленая кожа краснеет. Да, мне неловко от женских комплиментов. Мне всего восемнадцать! В моей жизни главным достижением были син сотого левела и стыренный у соседа по парте промокод к порнохабу. До сих пор стыдно. За сина.

– Так что там с ядом? – кашлянул я.

– Зачем тебе?

– Отравиться хочу в случае чего. Больно тут очково.

– Как это – очково?

– Это когда ты в полном очке, – объяснил я и осекся. – Блин, то есть когда вокруг страшные опасности и на каждом шагу есть риск попасть к маньяку, некроманту, пыточнику и оркофилу. Хотелось бы иметь последний аргумент.

Девушка задумалась, переваривая мои слова. Даже руки замерли в подозрительной близости от моей промежности.

– Эм-м-м? – поднял я здоровую бровь.

– Ах, да, яд есть, – вышла она из ступора. – И говори проще. Мне тяжело понимать. Откуда все эти слова? Буфера, очково…

– Конфиденциальная информация, – под охреневший взгляд зелененькой отрезал я дальнейшие расспросы.

Яд у нее был хороший. Как при попадании в желудок, так и в кровь, смерть наступает через пять-десять минут незаметно для жертвы. Просто сводит мышцы, а спазм не дает вздохнуть. На вопрос, из чего он сделан, Кая указала на сморщенный картофель-эмбрион в трехлитровой банке из-под огурцов. Куклякер – вот что там плавало. Я хотел было расспросить подробности, но тошнота недвусмысленно намекнула. Главное, что теперь у меня был флакон со смертью, и я планировал воспользоваться им в ближайшее время.

Лечение вышло не самое качественное, но впечатляющее по меркам моего мира. Кае было не просто сохранить внешние раны, но излечить внутренние. Я разглядел у нее средних размеров шаакле с голубенькой субстанцией. На мой вопрос, как его пополнить, она лишь покачала головой: мол, со временем. Меня это не устраивало. Мой «кувшин» регенерировал очень медленно.

Лечение отняло у Каи треть от всей жижы. Было интересно наблюдать, как жидкость расходится по ее телу, а потом возвращается в кончики пальцев. Голубая энергия обволакивала мои раны, заставляя их закрываться, а кровь сворачиваться. Как она разобралась с сотрясением, я так и не понял, но тошнить стало меньше.

– Трайл!!! – басисто выкрикнули за шатром мое имя.

 Я переглянулся с Каей.

– Трайл!!! Ждан бык крут сагат!!!

Кая залилась краской.

– Э? Почему я ничего не понял?

Девушка одарила меня очередным удивленным взглядом.

– Ты расскажешь мне, почему ты странный? – с надеждой спросила она. – И как видишь сосуд души?

– Да, – кивнул я. – Как только разберемся со всем дерьмом. Пока просто прими это и постарайся не отвечать вопросом на вопрос, даже если они кажутся простыми и глупыми. Окей?

– Это будет непросто. Но окей, чтобы это не значило.

– Трайл!!! – гаркнул голос прямо у палаты. – Ждын арара!!!

– Что этот мужик от меня хочет? – с паникой в голосе спросил я. – Он как будто убивать меня идет.

Голос действительно был страшным, словно у проглотившего гелиевый шарик охрипшего старика, который пытается спеть с набитым стеклом ртом «Калинку-малинку». Я многозначительно посмотрел на склянку с ядом, но, подумав немного, сунул ее за пазуху.

– Это язык хранительниц очага, Трайл, – грустно улыбнулась Кая. – Мужчинами не следует понимать, о чем говорят женщины.

– Что?! – опешил я. – Это женщина орет?!

– Ну да. Она ругается. Тебя жена ищет.

Рука сама потянулась за склянкой…

Глава 6. Трололи

– Можно я спрячусь у тебя? – умоляюще посмотрел я на Каю.

– Зачем?

Прежде чем я успел выплеснуть негатив на тупую орчиху – мол, соображать надо быстрее, чем задавать вопросы, – в шатер заглянуло ОНО.

Завистливый взгляд Каи на эту скалу кривого мяса я пропустил мимо внимания. Было не до этого. Моя жизнь в опасности! Существо, названное моей женой, на голову выше меня и на десяток сантиметров шире. Обгрызанные уши, выбитый глаз и лопатоподобная челюсть. Мышцы такие, словно сам Шварценеггер удостоен чести делать ей только массаж стоп и подтирать огромную задницу, которая, кстати говоря, непонятно где расположилась – то ли на лице, то ли на своем законном месте…

Из моего рта вышел воздух, издавая звук, схожий с писком придавленного жопой сбежавшего из клетки хомяка, которого хозяйка наконец нашла. Примерно так я себя и чувствовал.

– ТРАЙЛ!!! – взорвалось существо и шагнуло в мою сторону.

А я-то уж думал, что папа-вождь тут всех страшнее и сильнее. Я вжал голову в плечи, приготовившись лишиться моральной девственности и еще пары зубов.

Но удара не последовало. Вместо этого гора мяса обняла меня своими ручищами.

– Трайл жив? – буднично спросила «моя жена». – Я сказать детям: ихний отец умереть с честью!

– Да-а… – начал я, но что-то хрустнуло в спине. – О-о-о!

Так, стоп! Что за фигня происходит? У нас тут орда или матриархат? Я заключил свою женушку в ответные объятия. Руки еле-еле сомкнулись в замок на ее талии. Напряг всё тело.

– Щекотно, – хмыкнула жена. – Так любишь меня, ну?

Она сжала сильнее. Если я расслаблю тело, то кишки вылезут из ушей. Пришлось устроить мини-турнир по самбо. И это существо не на поле боя, а детей воспитывает? Так, что?! Детей?!!

Страшное осознание пришло слишком поздно.