Дмитрий Пучков – Записки сантехника о кино (страница 4)

Перевод исполняется вживую, лично мной.

Перевод без цензуры, зрители младше 18 лет на просмотр не допускаются.

Добро пожаловать.

Из общения в комментариях:

– Дмитрий Юрьевич, а как процесс зачитывания перевода вживую происходит? С бумажкой? По памяти? Или как?

– Быстро, четко, с приятным уровнем громкости.

– Присоединяюсь к гласу москвичей – пожалуйте к нам, Д.Ю.!

– Покажите деньги!!!

– Ну вот, блин. Опять все питерским жадным детям.

– [С неподдельным интересом.] Ты считаешь, что у жадных детей есть столько денег?

– Кстати, Дмитрий Юрьевич, на фоне Ваших заметок о жизни всплыло воспоминание. Известный журналист Соловьев в свое время давал гастроль по московским домам культуры со своими вечерами. То бишь народ приходил, платил деньги, слушал рассказы о том, как надо на Руси-матушке жить, задавал вопросы, получал ответы. Как думаете, реально на этом сейчас поднять денег? Или, чтобы народ на такое затащить, требуется большая раскрутка, нежели у Вас?

– Ну, тут надо четко определиться: что почем. Если ты зарабатываешь, грубо говоря, пять, то предполагаемую прибыль хотелось бы не менее чем шесть. А если предлагают три – не совсем понятно, к чему суету разводить и зачем метаться. Я не тщеславный, меня большой количество народу не приводит в экстаз.

– Думается, что, если бы студия «Пэ» делала правильные многоголосные переводы, это раскупалось бы кинотеатрами на ура.

– С этим говном у кинотеатров нет никаких проблем – подобное говно идет в каждом.

– Осталось только дождаться массового выпуска фильмов такого формата….

– С этим говном у говноедов нет никаких проблем – в каждом кинотеатре говноеды могут найти говно по вкусу.

– Дмитрий Юрьич, а отчего такое негативное отношение? Ты решительно против дубляжа?

– Да, решительно против. Дубляж не приемлю категорически. Дублированные фильмы терпеть не могу. И стараюсь не смотреть. Что такое дубляж? Поясняю на примере. Берется песня группы Nirvana. Из фонограммы «выдергивается» дорожка с записью голоса Курта Кобейна. Вместо Курта по-русски песню поет Филипп Киркоров, чья звуковая дорожка вставляется в песню. В результате мы имеем полный дубляж: в группе Nirvana поет Филипп Киркоров.

Нравится? На мой взгляд, это может нравиться только ненормальному.

Правильнее всего смотреть на языке оригинала с русскими субтитрами. Однако у нас это дело приветствует менее чем 3 % зрителей. Кроме того, в родной стране ситуация исторически сложилась так, что зарубежные фильмы дублировали всегда. Естественно, вокруг этого дела кормится масса народа – звукооператоры, режиссеры озвучки, актеры – которые держатся за свою работу руками и ногами.

Чуть не издохшая в перестройку отечественная киноиндустрия потихоньку приходит в себя, начинает приносить деньги. Соответственно, зарубежные фильмы и далее будут дублировать. На этом активно зарабатывают деньги: дубляж одного фильма стоит от 20 до 25 тысяч долларов, и никто от этих денег отказываться не собирается: специально под это получены весьма дорогостоящие лицензии, построены специальные студии, задействованы специалисты.

Кстати, под все вопли: «А вот в цивилизованной Европе дубляжа нет!» – в могучей стране под названием Германия тоже дублируют все. И, поверь на слово, немецкий дубляж раз в десять страшнее нашего. Индейцы, скачущие на конях и орущие: «Schneller, schneller! Los, los!» – это однозначно покруче Фауста Гете.

В других странах, не таких богатых, как СССР и Германия, сложилось иначе. Там обходятся субтитрами. Это не значит, что в этих странах проживают сплошь интеллектуалы, принимающие гениальные решения в области кинопроката Просто по причине отсутствия денег у них сложилось вот так, а у нас, у некогда богатых, – иначе.

Мне, кстати, не кажется, что субтитры – это здорово. Чтение отвлекает от просмотра вместо того чтобы следить за мимикой и глазами актера, ты постоянно что-то читаешь внизу кадра. Ничего хорошего в этом нет – при просмотре фильма надо смотреть фильм, а не читать текст.

Закадровый перевод в один голос считаю наименьшим злом. Он позволяет сохранить оригинальные голоса актеров, а это очень важно для правильного восприятия фильма.

Кроме того, когда звучит иностранная речь и за кадром говорит переводчик, это создает очень специальный эффект погружения в фильм. Затрудняюсь объяснить, что это такое, но никакой, даже самый совершенный дубляж подобного эффекта не может создать в принципе. Оно ведь как было? Запихиваешь в видик кассету, пошел фильм, и вместе с ним – знакомый голос Алексея Михалева. Каждый просмотр – как будто в компании с хорошим человеком, который помогает тебе смотреть фильм, объясняет непонятное.

