Дмитрий Орлов – Братья (страница 6)

– Ты вчера утром разливал вино для Марвина Мудрого? – разъяренный Давид продолжал вести допрос.

– Да я, а что та… стоп… я… я понял. Неужели, короля убили? Так вот почему вы здесь, – осознал все происходящее Тим. Однако его слова звучали очень искренне. Большинство присутствующих осознали, что он явно невиновен, ведь он даже не слышал про убийство. Но только не Давид.

– Ты отравил его? Кто тебе заплатил? Иначе зачем это Стоунам? Некогда великая семья выходит на арену? – каждый вопрос Давида сопровождался новым ударом.

– Остановись! Это не он! – Родрик попытался оттащить Давид, но тщетно. – Он даже не знал об убийстве!

Родрик не оставил попыток, и с помощью гвардейцев Давида удалось успокоить.

– Ладно, признаюсь, немножко погорячился, – успокоившись, заметил Давид.

– Когда ты пришел за вином ты заметил что-нибудь подозрительно? Отвечай! – на этот раз вопросы задавал Родрик абсолютно спокойным и вежливым тоном.

– Вино я выбирал рано утром на рассвете и ничего такого не заметил, более того я его дегустировал и неоднократно, хоть это и не совсем правильно. Но, с другой то стороны, когда мне выпадет шанс попробовать красное вино с земель лорда Грейпса и из личной коллекции короля Генриха IV, да еще практически столетней выдержки, как я могу удержаться. Но, как видите, я жив. Нес бочку я, как и обычно, с гвардейцами, чтобы мне не надорваться, ну, и чтобы бочку не свистнули. Потом я стоял у пробки, и опять-таки ничего подозрительного. Когда я разлил вино, король поблагодарил меня за службу, дал немного монет сверху, и я был свободен. Ну, а что было с вином днем и вечером, я и представить не могу. Я был дома, писал письмо отцу в Стоунхилл, – парень выдохнул, с жаром закончив свою оправдательную речь.

Тима Стоуна отпустили хоть и с небольшими побоями от Давида, но живого и свободного. Теперь путь братьев лежал прямиком в дом главного библиотекаря, Питера Харриса. Трехэтажный особняк с внутренним садом, домиком для прислуги и двенадцатью комнатами располагался гораздо ближе к замку, чем дом Стоуна, и был, к тому же, гораздо внушительнее. Когда Родрик и Давид подошли к усадьбе, они увидели, что Королевская гвардия без действующего короля готовится к штурму. Солдаты надевали утяжеленные доспехи и точили мечи, а кому-то в голову взбрело притащить еще и таран.

– Что вы делаете? – высказал свое недовольство Давид.

– В доме всего двое слуг, женщины и дети, а вы как будто на войну собрались, – более мягким тоном поддержал своего брата Родрик.

– Таковы правила, – с абсолютно безразличной интонацией, пожав плечами, хором ответили гвардейцы. К воротам особняка подошли городские стражи, с факелами и алебардами, одетые в серые туники и легкие латы. Начался штурм.

Грохот тарана разбудил всю округу. Городская стража выбила двери комнат топорами и связала всех родных королевского библиотекаря. В кандалы заковали всех, но никто не оказывал сопротивления. Братья наблюдали за всем происходящим, а после, когда семью Харриса взяли в плен, чтобы посадить в темницу замка, просто пошли за конвоем вслед.

Уже светало, и в скором времени нужно было объявить убийцу, ведь иначе во власти осядет совет, который будет править до разбирательств, а потом не факт, что уступит свое теплое и насиженное место. Действовать нужно было быстро, но кое-что отвлекло Давида и Родрика. По дороге к замку их окликнул незнакомец в черном капюшоне. Жестом он показал, что хочет встречи наедине, и братья, оставив стражу у конвоя, проследовали за неизвестным.

– Чего надобно? – негромко спросил Давид.

– Минутку, – вежливо попросил незнакомец, сняв капюшон. – Я Фрэнк, первый помощник главного библиотекаря. И у меня есть ценная информация по этому делу.

– И какая у тебя информация? И почему ты не назвал фамилию? Из какой ты семьи? – поинтересовался Родрик.

– Прошу прощения, но у меня нет фамилии, я не из известных домов. А информация, как бы сказать? – потупился Фрэнк. – В общем, я убил королевского стража.

От неожиданного Родрик обнажил меч, но Давид остановил его.

– Почему? И, значит, Короля тоже ты? – спросил Давид.

