Дмитрий Орлов – Братья (страница 4)

Когда он вошел в здание, его встретил королевский писарь, который отвечал за всю библиотеку, и они снова вместе с Королем и командиром стражи пошли изучать старинные свитки и манускрипты, более половины которых являлось чистой воды подделкой и мистификацией. Но, поскольку Король им верил, никто не горел желанием его переубеждать. Им наливали вина, чтобы искать нужные произведения было не так скучно.

Король до самой ночи с азартом перечитывал древнейшие книги и свитки со всех этажей Царь-библиотеки, въедаясь глазами в каждый символ. Но на одиннадцатом этаже, в закрытой от посторонних комнате, за маленькой, при этом очень прочной дверью, он проводил большую часть времени, не пуская внутрь комнаты даже писаря и стражей.

Уже стемнело, и на улице зашумели сверчки, усыпляя горожан Королевства. Стражник и библиотекарь не знали, как себя занять, ведь им было велено никуда не отлучаться и ждать Короля. Что они только ни делали: рассказывали истории, начиная от воспоминаний их прадедов и заканчивая вчерашними нелепостями, играли в кости, опустошали нехилую дубовую бочку, наполненную драгоценным вином, которая обошлась бы им в годовое жалование. Повезло, что пили они за счет королевской казны.

И вот, из-за двери выбежал Король, напуганный и с кинжалом в животе. Кинжал с толстым лезвием из дорогой стали и с увесистой золотой рукояткой, посередине которой красовался большой рубин, вспорол Марвину тело. Королю нечем было дышать. Он посмотрел на начальника стражи и кинулся к лестнице. Пробежав два пролета по винтовой лестнице, Мудрый Король оступился и полетел вниз. Летел он с криком, подобным гулу тысячной армии, отправленной в бой, а грохот от падения из-за эха был словно звон колоколов с ратуши.

Гвардия Короля вбежала внутрь, но было уже поздно. Король умер. К гвардейцам побежал их командир, но на последних двух ступеньках внезапно остановился. Его глаза наполнились непониманием и просьбой о помощи. Вдруг он начал задыхаться, и через несколько мгновений изо рта у него хлынула кровь. Гвардейцы не смогли спасти своего командира.

Единственным, кого они встретили при обыске библиотеки, оказался королевский писарь. Стражи тут же казнили его без единого вопроса. Вернувшись к телу Короля, они обнаружили в нем кинжал, торчащий из-под ребер, предположительно воткнутый в сердце. Это был не обычный кинжал, а шикарное лезвие из превосходного сплава.

Гвардейцы запаниковали и решили вызвать следопытов, потому что не поверили в способность королевского писаря совершить такое, при этом заранее не предусмотрев пути отхода. К тому же, выгоды ему от смерти Короля не было никакой.

Глава II Расследование

Давид уже спал, но один из слуг разбудил его.

– Сэр, проснитесь! Дело срочное и требует вашего внимания! – дворецкий пытался разбудить принца.

– Что случилось? Неужели это дело нельзя отложить хотя бы до утра? – поинтересовался Давид, зевая.

– Нет, ни в коем случае, ваша светлость. Речь идет об убийстве вашего отца, а он до сего момента являлся Королем, поэтому вам нужно помочь расследованию и объявить себя верховным монархом как можно скорее, пока высшие лорды не начали смуту.

Слова дворецкого звучали как заученный текст, и Давид без труда догадался, что эти слова ему передал Барт Гилберт. Недолго думая и вполне осознав всю серьезность и ответственность дела, он поспешил в центр Прайм-тауна к Королевской библиотеке. На месте было немало стражи, следопытов и прочего люда, который столпился вокруг здания и передавал слухи о смерти Марвина Мудрого. На входе в библиотеку он встретил Родрика с шестью гвардейцами семьи Ричардс.

– А разве королевский указ не запрещал размещение фамильных войск в столице? – удивляясь, спросил Давид.

– Моя матушка сильно беспокоится обо мне и Джеке. Особенно после глупой смерти моего отца на перекрестке Грин-дир, в его же собственных землях, – заметил Родрик. В его словах не было ни боли, ни скорби, а лишь смирение и принятие неизбежного вперемешку с пониманием, что все могло быть иначе, если в тот день его отец Альберт по прозвищу Благородный взял с собой побольше охраны.

– Но я, право, все равно не понимаю, как они здесь объявились. Тело моего отца еще не успело остыть, а путь из ваших земель не близкий, – поинтересовался Давид. Он не в чем не подозревал брата по крови, а вопросы задавал лишь из любопытства.

– Под словом «беспокоиться» я подразумевал высшую степень переживания и волнения, поэтому наша с Джеком мать собрала немного гвардейцев в лесах, за стенами столицы, сразу после выхода указа о запрете держать их в Прайм-тауне.