Потому считаю, что правильный перевод – это перевод за кадром в один голос. А хороший закадровый перевод – это такой, который перестаешь замечать через пять минут после начала просмотра. Не следует зацикливаться на походах в кино. Можно совершенно спокойно приобрести ДВД и смотреть на дому так, как заблагорассудится: с переводом, без перевода, с субтитрами и даже без. На мой взгляд, главное – возможность выбора, а не одно решение для всех.

– Если зрители хотят полный дубляж, наверно, разумнее идти им навстречу и делать так, как нравится зрителям. Нет?

– Есть мнение, что делать надо так, как считаешь правильным ты сам.

– А почему тебе не нравится закадровый перевод в несколько голосов?

– А на кой они там нужны, эти несколько голосов? Если за кадром говорит опытный человек, то все эти дурацкие извращения «мальчик/девочка» – на фиг никому не нужны. Они только отвлекают и раздражают, ничего не добавляя к переводу. Хочется «многоголосия» – отправляйся смотреть полный дубляж. Там без обману, все как надо сделано.

– Круто! Дмитрий Юрьевич – снимаю шляпу. Учусь коммерческой сметке и хватке. Ваши тайные семинары «Заставь их на себя молиться» я бы точно посетил. А?

– Чтобы носить очки, мало быть умным – надо еще плохо видеть. Так и тут.

– Это ясно. Но я как раз к тому, чтобы грамотно научиться быть подслеповатым. Как пишут в газете «Метро» – открыть чакры для денег. А вообще, если более-менее серьезно, то меня и правда завораживают люди, живущие за счет харизматичности.

– Живу я, камрад, за счет сбора пустых бутылок. Что же до так называемой славы, то элемент удачи/удачного стечения обстоятельств в ней – чудовищен. Бывает не у всех, получается не всегда Это, конечно, круто, рассказывать, какой ты охуенно умный и талантливый, как годами работал и вот – добился. Сильно помогает тешить тщеславие. Однако если смотреть трезво, изнутри все это выглядит совсем не так.

– Точно не пропустят лиц до 18?

– Точно. Там специальная расстрельная команда вызвана, и расстрельное помещение уже подготовлено.

– А скажи, пожалуйста, завидуют ли тебе знакомые/друзья? Если да, то как ты эту зависть забарываешь?

– Некоторые – да. Забарываю просто – перестаю общаться, объяснить что бы то ни было таким людям нельзя. А любая попытка объяснить, с их точки зрения, попытка оправдаться. Потому – сразу на хер. Что же до нормальных камрадов, то в отношениях не меняется ничего.

– Есть ли какая-нибудь мегатактика для выстраивания отношений с людьми, обладая уровнем выше среднего?

– Ну, я по жизни лицемер еще тот, так что отношения могу выстроить практически с кем угодно.

– Ведь не секрет, что, если у человека что-то получается настолько, что его жизнь хотя бы со стороны выглядит привлекательной и успешной, многие друзья (хотя какие они в этом случае друзья – тот еще вопрос, но других иногда нет) начинают завидовать, распускать слухи, нехорошо подкалывать и делать другие пакости.

– Это только одна сторона. С другой стороны – страдающие граждане, разжившись деньгами/известностью, начинают вести себя несколько не так, как ранее. Близким людям это сразу заметно.

– Где-то слышал старый тост, наверное, в общем-то, банальный: чтобы друзья твои были с тобой в радости, поскольку это самое главное. Видимо, мораль в том, что твою беду людям легче пережить, чем радость.

– Все друзья проявляются в бедах. По жизни – любовь и объятия годами, а загреми в госпиталь – раз, и, казалось бы, лучший друг не придет и не проведает. Ни к тебе, ни к членам твоей семьи. Оно понятно, что все страшно заняты и времени оторваться от телевизора нет ни секунды, но ты лежишь неделями на обоссанном матрасе, смотришь в потолок, а друг не приходит. Это, камрад, очень печально. Зато другие – придут всегда и куда угодно. Всякое с людьми бывает, камрад, и проверяется оно только вот так. Попрекать не будешь, но на душе – нехорошо. И это не говоря про деньги в долг.

– Но, как бы там ни было, как успешный человек – не прими за лесть, будем называть вещи своими именами – можешь ли поделиться рецептом забарывания зависти ближних?

– Да нету рецептов. Сам факт того, что у тебя в семье по машине на рыло и финансы в порядке, многих угнетает, и забороть это невозможно в принципе. Большинство граждан из-за этого предпочитает общаться только с людьми с примерно одинаковым уровнем благосостояния, жить с ними в одних домах и пр. Побороть невозможно, потому что, с точки зрения «оставшихся», ты случайно забогатевший жлоб, на которого все свалилось чудом, который не понимает, как этим грамотно распорядиться, который не хочет поддерживать старые связи и пр. и др. Не победить.