– Нет, поймите, я и гвардейцев-то трогать не хотел. Я хотел убить Питера Харриса, потому что меня переполняла ненависть и жажда справедливости. Поймите, главным библиотекарем он стал только из-за родословной, он даже читать-то не умеет, – начал Фрэнк. – Все свои обязанности он перекладывал на меня и за это получал нехилое жалованье, а я, выполняя работу за двоих, едва концы с концами сводил. Я долго наблюдал, как он богатеет за мой счет, а я загибаюсь, и в один момент меня переклинило. Я пролил яд в бокал недоумку, но из-за недуга короля он в целях осторожности перемешал бокалы. Себе он взял бокал гвардейца, гвардеец взял бокал библиотекаря и умер. А я, зная о яде, поспешно удалился из библиотеки, поэтому меня никто и не видел в момент убийства, а я оказался настолько незначимой фигурой для Королевства, что никто из гвардейцев даже не обратил на меня внимания. Даже этого юношу с вином опознали, и все из-за этих проклятых фамилий, – закончил свою историю Фрэнк.

– Погоди, ни в бокале, ни в организме стража не было найдено яда. Как ты объяснишь это? – с увеличивающимся интересом вел допрос Давид. На это Фрэнк ничего не ответил, а лишь махнул рукой и пошел в указанную сторону. Братья последовали за ним. Путь был долгий, но, дойдя до ветхого домика в середине города, они зашли внутрь. Ловким движением руки Фрэнк отодвинул какой-то ящик и открыл дверцу под ним, которая вела в подвал. Спустившись, братья замерли. Это была самая настоящая алхимическая лаборатория, в углу стояла печь с мехами, а полки вокруг были заставлены травами, банками, прочими емкостями и другим магическим барахлом, запрещенным храмом Света. Пока братья осматривались, Фрэнк старательно рассказывал им про все, что было у него в лаборатории, но братья успешно пропустили это мимо ушей.

– Ближе к делу, – настоял Родрик

– Хорошо. Яд я изобрел сам и очень горжусь им, ведь он абсолютно незаметен и чрезвычайно опасен, он буквально разжижает все внутренности, – с восхищением описывал свое творенье алхимик.

– Ладно, можешь идти. Мы расследуем убийство Короля, а что до гвардейцев, так вряд ли о них когда-нибудь вспомнят, а цареубийство слишком громкая новость. Поэтому уходи в Дикие земли, ведь кроме нас полно людей, которые интересуются именно обстоятельством смерти королевского стража, – братья решили отпустить Фрэнка, так как его дело только задержало их, а время было очень ценным ресурсом. Кроме того, их очень впечатлили его алхимические способности, поэтому они решили дать шанс талантливому зельевару, да и объяснить столь драгоценный кинжал и доступ в закрытый архив арестом простолюдина не было возможности.

Нельзя было терять ни минуты, поэтому братья разделились. Родрик пошел допрашивать семью Харриса, а Давид в свою очередь направился в дом библиотекаря, чтобы выяснить, как прошел обыск. Вновь дойдя до уже знакомого дома, Давид вошел внутрь, что не составило труда, учитывает отсутствие двери. На удивление он пришел как раз вовремя — у городской стражи появилась очень значимая находка, которую должны были в скором времени доставить.

Порасспрашивав стражей, Давид выяснил, что этой вещью была книга, внутри которой были не страницы, а пустое пространство, похожее на кинжал. Один из следопытов принес кинжал, которым и убили короля. Оставалось одно — вложить оружие в книгу. Если пустота в книге и кинжал, которым убили короля, совпадут по размеру, то дело можно смело закрывать.

Спустя несколько минут для Давида все, наконец, прояснилось: они были абсолютно идентичны. Вырезанная полость в книге настолько идеально повторяла форму оружия, что вложенный кинжал не мог сдвинуться даже на дюйм.

У Родрика ситуация сложилась ровно наоборот. Он начал с того, чтобы допросить семью и слуг библиотекаря, но даже после применения пыток ничего полезного не услышал. Опечаленный, он дожидался своего брата. Когда Давид добрался до него, Родрик сообщил, что следопыты при поддержке уважаемых семей Ричардс и Гилберт нашли абсолютное подтверждение вины Питера Харриса в смерти короля Марвина Фалькона II.

Дело было закрыто, глашатай вынес жесткий приговор, как и было положено законом Единого Королевства. «Нет преступления серьезнее, чем цареубийство» – гласил он, а следующим по суровости наказания было укрывание цареубийцы. Глорию Харрис, жену библиотекаря и юного Билла Харриса повесили через час после суда. Эльзу Харрис маленькую дочь Питера отправили в храм Света, где о ней должны были позаботится, но она лишилась своего титула и фамилии. Двоих слуг не судили столь строго, а просто передали в услужение Королям далеко расположенных от столицы королевств. Дело было закрыто, и Давид готовился стать королем.

Глава III Наследство

Следующее утро началось вполне обычно. Давид упражнялся с мечом, когда в сад пришел Родрик в сопровождении двух своих гвардейцев.

– Не время сейчас размахивать мечом, – сказал Родрик. – Собирайся, нам пора в тронный зал. Объявим тебя королем перед знатью и народом. Пусть начинают подготовку к коронации.

– Ну, раз такое дело, то, конечно, пойдем, – согласился Давид.