Дмитрий Пархомов – Хроники Последней Эпохи: Шесть книг о молчании Бога (страница 30)
Они доползли.
Не пришли. Не дошли. Именно доползли – на последних остатках сил, когда ноги уже не поднимались, а просто волочились по красной земле.
Дарвин возник внезапно – высокая серая стена, обвитая колючей проволокой. Закрытые железные ворота. Над ними – фигура человека.
Они остановились в пятидесяти метрах. Дальше уже не могли. Просто стояли, шатаясь.
Анна держала свёрток с Джонни прижатым к груди. Лицо было покрыто красной коркой пыли.
Роман стоял чуть позади, рука лежала на пустой кобуре. Деметрий – слева, с ножом в руке. Мара рядом с Анной. Bitok – последним.
Фигура на стене начала спускаться. Огромный мужчина, коротко стриженный, плечи как у быка. Когда он подошёл ближе, стало видно: лицо в пыли и саже, рыжая борода, глаза красные.
Он остановился в десяти шагах и осмотрел их.
– Кто такие? – голос низкий, грубый, с тяжёлым акцентом.
Роман сделал полшага вперёд.
– Выжившие. Из Сиднея. Идём давно.
Мужчина посмотрел на них по очереди. Задержался взглядом на Анне и свёртке.
– Сколько вас было?
Роман ответил не сразу.
– Больше.
Мужчина кивнул.
– Я Александр Чуйков. Комендант Дарвина.
Он кивнул на свёрток.
– Ребёнок?
Анна только крепче прижала свёрток.
Мужчина понял. Не стал давить.
– Ворота открыты только для тех, кто ещё может держать тепло, – сказал он. – Если вы пришли просто умереть – лучше оставайтесь снаружи.
Роман поднял голову.
– Мы ещё держим.
Александр долго смотрел на них. Потом кивнул.
– Проходите.
Ворота открылись со скрипом – тяжело.
Они вошли.
Не шли. Едва переставляли ноги.
Александр шёл рядом – не помогал, но и не торопил.
Внутри Дарвина было тихо. Улицы узкие, заваленные ящиками и старыми машинами. Люди – редкие. Смотрели молча.
Александр остановился у большого бетонного здания.
– Здесь можно отдохнуть. Вода есть. Еда есть. Немного, но хватит.
Он посмотрел на Анну.
– Ребёнка похороним. По-человечески. Если хотите.
Анна кивнула.
– Хотим.
Александр посмотрел на остальных.
– Держим тепло. Пока можем. Это единственное правило.
Он повернулся и пошёл дальше.
Они остались стоять.
Анна прижалась лбом к свёртку.
– Мы дошли… – прошептала она.
Мара стояла рядом.
Роман опустил голову.
Деметрий воткнул нож в землю.
Bitok смотрел на стены Дарвина.
Внутри него было пусто.
Но впервые за долгое время он почувствовал что-то новое.
Просто тихое, усталое:
«Мы дошли».
Сгущёнка и спортзал
Александр привёл их в небольшую комнату с одним столом и несколькими стульями. Свет от лампы был жёлтым.
Он поставил на стол старую жестяную банку. Этикетка выцвела – «Сгущённое молоко».
– Это всё, что у меня осталось.
Открыл банку ножом. Белая густая масса внутри.
Раздал по ложке каждому.
Анна взяла ложку. Поднесла к губам. Попробовала.
Сладость ударила резко.
Она закрыла глаза.
Мара ела молча.
Роман ел медленно.
Деметрий взял ложку, но не сразу поднёс ко рту. Просто смотрел.
Bitok ел последним.
Александр сидел напротив.