Дмитрий Новиков – Наследие. Книга первая (страница 10)

- Нет, - покачал головой Ефремов. – Да и представь, что тут было! В основном, группа молодых, неопытных ещё ребят. Обычные разведчики в лёгких скафандрах, с оружием, которое и заряжено-то было не у всех, со слабенькими прожекторами. Мы искали залежи руды в верхнем слое почвы, а провалились в эту пещеру. Побродили тут с полчаса, пока нас не вытащила команда с базы, отправила на дезинфекцию. Район закрыли, оцепили лет на пять. Потом, когда прошли его вдоль и поперёк, оказалось, что здание было стерильно, за исключением марсианского воздуха. Точнее, не стерильно, конечно, но никаких чужеродных организмов тут не нашли. Металл тоже был абсолютно безопасен, не излучал ни в одном диапазоне. Конечно, ходили слухи, что здесь что-то обнаружили, но это не так. Мы тоже исследовали постройки, вернувшись чуть позже, в команде геологов. Да и времена тогда были другие, без такого надзора и секретности. Так что все работали сообща…

- С трудом верится, - заметила девушка.

- Тем не менее…. Так что, увы, - вздохнул Ефремов, - но это лишь руины здания. Причём больше нигде на Марсе их нет. То ли не сохранились под воздействием геологических процессов, то ли других и не было никогда… Кто знает? Да и не удивительно, столько времени прошло.

- А никто не предполагает, для чего это здание служило?

- Что ты, - засмеялся Александр. – Над этим десятилетия бились все институты, но единственное, что они могли сделать – написать кучу притянутых за уши монографий. А по сути, это пустышки. Ничего не известно. А моё дело тогда и вовсе было маленьким – обслуживание бурильных установок. Ладно, если интересно, пройдитесь тут, а мне закончить одно дело…

Он чуть кивнул им и направился к группе людей у дальней стены пещеры.

- Присоединюсь к вам чуть позже! – крикнул он на ходу, повернувшись. – Если что, для вас обратный путь открыт, пропустят.

- На самом деле, я ожидала большего, - тихо сказала Анна, глядя по сторонам, когда Ефремов ушёл.

Виктор пожал плечами.

- А может мы просто устали от впечатлений, последние месяцы на станции были ужасно утомительны, – задумчиво и полувопросительно сказала девушка. - Как странно, что это здание вообще уцелело. Если бы мы могли повторить этот материал… Было бы здорово. Как он устоял столько времени?

- Я думаю, когда-нибудь его смогут синтезировать, - ответил Гамов, - только боюсь это опять послужит не для пользы людей, а для войны.

- Зато корабли из него вышли бы почти вечными! Карбонные волокна всё равно не сравнятся с этим!

На осмотр руин у них ушло почти два часа, даже несмотря на то, что многие переходы были закрыты из-за опасности обрушения. Здание когда-то было спиралевидным, его опоясывали лестницы и пронзали туннели из того же серо-серебристого материала. Впрочем, сейчас это едва угадывалось, и становилось заметным только из-за реконструкций, которые они видели ещё в школьных учебниках.

По пустым коридорам иногда шныряли роботы, а редкие люди с любопытством посматривали на известных гостей, но никто не стал им навязываться. В конце концов решив, что с них достаточного, пара вернулась в первый зал. За это время они порядком устали, да и впечатления от однообразных руин уже притупились.

- Выйдем наверх? - предложил Виктор, посмотрев на комм. Свободного времени у них оставалось ещё достаточно. - Можно побродить по парку, а потом отправиться в город.

- Давай, - охотно согласилась девушка. Марсианские парки хотя и были пока чахлыми и низкорослыми, но она погуляла бы по ним с удовольствием. Что ни говори, но долгие месяцы жизни на станции давали о себе знать и Аня соскучилась по живой листве. Конечно, на «Звезде» были небольшие оранжереи, но это совсем не то. Впрочем, на Земле многие тоже не видели зелени.

Выходя из ответвления коридора обратно в большой зал, Виктор оглянулся в поисках учёного, чтобы предупредить об уходе и не сразу заметил его. Ефремов нашёлся у одного из входов, беседуя с какой-то незнакомкой. Виктор невольно засмотрелся на собеседницу учёного – высокую, стройную, очень подтянутую, с идеально ровной, бронзового цвета кожей и удивительно тонкими и чёткими чертами лица. На Земле такие сейчас были в большой редкости.

- Ну-ка, прекращай, - засмеялась Аня, подтолкнув Виктора локтем. – Хватит пялиться.

- Просто я её раньше не видел, а Александр мало с кем общается, - неловко забормотал Виктор.

- Да ладно тебе, я пошутила, - чуть смутилась и она. - Девушка и правда красивая. Знаешь, мне она напоминает индианку. Помнишь, был давно такой народ?

Виктор пожал плечами.

- Александр, - крикнул он, - мы возвращаемся!