– Ты в очередной раз упомянул смерть своего отца. Надеюсь, настанет день, и я услышу эту историю. Моего отца уже нет среди живых, и теперь из родственников остались только ты да Карл, – Давид задумался о своем одиночестве.

Кажется, он привык так жить. Свою мать, Леди Фрост, Давид видел крайне редко, отец был постоянно занят, а в последнее время совсем выжил из ума. Юный принц проводил большую часть времени в тавернах, и, казалось бы, ничего уже не могло сделать его жизнь хуже, но странное неестественное чувство внутри не давало принцу покоя, вынуждая его скорбеть. Он не понимал, как получилось, что он уже лишился обоих родителей, хоть и был существенно младше Родрика.

– Ладно, так уж и быть, расскажу об отце, все равно ждем, пока следопыты что-нибудь найдут, – Родрик согласился поведать единокровному брату историю смерти своего отца, которую долгое время предпочитал замалчивать, считая его кончину не самой достойной и не желая ненароком очернить его в глазах окружающих.

– Поехал он в лес, на охоту в своих владениях. Это было его любимое занятие. Территория у нас огромная, но отец всегда ездил только в одно место из семестра в семестр, из луны в луну, из цикла в цикл. Это был перекресток Грин-дир. Название месту он дал сам, сильно не раздумывая, ведь лес зеленый, а ланей на перекрестке было действительно полно, в отличие от верных людей рядом с моим отцом. На охоту он брал с собой трех охотничьих псов и командующего стражей, коим в то время был Ганс Люфран. Для веселья прихватывали и барда, чтобы песни пел, вино подавал и гостей развлекал. Охота была удачная, и домой возвращались с кучей туш. Но местные разбойники тоже знали, в какие места ездит охотиться лорд Ричардс, вот и решили его похитить. Убивать моего отца они не планировали, надеясь получить баснословные суммы в качестве выкупа за знатного лорда. Альберт Благородный не отличался особой предосторожностью, поэтому места, где он охотился, были известны множеству людей. Да, и караул у перекрестка никто ставить не стал. На выходе из леса их ждали две дюжины лихих мужичков в засаде. Это был не большой и хорошо подготовленный вооруженный отряд, а сброд деревенщины из ближайших селений. Кто с оглоблей, кто с вилами, а прочие — с дубинками и луками. У них и мечей-то не было. Что там мечей, из одежды только кафтаны и туники. В общем, напали они и не смогли отца без боя связать, слишком сильно он сопротивляться. Короче говоря, убили его, вместе с Гансом Люфраном и бардом, обычные крестьяне с вилами, – с грустью замолчав, закончил свою историю Родрик.

– Судьба разыгрывает злые шутки, – сочувственно произнес Давид. – Альберт Ричардс одолевал всякого противника на турнире, а там, в лесу, он был в меньшинстве, да и игра шла без правил.

– Но если бы не его гордость и уверенность, основанная лишь на победах в турнирах, все могло бы сложиться иначе, – ответил Родрик, взглянув на приближающегося королевского следопыта.

– Вероятно вы оба не в курсе, как все произошло? – сходу начал он. – Лучше пройдемте внутрь, и я опишу вам картину наиболее наглядно.

Войдя в библиотеку и оглядевшись по сторонам, братья лицезрели перед собой не наполненное знатными читателями и ценителям искусства помещение, а цитадель, кишащую дозорными.

– Стражи, конечно, знатно поднялось, – удивлялся Давид.

– Оно и неудивительно, ведь короля как-никак убили. Начнем с кровавых пятен у подножья лестницы, которые так тщательно пытаются оттереть послушники, – начал вводить братьев в курс дела один из следопытов столицы. – Тут по непонятным причинам погиб командир королевской гвардии, чье имя даже после смерти не могут разгласить.

– Ну, а как он умер? – с любопытством поинтересовался Давид.

– В том то и основная загвоздка. Все, кто его видел, говорят, что он бежал по лестнице, а добежав до самого низа, резко схватился за горло, а из его рта фонтаном брызнула кровь. Когда мы осмотрели тело, было замечено, что половина его внутренних органов разжижилась и превратилась в требуху, – прокручивая в воображении ужасающую картину и корчась от ужаса, Родрик и Давид внимательно слушали доклад.

– И в чем тут может проблема? Это же обычный яд. В Прайм-тауне отравление является одной из самых распространенных причин смерти среди знати, – возразил Давид, не понимая.

– Вы просто не дослушали. Осмотр тела показал, что он не был отравлен. Его уже проверили на яды и отвары, а также на токсичные травы и ягоды, но ничего не нашли. Мы вспороли ему брюхо и убедились, что кроме вина он ничего за время, проведенное здесь, не пил и, более того, не ел. Однако, вино пили все, но, что странно, отравился только он один. У меня ощущение, что его внутренности ни с того, ни с сего вдруг сами по себе решили раствориться, – все так же с азартом и во всех подробностях рассказывал следопыт.