Тот кивнул, махнув рукой. Он стоял почти вплотную к девушке. Лицо у него было сердитое, а у неё – растерянное и грустное.

- За мной пришлют катер, не ждите! – И снова повернулся к собеседнице. Но когда они пошли к выходу, девушка оторвала взгляд от Ефремова и внимательно посмотрела им вслед.

- Что с ними? – Шепнула Аня Гамову, когда они вышли. – Ты её знаешь?

- Я же уже говорил, что нет, - покачал он головой. – Мало ли…

Несколько минут спустя они поднялись на поверхность тем же путём. Небольшой парк окружал музей и археологический комплекс со всех сторон. Виктор с удовольствием пробежал несколько десятков метров и остановился под маленькими марсианскими деревьями, которые за время активной колонизации с трудом, но всё же приживались к местной почве. Анна встала рядом, обхватив его руку.

- Холодно, - сказала она, смешно наморщив нос. Погода портилась, поднимался ветер, а крошечное далёкое Солнце скрывалось за горной грядой.

- Странно, почему-то сейчас мне и не хочется никуда улетать! А теперь чувство такое, что мы просто убегаем.

- Мы не убегаем. Мы ищем новый дом!

- Новый дом для кого? Ты посмотри на Марс. – Анна поднялась, оглядываясь кругом, будто Виктор и в самом деле мог увидеть здесь людей. - Сейчас тут не так много поселенцев. Но стоит населению увеличится, и они снова захотят независимости, но ведь им никто не даст жить, как они мечтают. А мы… мы несём в космос то же самое. Новые миры… Их разграбят, вытянут все ресурсы, как сделали это с Землей. Ты же видел, какой она была прежде? На голограммах, фото, рисунках? Она была прекрасна… Я хочу увидеть новый мир, который похож на Землю до того, как на ней появились люди. Я лечу ради этого. Глупо. – Она опустила голову.

- Что – глупо? Ты правда думаешь, что все летят ради научного прогресса?

- Лена – точно. Впрочем, я слишком много болтаю в последние дни перед отлётом. Потеряла осторожность. – Анна чуть приблизилась. – Это от волнения! Когда так долго молчишь и нельзя никому сказать правду, иногда хочется выговориться… Смотри, какое тут небо чистое. И наша станция видна.

Виктор поднял голову. Далеко вверху мерцала, едва заметная, звездочка корабля, казавшаяся отсюда такой крошечной. Это было работающее ядро «Молнии», ещё не закрытое бронёй. Там, на орбите, его сияние распространялось на несколько километров, и только энергощиты станции защищали людей.

Ветер нехотя нёс красную пыль, то завывая порывами, то почти прекращаясь, чуть слышно шумела редкая тонкая трава. И Виктору в этот момент тоже абсолютно не хотелось никуда идти. Хотелось просто сбросить груз ответственности и наслаждаться тишиной. Он впервые попал на Марс не так давно, уже во взрослом возрасте. Его ещё не успели отравить так, как несчастную Землю, которая задыхалась под гнётом сотен мегаполисов и заводов. Где небо пестрело от летательных аппаратов, а звёзд уже никто не мог разглядеть из-за света миллиардов огней, освещавших покрытую смогом планету днем и ночью. Здесь ещё жили по-старому - да, тяжело, трудно. Зато свободнее. Надолго ли? Прошлая война была только началом. Марс отстоял часть своей независимости, но что будет дальше?

Слова девушки пробудили в нём что-то. По сути, их жизнь была во многом схожа. Сейчас он тоже вспоминал всё произошедшее с ним… Детство, войну, учёбу. И Космос.

Это Ефремов выбрал их в экипаж, несмотря на протестующие слова Совета, который пытался протолкнуть на корабль своих приближённых. Но Ефремова послушали. Не могли не слушать. Учёный с мировым именем, изобретатель, активист. А теперь под его началом проект, который спасёт перенаселенную Землю. А Виктор вслед за Ефремовым, выбрал такой же образ жизни, исследовав за свои двадцать восемь лет пять планет Солнечной системы, побывав в нескольких экспедициях. И когда три года назад он вернулся с очередного рейса к Европе, подо льдами которой, скорее всего, зарождались удивительные, ни на что не похожие формы жизни, то без колебаний занял предложенное ему место в команде «Молнии».

Вот только такой образ жизни, когда он месяцами и годами пропадал в экспедициях, к сожалению, совершенно не способствовал созданию крепкой семьи, какую он всегда хотел. И разочарованный в очередной раз в непрочных мимолётных связях, которые давно пропагандировались как замена устаревшему и ненужному в современном обществе традиционному браку, Виктор вновь отправлялся в полёт. Он был бы рад, если бы на Земле у него остался ребёнок, но ни одна из его девушек не собиралась взваливать на себя заботу материнства. Большинство детей выращивались искусственно, и мало кому было нужно иметь одного постоянного партнёра. Так что работа в космосе до недавнего времени оставалась его единственным смыслом существования.